Дэн Абнетт - Ересь Хоруса: Омнибус. Том II

• Название: Ересь Хоруса: Омнибус. Том II
• Автор: Дэн Абнетт
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Эпическая фантастика
• Год: 2016

Это легендарная эпоха. Галактика объята пламенем. Великий замысел Императора относительно человечества разрушен. Его любимый сын Хорус отвернулся от света отца и принял Хаос.

Его армии, могучие и грозные космические десантники, втянуты в жестокую гражданскую войну. Некогда эти совершенные воители сражались плечом к плечу как братья, защищая галактику и возвращая человечество к свету Императора. Теперь же они разделились.

Некоторые из них хранят верность Императору, другие же примкнули к Магистру Войны.

Среди них возвышаются командующие многотысячных Легионов — примархи. Величественные сверхчеловеческие существа, они — венец творения генетической науки Императора. Победа какой-либо из вступивших в битву друг с другом сторон не очевидна.

Планеты пылают. На Истваане-V Хорус нанес жестокий удар, и три лояльных Легиона оказались практически уничтожены. Началась война: противоборство, огонь которого охватит все человечество. На место чести и благородства пришли предательство и измена. В тенях крадутся убийцы. Собираются армии. Каждый должен выбрать одну из сторон или же умереть.

Хорус готовит свою армаду. Целью его гнева является сама Терра. Восседая на Золотом Троне, Император ожидает возвращения сбившегося с пути сына. Однако его подлинный враг — Хаос, изначальная сила, которая желает подчинить человечество своим непредсказуемым прихотям.

Жестокому смеху Темных Богов отзываются вопли невинных и мольбы праведных. Если Император потерпит неудачу, и война будет проиграна, всех ждет страдание и проклятие.

Эра знания и просвещения окончена. Наступила Эпоха Тьмы.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'а.

https://vk.com/bookforge/. Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

— Посмотрите, что они сделали с ним! — закричала Ниоба, слезы катились по испачканному копотью лицу. — Разве вы не видите?

Исходящий от тумана свет коснулся гнева в сердцах Мероса, и Кровавый Ангел вспомнил тот миг на поле битвы, когда Ка Бандха использовал ту же силу, чтобы убить целую роту его братьев. Кано упоминал об источнике всей ярости и боли, который бросил тень на скопление Сигнус, и сейчас у легионера не было сомнений в том, что он смотрит на него.

Апотекарий не мог описать чувство, которое пронеслось по нему с такой неистовой силой. Оно выходило за пределы страха и знаний, за пределы уверенности. Мерос не сталкивался ни с чем подобным, поэтому не мог выразить словами свое ощущение. Он просто знал, что этот предмет должен быть уничтожен.

И тогда он увидел лицо.

Бурлящий туман собрался и уплотнился, на краткий миг пытаясь воссоздать очертания человека. Нет, не человека. Легионера. Кровавого Ангела.

Полусформировавшийся образ колыхнулся, словно не мог точно вспомнить, как удержать себя в плотной форме, но этого было достаточно, чтобы Ралдорон пробормотал крепкое ваалитское ругательство и побледнел, когда узнал лицо.

— Я знаю его, — прохрипел Ралдорон. — Во имя Трона, это Тагас! Капитан сто одиннадцатой!

— Нет, — Мерос покачал головой. — Этого не может быть… Капитан Тагас погиб на Один-Четыре-Двадцать, в мире под названием Убийца.

Он вспомнил мемориальные свитки на стене почета «Красной слезы», имя Тагаса было там вместе с остальными погибшими.

— Это обман!

— Его тело так и не нашли, — сказал Ралдорон, эмоции заглушили слова. — Я знал его лучше любого боевого брата в легионе! Клянусь, это он! Он угодил в западню…

Как только он произнес эти слова, лицо расплылось, и красный туман вернулся в первоначальное состояние, словно квинтэссенцию ярости превратили в элементарную массу и заперли, сковав, как ослепительно яркую плазму в сердце термоядерного реактора.

Мерос инстинктивно посмотрел на Кирисса, ланеглазая тварь на миг встретилась взглядом с апотекарием. Демон засмеялся, мускулистое тело затряслось в такт с насмешливыми звуками, которые издавала козлиная морда. Мерос мельком увидел бесконечную жестокость в этом хищном взгляде и понял, что Ралдорон не ошибся.

— Думаю, они убили его очень давно, капитан. И поместили в это адское устройство.

— Ты слышишь эти крики? — спросила Ниоба. — Что они сделали с ним?

Эти твари совершили величайший акт осквернения над братом их легиона, мертвым космодесантником, который на самом деле не умер. От Тагаса осталась только частичка души, слабый отголосок воина, которым он когда-то был, и Кровавый Ангел использовал его, чтобы предупредить своих братьев о предстоящей встрече.

Кано вернулся, переход был изматывающим. Его мысли представляли путаницу несвязных образов и наполовину ощущаемых эмоций, его личность рассыпалась на частицы в результате неожиданного пробуждения. Он был так близок к мыслям своего повелителя, слегка прикоснувшись к пойманному в ловушку разуму примарха, но затем все исчезло. Связь лопнула, распавшись на пылающие нити. Царство снов и видений, сцены неизвестного будущего, которые он наблюдал, все исчезло, и Кано вырвали из нематериального мира.

Реальность обрушилась на него с сокрушающей силой, и легионер упал на палубу, раскинув руки на металлическом полу лазарета. Запах обожженной плоти и горячего пепла наполнил ноздри, и Кровавый Ангел моргнул, пытаясь разглядеть что-нибудь сквозь слезящиеся глаза. Кано услышал низкий, задыхающийся стон и поднял голову. Он был так слаб, ему едва хватало сил сделать вдох. Слияние разумов полностью истощило его.

Он поднял голову и увидел, как Эканус опустился на колени, фонтан артериальной крови хлестал из ужасной раны на шее. Затем близкий друг и боевой брат Кано умер, свет потух в его глазах, и тело рухнуло вперед.

Эканус был не единственным. Остальные погибли, но куда более ужасным и фантастическим способом. Сальватор, Новенус, Деон, все они превратились в серые изваяния, их тела поглотил изнутри неконтролируемый психический огонь. Его братья пожертвовали собой, чтобы спроецировать свое псисознание сквозь пелену тьмы в разум Сангвиния. И все напрасно.

Кано попытался встать и увидел, как погиб Эканус. Над мертвым псайкером стояла фигура, человек с безумным взглядом и тяжелым клинком в руке.

Значит убийство, а не жертва.

На ноже блестела кровь легионера, и когда Кано пригляделся, ему показалось, что металл пьет ее, впитывая жидкость. Человек был одним из тех, кого Мерос спас на Сколтруме. Всего лишь мужчина, обычный человек.

И тем не менее он убил космодесантника, зарезав несчастного Экануса, когда тот бесчувственно плыл в глубинах психического транса. Нападение труса.

— Я… убью тебя за это… — с трудом произнес Кано, не в состоянии встать твердо на ноги. В его глазах вспыхнул гнев. Тело отказывалось подчиняться. — Почему?..

— Вот как это всегда заканчивается, — сказал безумец, и в его словах было слышно эхо, словно другой голос заставлял его повторять свои слова. — Хенгист всегда был верным, его внедрили в самом начале, он родился и возвысился, чтобы подчиняться. Сын-оружие, фигура, поставленная на доске, чтобы быть наготове.

Вдруг на его лице появилась злобная гримаса.

— Я всегда знал! — выкрикнул он, брызжа слюной. — Хенгист и Лутгардис, Хорса и Фириа, братья по культу были готовы, — клинок поднялся, теперь он был чист.

— Всегда готов, — пробормотал безумец.

Он стянул капюшон с головы, и Кано увидел, что у него на лбу вырезано кольцо, пронизанное восемью линиями. Убийца Экануса направился к нему, обойдя крестообразную платформу, на которой безмолвно и неподвижно лежал примарх.

Воин поднялся на колени, потянувшись к колонне, чтобы опереться на нее. Этот безумец убьет его, как убил Экануса, ударив в тот момент, когда тот был слаб и не способен сопротивляться. Сангвиний никогда не будет пробужден.

Рука Кано соскользнула, и он упал на пол. В глазах все расплылось, он отчаянно пытался встряхнуть себя, уйти от предательства своей плоти к бессмертной силе души.

— Сейчас ты умрешь, — сказал безумец.

— Сначала ты, — проскрежетал Кано, когда его мысли коснулись пылающего ядра силы, спрятанной глубоко в душе. И которую он слишком долго держал в узде.

Псайкер поднял руку и высвободил эту силу. Воздух завизжал, когда потрескивающая рубиновая молния вырвалась из ладони Кано и пронеслась через помещение. Хенгист взорвался раньше, чем смог закричать от боли, кровь и плоть испарились во влажную дымку, от которой потемнели пол и потолок. Беспорядочно выстреливали разряды остаточной энергии, извиваясь по металлической палубе, погасшим мониторам измерительных приборов и светильникам.

Казалось, прошло сто лет, прежде чем Кано смог выбраться, пошатываясь, из отсека в коридор. Он опирался о стену, спотыкаясь, словно пьяный. Тусклый свет Сигнуса Прайм проникал в разрушенный переход, пыль в зловонном воздухе накрывала устлавших пол мертвецов. Повсюду лежали трупы людей, а на некоторых сидели крылатые гарпии, пируя остывающей плотью.

Твари зашипели, когда увидели идущего Кано. Они неистово захлопали крыльями, поднимаясь по спирали в мертвое небо через бреши в корпусе «Красной слезы».

Кано снова споткнулся, прислонившись к разрушенной стене. Чтобы добраться сюда, он исчерпал все силы. Больше всего ему хотелось упасть на палубу и заснуть, позволить колыбельной анабиозной мембраны взять под контроль изможденное тело и отдохнуть. Поступив так, он признал бы правду.

— Я подвел… — прошептал он. Данное им обещание — отдать все силы, чтобы добраться до разума примарха, пойманного в клетку мучительных видений, — рассыпалось, а те самые воины, которые могли повернуть ход войны, лежали мертвыми из-за его неудачи. Он был так близок. Всего несколько мгновений, если бы не убили Экануса…

Вокруг него пустые залы не способной взлететь боевой баржи были безмолвными свидетелями этой открывшейся правды. Его братья ушли, бросив «Красную слезу», когда огромная жажда крови в конце концов овладела легионом. Кано вгляделся в далекую башню адского собора. Башня из костей взывала к нему, как воззвала к остальным. Она станет памятником их конца.

На Кано нахлынула волна ужасной боли, столь сильной, что у него перехватило дыхание.

— Я подвел мой легион. Моих братьев. Моего примарха.

От стыда он закрыл глаза.

— Ты не подвел.

Кано дернулся, глаза резко открылись, словно его вырвали из глубочайшего сна. Вопреки холоду и зловонному воздуху, тусклому сиянию сигнусийских звезд, просачивающемуся сквозь тошнотворную пелену на небе, перед ним блестел янтарь и сияла белизна.