Сергей Казменко - Знак Дракона (сборник)

• Название: Знак Дракона (сборник)
• Автор: Сергей Казменко
• Издательство: Литера, Интерпрессервис
• Жанр: Фэнтези
• Год: 1993
• ISBN: 5-88436-006-1

Посмертный дебютный сборник автора.

Переплёт и суперобложка С. Шикина.

СПб.: Литера, Интерпрессервис, 1993 г.

---

Что ж, это вполне соответствовало тому образу Панкерта, который уже сложился у меня в голове. Но мало что объясняло.

— Знаете, Рубаи, — сказал я. — Если честно, то, что вы говорите, звучит как-то неубедительно. И странно. Что это за разговор такой — съели? Неизвестно кто, неизвестно за что, неизвестно как.

— Как — известно.

Я молча посмотрел на него, и он кивнул:

— Да-да, известно. Это же элементарно — если кого-то надо съесть, способ всегда найдётся. Зацепка есть у всякого. У Панкерта было что-то не в порядке с допуском, а у нас, вы знаете, режим. Вот и получилось, внезапно, что работать ему стало невозможно. Смешно сказать, последние полгода ему только и оставалось, что биофиксаторы для третьей биостанции модифицировать. Вот он и не выдержал, поругался тут кое с кем, говорят, напоследок и на Землю. Даже попрощаться не зашёл и вещи свои оставил, записки. Я тут что мог, собрал, отправил с оказией, да не знаю, дошло ли, — он на некоторое время замолчал, и взгляд его показался мне странным. Так, будто он ждал от меня каких-то слов — но что я мог сказать ему? Не говорить же о том, что я прибыл на Кабенг из-за доклада Панкерта. — В общем, неприятная история, — продолжил он наконец, И самое неприятное в том, что каждый может в таком же точно положении оказаться — и не с кого спросить. Некому морду набить, в конце-то концов, — он говорил теперь злым, резким голосом. И лицо его стало злым и неприятным. — В конце концов, если покопаться, то каждого можно чем-то прижать.

— Интересно, а чем же можно прижать вас?

Он внимательно посмотрел на меня. Потом опустил глаза.

— Не знаю. И не хочу узнать. Потому что люблю свою работу.

Такой вот разговор у нас получился. Я посмотрел на него, на его злое лицо, на сжатые кулаки, на рыжую бороду, торчащую в сторону, и вдруг понял, что знает он, прекрасно знает, чем его можно прижать. И я тоже знал это — пока не стёр записи в своих мнемоблоках. И если бы я не сделал этого, то он непременно догадался бы о моём знании. Или догадался бы кто-то другой и о чём-то другом. Прикладная психология — наука точная.

Кто-то так или иначе догадался бы, что я не просто наблюдатель — и что тогда? Если бы знать, если бы иметь хоть какую-то уверенность в том, что мы не пугаемся собственной тени…

— А что думает Ваент по поводу ваших изысканий? Я имею в виду доказательство невозможности синтеза бета-треона.

— Не знаю я, что он думает, — угрюмо ответил Рубаи. — Кто его разберёт? По-моему, старик слишком привык к удачам. Это расслабляет. Он всё ещё надеется найти решение. Рассчитывает, что Резервуар обеспечит нам отсрочку.

— А кстати, как там дела с Резервуаром?

— Не знаю. Сходите к геофизикам. Вы — наблюдатель, от вас — я так думаю — скрывать ничего не станут. Или не смогут.

— А от вас что, скрывают?

— Да кто их разберёт? — он пожал плечами. — Все тут нервные какие-то. Неудивительно, раз ничего не получается.

Я немного подумал — для порядка, потому что уже решил, что делать дальше. Потом сказал:

— Что ж, я тогда, пожалуй, не буду терять времени. К Ваенту зайду позже — если не улечу с базы. А сейчас воспользуюсь вашим советом.

— Вас проводить? — спросил Рубаи, ставя проектор назад на полку.

— Да нет, спасибо, я найду дорогу. Спасибо за чай, — я встал, оправил куртку, усмехнулся. — И за сухарик.

— Не стоит, — он улыбнулся не совсем уверенно, волнение ещё не прошло. — Заходите ещё. Приятно побеседовать с новым человеком.

Он был мне почти симпатичен, и я улыбнулся ему в ответ, закрывая за собой дверь. И он, кажется, говорил совершенно искренне. Кроме того момента, когда речь зашла о том, чем именно можно прижать его. Наверное, он не ответил бы и на вопросы, зачем и кому это было бы нужно. Но и того, что он рассказал, было достаточно, чтобы существенно изменить представление об этом деле. Впрочем, этого следовало ожидать — иначе не имело смысла вообще заниматься расследованием.

4

Но сразу к геофизикам я не пошёл. Вдруг вспомнил, что с самого «Лонготора» ничего не ел, если не считать этого несчастного сухарика у Рубаи, а время уже близилось к полудню. Есть вдруг захотелось зверски, и я не стал подавлять голода — за едой можно было обдумать ситуацию, это не было потерей времени. Я высветил план базы, нашёл кафе совсем неподалёку от лаборатории химиков и двинулся в его сторону.

Базу они отгрохали с размахом, пожалуй, излишним. Хотя если учитывать перспективу, это и неплохо. В полусотне метров под поверхностью безжизненного высокогорного плато разместились под защитой внешней оболочки химическая и геофизическая лаборатории, вспомогательные производства, склады, жилые помещения и служба управления. Несколько тоннелей связывало базу с вынесенными на всякий случай на несколько километров в сторону транспортным и энергетическим блоками, и на поверхности оставались лишь площадка для планетарного транспорта и павильон над шахтой для приёма капсул. Обычная мера безопасности для защиты среды от воздействия человека и защиты человека от воздействия среды. Надёжная, проверенная столетиями система. Которая не сработала на Джильберте.

В кафе почти все места оказались занятыми, и я с трудом отыскал свободное. Отгрохали такую базу, а поесть спокойно негде, с раздражением думал я, пробираясь между серыми тенями имиджей, закрывавших занятые столики, к голубому огоньку, горевшему над свободным местом. Но раздражение моё улетучилось почти мгновенно, потому что напротив сидела Катя Рыленко и с изумлением смотрела на меня.

— Добрый день, Катя, — сказал я, усаживаясь. — Вот уж не ожидал тебя здесь встретить.

— Ты? — сказала она. — И в этой форме?

— А по-моему, мне идёт, — я оправил куртку, сдул с левого плеча невидимую пылинку. — По крайней мере, так говорят все мои знакомые.

— Они тебе льстят.

— Тоже неплохо. Значит я этого заслуживаю, — я вдруг заметил, что улыбаюсь. Улыбаюсь не от того, что играю роль, не от того, что пришло время улыбнуться. А просто потому, что мне вдруг стало хорошо. Или почти хорошо.

— Взбучки ты заслуживаешь? Куда ты пропал?

— Я три года провёл в плену у мохнатых спрутов планеты Гираш. Они кормили меня сушёными лягушками и грозились выкрасить с ног до головы зелёнкой, если я напишу тебе хоть строчку.

— Несчастный. Рисковать, конечно, не стоило, — она не удержалась и слабо улыбнулась. — Ну а здесь что ты делаешь?

— Тс-с-с, — прижал я палец к губам. — Секретная инспекция от Галактического управления питания. Проверяю качество кухонь, — я бросил взгляд на панель справа, — АКМ-16Д. Поступили сведения, что некоторые экземпляры очень плохо готовят сушёных лягушек. Но этого никто не должен знать, иначе мне крышка. За мной уже охотятся.

— Да ну тебя, — она, наконец, засмеялась. — Только аппетит испортишь, — правда, судя по тому, что она заказала, аппетита у неё и так не было. Да и смех быстро оборвался — так, будто она вспомнила о чём-то, что не допускало смеха. — Ты давно прибыл?

— Утром. И с тех пор ничего не ел. Кроме одного сухарика домашнего приготовления.

— Тогда ешь, не буду мешать. Только не заказывай при мне сушёных лягушек.

— Мне просто смешно, — сказал я, делая заказ. — Ты выглядишь так аппетитно, что рядом с тобой можно обойтись без первого.

— Ну уж нет, на первое я не согласна, — она снова улыбнулась, но улыбка быстро погасла.

— Тогда на десерт, — сказал я по-прежнему весело и беспечно. Но это было уже игрой, я снова перестал быть самим собой, снова вошёл в роль. И только внешне был совершенно беспечен и рад встрече. Но мозг уже работал, я уже знал, что её не было в списках персонала на Кабенге, и мнемоблоки тут же подтвердили это знание. И сразу же на душе снова стало тревожно и холодно.

— А ты здесь давно? — спросил я.

— Уже полгода.

— Ну и как — нравится?

Она ещё больше погрустнела, опустила глаза. Сказала тихо, не глядя на меня.

— В общем, неплохо. Хотя как-то непривычно временами. На практике всё казалось значительно проще. И не думалось, что бывает… вот так.

— Ну, сравнила, — мы познакомились с ней как раз во время этой практики, что у них была после третьего, кажется, курса. Я был в отпуске на Сигре-4, немного расшибся во время перехода через перевал Свена и попал в клинику как раз тогда, когда там работали практиканты. Потом мы довольно часто встречались и на Земле — но только до Джильберты. — А ты работаешь здесь, на базе, или на одной из станций?

— На базе, конечно. Для работы на станциях нужно не меньше года стажа.

— Ну тогда понятно, чем ты недовольна, — кухня, наконец, выдала мой заказ, и я набросился на еду. — Работы, наверное, очень много. То палец кто порежет, а через неделю, глядишь, поступит больной с ушибом колена.

— Если бы так, — она тяжело вздохнула, опустила глаза, невидящим взглядом уставилась в стол перед собой. — Если бы так…