Дэн Абнетт - Ересь Хоруса: Омнибус. Том II

• Название: Ересь Хоруса: Омнибус. Том II
• Автор: Дэн Абнетт
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Эпическая фантастика
• Год: 2016

Это легендарная эпоха. Галактика объята пламенем. Великий замысел Императора относительно человечества разрушен. Его любимый сын Хорус отвернулся от света отца и принял Хаос.

Его армии, могучие и грозные космические десантники, втянуты в жестокую гражданскую войну. Некогда эти совершенные воители сражались плечом к плечу как братья, защищая галактику и возвращая человечество к свету Императора. Теперь же они разделились.

Некоторые из них хранят верность Императору, другие же примкнули к Магистру Войны.

Среди них возвышаются командующие многотысячных Легионов — примархи. Величественные сверхчеловеческие существа, они — венец творения генетической науки Императора. Победа какой-либо из вступивших в битву друг с другом сторон не очевидна.

Планеты пылают. На Истваане-V Хорус нанес жестокий удар, и три лояльных Легиона оказались практически уничтожены. Началась война: противоборство, огонь которого охватит все человечество. На место чести и благородства пришли предательство и измена. В тенях крадутся убийцы. Собираются армии. Каждый должен выбрать одну из сторон или же умереть.

Хорус готовит свою армаду. Целью его гнева является сама Терра. Восседая на Золотом Троне, Император ожидает возвращения сбившегося с пути сына. Однако его подлинный враг — Хаос, изначальная сила, которая желает подчинить человечество своим непредсказуемым прихотям.

Жестокому смеху Темных Богов отзываются вопли невинных и мольбы праведных. Если Император потерпит неудачу, и война будет проиграна, всех ждет страдание и проклятие.

Эра знания и просвещения окончена. Наступила Эпоха Тьмы.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'а.

https://vk.com/bookforge/. Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

— Я уверен, — серьезно ответил Ангел. — И случаи учащаются. Боюсь, со временем болезнь захватит каждого моего сына. В своей медитации я видел подобные… вероятности.

Его брат ждал, пока он продолжит. Каждый из примархов был по-своему одарен сверхъестественными способностями их отца, а для Сангвиния частью этого наследия было определенного рода зрение. Туманное, неопределенное чувство предвидения.

— Всегда одно и то же, — продолжил Ангел. — Воин в пылу битвы поддается гневу, который растет и растет, пока не лишает его разума. Человеческое начало исчезает и остается только дикая сущность. Он убивает и убивает, все больше и больше жаждет крови, — рассказывая, примарх побледнел. — А в конце происходит самое худшее — он полностью теряет самого себя.

— Пока смерть не становится избавлением, — Хорус снова кивнул. — Брат… Я понимаю тебя… Давно ты это знаешь?

Удивительно, но Сангвиний почувствовал облегчение, словно доверившись Хорусу, он действительно снял тяжесть с души.

— Я скрываю это от нашего отца и братьев несколько лет. Ищу решение. Некоторые из сыновей объединились со мной в поиске способа уничтожения этого изъяна.

Сангвиний стиснул зубы.

— Моего изъяна.

— Брат… — начал Хорус, подбирая слова.

Сангвиний покачал головой.

— Молчи. Ты думаешь, я виню себя за нечто, что не могу контролировать, но это не так. Это мое наследие, и я должен найти ему объяснение. Примарх… — Он запнулся, его голос переполняли эмоции.

— Примарх — отец своего легиона, — сказал Хорус, закончив за него мысль. — Я не буду возражать или пытаться убедить тебя в обратном, — он снова сделал паузу.

— Кто еще знает об этом? — Хорус бросил взгляд на вход в часовню сопереживания.

— Азкаэллон, капитан Ралдорон, мой главный апотекарий на Ваале… и еще несколько.

Хорус тихо спросил:

— Почему, во имя Терры, ты не попросил помощи?

Сангвиний встретился с ним взглядом.

— Скажи мне, Хорус. Чего ты боишься больше всего?

Вопрос застал второго примарха врасплох, и какое-то мгновенье Лунный Волк собирался проигнорировать его, но затем выражение его лица изменилось, и прозвучал жестокий и правдивый ответ:

— Потерпеть неудачу. Подвести свой легион, свой Империум… своего Императора.

— Нечто подобное разделяет каждый из его сыновей, даже если у многих никогда не хватит мужества признать это. — Сангвиний отошел, вокруг него вытянулись тени. — Я не мог поговорить об этом ни с кем из других. Ты так же, как я, знаешь, что это принизило бы мой легион. Некоторые из наших братьев увидели бы в этом слабость и постарались бы обратить ее против меня, — он поморщился. — Альфарий, Лоргар… Они не будут великодушными.

— Но почему ты скрываешь это от отца? Если кто из живых существ знает разгадку, то это он!

Сангвиний повернулся к Хорусу, его ангельские черты окаменели.

— Ты знаешь причину! — прорычал он в ответ. — Я не хочу отвечать, если Кровавые Ангелы исчезнут из истории Империума. Не хочу, чтобы о моем легионе напоминал только третий пустой постамент под крышей Гегемона!

Глаза Хоруса расширились.

— До этого не дойдет.

Сангвиний снова покачал головой.

— Я не могу рисковать. Интересы Императора выходят далеко за пределы потребностей отдельных сыновей. Ты знаешь, что это так. — Он нахмурился. — Мы все знаем об этом.

Снова наступила тишина, нарушаемая только глухим воем ветра среди разрушенных стен и далеким грохотом металла, когда уничтожали очередную башню восхваления.

Затем с мрачной решимостью Хорус протянул руку Ангелу.

— Я клянусь тебе, что никому не скажу об этом. Я буду хранить молчание так долго, сколько ты пожелаешь.

Сангвиний ответил тем же, их наручи лязгнули, когда братья сжали ладонями запястья друг друга по старому обычаю, существовавшему еще до Объединения.

— Хорус, я тебе доверяю как никому — сказал он. — Не представляешь, как мне важна твоя поддержка.

— Можешь на меня рассчитывать, — ответил Лунный Волк, — сколько бы времени это ни заняло.

Ралдорон едва скрыл потрясение, когда не один, но двое примархов вышли из разрушенного здания. Не говоря ни слова собравшимся воинам, Сангвиний и Хорус прошлись по серебряным пескам, повернули в противоположные стороны и направились к рядам своих легионов.

Рядом с первым капитаном стоял неподвижный, словно статуя, Азкаэллон, и Ралдорон не сомневался, что командир Сангвинарной гвардии в ярости. Появление Хоруса могло значить только одно. Он знал.

Почувствовав взгляд Ралдорона, Азкаэллон тяжело посмотрел на него.

— Твои воины бесполезны.

— Выбирай выражения, телохранитель, — ответил сквозь стиснутые зубы капитан. Он указал за кольцо своих солдат. — Твой заместитель бродит поблизости, и он тоже не заметил примарха.

— Зуриил получит выговор за эту ошибку, можешь не сомневаться.

Ралдорон не сомневался. Азкаэллон был суровым командиром и ни перед чем не отступал. Между воинами первой роты и Сангвинарной гвардией часто возникали трения. Гибкий стиль Ралдорона шел вразрез с отчужденным, суровым поведением Азкаэллона, и оба воина предельно отражали эту разницу.

— У меня есть дела, — сказал командир гвардии, зашагав прочь от руин. — Надеюсь, конец операции я могу оставить на тебя, не опасаясь новых ошибок.

Прежде чем Ралдорон смог ответить, полетный ранец Азкаэллона выплюнул пламя и его рельефные крылья раскрылись. Во вспышке золотистого света воин исчез.

Первый капитан еще больше нахмурился и распустил своих воинов резким взмахом. На одного из них он сердито взглянул.

— Где апотекарий? Я вызвал специалиста час назад!

— Здесь, лорд, — произнес голос позади.

Ралдорон обернулся и увидел легионера, вышедшего из дыма и направившегося к нему по усеянной обломками площади. На багровом доспехе с белой окантовкой санкционированного медика легиона висел набор нартециумов, емкости с медикаментами и другие инструменты мясника. Его левая перчатка была сильно модифицированной версией стандартного доспеха Марк II «Крестовый поход», выступающий ствол редуктора придавал ей громоздкий вид. Апотекарий носил эмблему «прим хеликс», а над окуляром шлема — значок черепа, указывающий на самое младшее звание — апотекаэ минорис. За ним неторопливо шел рабочий сервитор, раскачивающийся на неровной местности. Капитан предпочел бы ветерана в этом деле, но отвлечение более опытного офицера от его обязанностей привлечет чрезмерное внимание.

Новоприбывший отдал честь.

— По вашему приказанию прибыл. — Он не подал виду, что заметил уход двух примархов, и это было к лучшему.

«Будет меньше вопросов», — подумал капитан.

— Следуй за мной, — приказал Ралдорон, — и ничего не говори.

Они вошли в разрушенную часовню, и апотекарий включил фонарь на ранце. Холодный луч белого света пронзил помещение, выхватив тысячи крошечных частиц каменной пыли, висевших в спертом воздухе, а потом отразился от большой лужи внутри обвалившегося нефа. Ралдорон увидел, как луч метнулся к темным очертаниям покойников, и окликнул молодого апотекария, привлекая его внимание к платформе, где лежало тело Алотроса. Капитан очистил доспех мертвого боевого брата от всех символов роты и личных знаков, пока не осталось ничего, что указало бы на то, кем был этот воин и где служил.

— Прогеноидные железы, — сказал капитан. — Извлеки их.

Кровавый Ангел на мгновенье засомневался, но безликий шлем не выдал эмоций, и апотекарий с готовностью принялся за работу. Редуктор издал пронзительный звук, прогрызаясь сквозь обнаженное тело, пока не вскрыл его, и наконечник вырезал богатый генами мясистый кусок. Каждый прогеноид был совокупностью метаданных ДНК в органической форме, кодом физиогномики Кровавых Ангелов, представленным во плоти. Подобные органы имплантировались каждому легионеру, который приспосабливался к специфическим чертам и особенностям их братства. Они были самым ценным ресурсом легиона космодесантников, так как каждый прогеноид, извлеченный из павшего воина, обретет новую жизнь в теле следующего поколения рекрутов. Таким образом, они сохранят генетическую родословную с теми, кто пришли до них и теми, кто придет после.

Апотекарий почтительно поместил геносемя Алотроса в герметичную капсулу, но прежде, чем успел положить в контейнер на бедре, капитан Ралдорон забрал ее.

— Как тебя зовут, апотекарий? — спросил офицер, опережая любые вопросы.

— Мерос, господин. Из девятой роты.

— Капитана Фурио, — кивнул он. — Отличный воин. Хорошая рота.

— Благодарю, господин. Но…

Ралдорон продолжил, словно Мерос ничего не говорил.