Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I

• Название: Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I
• Автор: Гэв Торп
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2016

Все началось примерно семнадцать тысяч лет назад, когда в мире появились Древние. Неведомые и могучие существа, решившие, что нашли неплохое местечко для жизни. Они повелевали пространством и, возможно, временем. Были способны творить жизнь и вообще больше всего напоминали богов. Освоившись на новом месте, они начали создавать разумных существ себе в помощники.

Однако идиллия созидания была нарушена Силами Хаоса, пожелавшими уничтожить молодой мир. Голодный и алчный, Хаос ринулся в материальный мир, сметая все на своем пути. И когда казалось, что все потеряно, силы порядка все-таки вырвали победу из лап Хаоса, заперев его путь в этот мир.

После этого разумным расам пришлось приспосабливаться к новым реалиям — Хаос, пускай и запертый, продолжал влиять, порабощать и изменять.

Однако столетия сменяли друг друга, старые раны мало-помалу заживали, эльфы, гномы, люди и прочие творения Древних знакомились друг с другом и худо-бедно учились жить вместе.

Это уже не были золотые века под защитой Древних. Войны сменяли одна другую, и кровь щедро лилась на землю, однако после кошмара Хаоса даже такое существование воспринималось, как благо.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

Святые мужи собрали последние силы, и сгусток с громовым раскатом взорвался всего в футе от них, разметав жрецов в разные стороны. От страшного удара о стены туннеля ломались старые кости, разбивались черепа. Многие погибли на месте — охватившее их пламя мгновенно превратило тела в обуглившиеся трупы.

Уцелел только Верховный Жрец — его защитили от взрыва стоявшие впереди. В дымящейся мантии старик пытался отползти назад, прочь от некроманта.

Нагаш навис над варваром, склонился и схватил старика за морщинистую шею. Он поднял его вверх так, что их лица разделяли всего несколько дюймов. Верховный Жрец посмотрел в пылающие глаза некроманта и увидел в них смерть всему живому. Кулак Нагаша сжался; старые косточки треснули, и голова Верховного Жреца безжизненно повисла. Ноги варвара еще несколько секунд судорожно дергались, потом замерли.

Нагаш медленно опускал тело старика вниз до тех пор, пока ноги его не коснулись пола. Он разжал руку, но Верховный Жрец остался стоять. Зеленое пламя замерцало в глубине его остекленевших глаз. Подчиняясь воле некроманта, старик опустился на колени, поднял морщинистые руки и взялся за золотой ободок на голове. Медленно, неохотно, словно какая-то часть души старого жреца все еще сопротивлялась, мертвец снял ободок и протянул его Нагашу.

Некромант взял символ ордена костлявыми руками, жестоко усмехнулся и скрутил мягкое золото, так что оправа, удерживавшая абн-и-хат, лопнула. Нагаш вытащил пылающий камень из ободка и отбросил бесполезное золото прочь.

Гроза бушевала всю ночь и все утро. Ближе к полудню, словно истратив последние силы, начала стихать. Когда ветер утих, вожди ближайших деревень созвали своих воинов и как можно быстрее пустились по грязным дорогам к крепости-храму.

Крепость встретила их тишиной и безмолвием. Ворота с северной стороны были заперты, и сколько прибывшие ни кричали, ни один Хранитель не появился на стене. Наконец один из вождей послал гонцов в деревню за длинной лестницей и велел юному воину забраться на стену и посмотреть, что там происходит.

Юноша исчез из виду. Воины молча ждали. Минуты тянулись одна за другой, вожди обменивались тревожными взглядами. Через полчаса они поняли, что случилось нечто ужасное.

Наконец главные ворота открылись, появился юноша, бледный, дрожащий. Никакие вопросы, уговоры и угрозы не могли вынудить его рассказать, что он видел внутри, и никакими силами нельзя было заставить его войти туда снова.

Приготовившись к бою, вожди повели свои войска к открытым воротам. Внутри их взорам предстало ужасное зрелище: крепость хранила следы недавней битвы — стены и полы, залитые кровью, пропитанные тяжелым запахом смерти. Не успев отойти и десяти ярдов от северных ворот, один из вождей испуганно вскрикнул и поднял с земли измятый золотой ободок. Остальные вожди тут же его узнали. Если Божий Глаз исчез, значит, Верховный Хранитель погиб, а орден уничтожен.

Но, как они ни старались, тел в крепости им найти не удалось. Ни единого.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ Необходимые жертвы

Ламия, Город Зари, 76-й год Ксара Безликого

(—1598 год по имперскому летосчислению)

Убайд склонил голову, покрытую татуировками.

— Все готово, о великая, — произнес он таким тоном, словно говорил всего лишь о грядущем пире во дворце.

Неферата кивком поздоровалась с визирем. Время приближалось к полуночи. Аудиенция Ксиана Ха Фенга продлилась дольше, чем она рассчитывала, но было чрезвычайно важно не повести себя грубо и не завершить ее слишком рано. Неферате требовалось, чтобы августейшая особа благосклонно отнеслась к ее заигрываниям, чтобы принц поверил, что завоевал ее доверие, а значит, получил рычаг воздействия на царя. Пока Ксиан Ха Фенг думает, что имеет над ней власть, она может спокойно расставлять ему ловушку, в которую рано или поздно попадется он сам и, возможно, вместе с ним вся Восточная Империя.

Тонкая полоска теплого света пробивалась из-под двери в святая святых. Убайд провел тут много часов, готовясь к ритуалу. Великий визирь был единственным членом клики заговорщиков, кого Неферата впускала в помещение, — остальным теперь приходилось свидетельствовать ей свое почтение и пить эликсир в мрачных пределах Зала Скорби и Сожалений. Она выбрала это место по одной-единственной причине — из трех помещений для аудиенций, полагавшихся царице, это использовалось реже всех. А еще потому, что Ламашиззар и его бывшие союзники не должны забывать — лишь она стоит теперь между ними и царством мертвых.

Ламашиззар, конечно, с трудом сдерживал ярость. Неферата знала, как опасно провоцировать его таким мелочным способом. Да, ему недоставало честолюбия, но, если задевалась его гордость, он становился безжалостным. Возможно, со временем она освободит его от данных им обязательств, но пока он должен склониться перед ней и признать ее власть. Его необходимо заставить покориться. Он должен понять, каково это — жить, завися от прихоти других.

В основном царица вела себя очень осторожно, властью не злоупотребляла. Несмотря на репутацию декадентов, в некотором смысле жители Ламии оставались в неведении, как и остальные неехарцы. Никто за пределами дворца не догадывался, что Неферата больше не прикована к Женскому дворцу, и никто, кроме членов клики заговорщиков, не знал, что городом давно правит не царь.

Неферата хотела, чтобы так продолжалось всегда. Нагаш верил, что сможет стать Вечным Царем и править Кхемри, не вызывая гнева остальных великих городов, но царица была куда осмотрительнее. Теперь, снова имея возможность общаться с детьми, она, помимо своих внешнеполитических планов, хотела обеспечить продолжение правящей династии. Когда ее сын Ламазу достигнет брачного возраста, Неферата подыщет ему подходящую жену, а Ламашиззару придется присоединиться к предкам в загробной жизни. Естественно, сама она, как и подобает покорной жене, сделает вид, что пьет из отравленного кубка, чтобы сопровождать мужа в стране мертвых, и для всех просто умрет.

Фокус в том, чтобы убедить остальных заговорщиков изобразить собственную смерть. Их долгие жизни (и поразительная жизненная сила) уже вызвали нежелательные слухи как при дворе, так и в соседней Ливаре. По сведениям шпионов Ламашиззара, царица Халида уже не раз высказывала свои подозрения, но пока еще не обвинила своих царственных кузенов в противоестественных деяниях публично.

Неферата неоднократно пыталась достучаться до Халиды в надежде, что их прежняя дружба поможет завязать более прочные узы между двумя городами, но до сих нор царица Ливары всякий раз находила уважительные причины, по которым не могла принять приглашение своей кузины.

Кроме того, нужно решить, что делать с Арханом. Пока что его знания о колдовском искусстве Нагаша перевешивали риск, которому она подвергалась, сохраняя ему жизнь, но равновесие быстро смещалось. Неферата уже и сама улавливала тончайшие нюансы заклинаний Узурпатора. Скоро она позволит В’сорану приступить к изучению скрытых аспектов некромантских знаний Нагаша. Когда это произойдет, Архан будет полезен ей только своим искусством владения мечом и умением поставлять жертв для ритуалов. Однако со временем и с тем и с другим наверняка с легкостью справятся Абхораш и Ушоран. Было до трогательного просто завоевать преданность монстра, хотя и пришлось открыться Архану больше, чем хотелось. Неферата уже с нетерпением ждала того дня, когда сможет приказать Абхорашу избавить ее от бессмертного и положить конец этому утомительному предприятию.

Царица толкнула дверь убежища и торопливо вошла, помня о песке, с шорохом вытекающем из часов. Убайд уже разложил все необходимое для ритуала и зажег благовония для заклинаний. Жертву тоже приготовили — в центре круга стоял человек. Ему промыли раны и дали зелье, прогоняющее усталость. Это позволит ему бодрствовать во время грядущей церемонии.

Человек был частью эксперимента, который проводила Неферата, пытаясь улучшить результаты ритуала Нагаша. Архан отыскал его в убогом квартале беженцев в западной части города: молодой мужчина, в неплохой физической форме, достаточно здоровый, чтобы выдержать неделю мучений. Его приковали к железному кольцу, вделанному в потолок над центром ритуального круга. Темные камни у его ног были залиты кровью. Надрезы на израненном теле, складывающиеся в точный замысловатый рисунок, были сделаны согласно диаграммам из книг Нагаша и представляли собой вершину искусства мучителя. От этих ран каждая жилочка в теле жертвы отзывалась нестерпимой болью.

Согласно экспериментам некроманта, ни одна жертва не выдержала кошмара непрерывной боли дольше восьми дней. По оценке Нефераты, на седьмой день энергия жертвы достигала своего пика; после этого она ослабевала, так как тело начинало умирать.