Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I

• Название: Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I
• Автор: Гэв Торп
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2016

Все началось примерно семнадцать тысяч лет назад, когда в мире появились Древние. Неведомые и могучие существа, решившие, что нашли неплохое местечко для жизни. Они повелевали пространством и, возможно, временем. Были способны творить жизнь и вообще больше всего напоминали богов. Освоившись на новом месте, они начали создавать разумных существ себе в помощники.

Однако идиллия созидания была нарушена Силами Хаоса, пожелавшими уничтожить молодой мир. Голодный и алчный, Хаос ринулся в материальный мир, сметая все на своем пути. И когда казалось, что все потеряно, силы порядка все-таки вырвали победу из лап Хаоса, заперев его путь в этот мир.

После этого разумным расам пришлось приспосабливаться к новым реалиям — Хаос, пускай и запертый, продолжал влиять, порабощать и изменять.

Однако столетия сменяли друг друга, старые раны мало-помалу заживали, эльфы, гномы, люди и прочие творения Древних знакомились друг с другом и худо-бедно учились жить вместе.

Это уже не были золотые века под защитой Древних. Войны сменяли одна другую, и кровь щедро лилась на землю, однако после кошмара Хаоса даже такое существование воспринималось, как благо.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

— Вот, парень. Это придаст тебе силы, чтобы копать.

Артиллерист, не прекращая работы, повернул голову и открыл рот. Райнер влил ему ложку лекарства, чувствуя себя нянькой, которая кормит ребенка, что было, впрочем, похоже на правду.

Он встал и обернулся к своим людям. Вздохнул. Вот, настало время взглянуть правде в глаза.

— Слушайте, я хочу поговорить с вами. — Он помолчал, не решаясь продолжить, потом прочистил глотку и снова заговорил: — Это я втянул вас в эту историю. Я привел вас в эти дурацкие горы. Я выбрал эту тропу, а не другую; я же толкнул бедного Оскара, в результате чего обрушилась крыша. Я уже готов снять с себя командование и передать его кому-нибудь другому. На самом деле меня даже удивляет, что никто не расправился со мной, пока я спал, и не возглавил отряд сам.

Все в молчании пристально глядели на него.

Он сглотнул:

— Значит, так. Если кому-то нужен этот пост, говорите. Я с радостью откажусь от него.

Снова воцарилась тишина, наконец Павел закашлялся.

— Простите, капитан. Мы всего лишь рядовые служаки, крестьяне, сыновья торговцев и все такое. Вы вроде как благородный. Вам и править. Это ваша работа.

— Но я натворил уже дел! Смотрите, куда нас занесло! Я это сделал! Мы оказались в ловушке из-за того, что я вспылил. Вам уже давно пора взбунтоваться.

— Не, капитан, — сказал Халс, — мы тебя за это не виним. Ты сделал все, что смог, и требовать с тебя большего нельзя. Вот если капитан начинает трястись за свою шкуру больше, чем за своих людей, тогда… э-э-э… всякое может случиться.

Райнер смущенно покраснел. Они были о нем такого высокого мнения, а он сущий негодяй. Как раз он-то и заботился в первую очередь о собственной шкуре и принял командование только потому, что хотел, чтобы остальные защитили его, если что. Работа эта оказалась настолько нелегкой, что он с радостью передал бы ее кому-нибудь более к ней пригодному.

Он вздохнул.

— Очень хорошо. Если никто не хочет взваливать на себя эту ношу, — он повернулся и принялся упаковывать спальный мешок, — давайте искать, как выбраться из этой дыры.

К тому времени как все собрали пожитки и перекусили всухомятку, Оскар уже лежал на камнях с закрытыми глазами.

— Отличная работа, Густав, — сказал Райнер. — Теперь это твой пациент. Обеспечь его перемещение.

— С радостью, сэр, — ответил Густав, хотя насчет его радости были все основания усомниться.

Густав перевязал пальцы Оскара и поставил его на ноги, пока Халс зажигал два из драгоценных факелов и фонарь Вирта со шторкой. Все поднялись и пустились в путь. В темноту. Джано разведывал дорогу, осторожно пробираясь по туннелю в двадцати шагах от остальных, которых вели Райнер и Франц. За ними шел Ульф, потом Павел, поддерживаемый Халсом, и Оскар, опирающийся на Густава. Райнер почувствовал какой-то воздушный поток — это обнадеживало: если воздух перемещается, значит, есть какой-то выход наружу. Но вот что странно: ветерок был то теплым, то холодным.

Почти сразу же обнаружился выход в другой туннель, по центру которого были проложены железные рельсы на деревянных шпалах. Однако рельсы были местами разрушены, а шпалы сгнили.

— Куда? — спросил Джано, обернувшись.

— Следуй за ветром, — ответил Райнер. — Иди туда, откуда он дует.

Джано так и сделал, и при свете фонаря они углубились в шахту. Туннель изгибался влево и вправо самым причудливым образом, то поднимаясь, то опускаясь вслед за рудоносной жилой, и чем дальше, тем больше попадалось всевозможных ответвлений. Иногда туннель расширялся, превращаясь в залы с колоннами, очевидно, там, где находили особенно богатые залежи, а потом снова сужался.

Где-то через четверть часа Джано примчался назад, размахивая руками.

— Тушите факелы! — шипел он. — Тушите факелы!

Райнер и Халс ткнули факелами в грязный пол туннеля, Джано закрыл шторку фонаря. К своему изумлению, они обнаружили, что находятся не в полной темноте. Слабое неровное свечение лилось из-за ближайшего поворота, вдалеке разносился тяжелый топот.

— Курганцы, — прошептал Джано.

Все обнажили оружие и задержали дыхание. Свет становился все ярче, а шаги — все громче. Послышались хриплые голоса, бубнящие что-то на варварском наречии. Райнер вцепился в рукоять сабли так, что костяшки пальцев заныли. Через некоторое время звуки странным образом изменились: теперь курганцы словно стояли прямо у них за спиной и говорили чуть ли не в ухо, а потом голоса и свет снова стали далекими и в конце концов исчезли совсем.

Компания с облегчением выдохнула.

— Чудненько, — сказал Райнер с некоторой претензией на жизнерадостность, — теперь-то уж точно найдем другой выход.

— Ага, — сказал Халс, — прям мимо них.

Они снова зажгли факелы, зашли за угол и оказались на пересечении туннелей. Ветер дул с той стороны, куда ушли курганцы. Туда же тянулись и рельсы. И они последовали этим путем.

— Только не пытайся их догнать, — сказал Райнер.

Джано ухмыльнулся и снова пошел на разведку.

Вскоре послышался какой-то лязг и стон, загомонили и закричали сразу сотни голосов. Весь этот бедлам перекрывали чьи-то резкие окрики. В туннель просочился немигающий красный свет, ветер задул порывами — то жаркими, то холодными. В нем чувствовался запах пота, дыма и смерти.

Свернув направо, Райнер попал в поток горячего воздуха. Он остановился. Рельсы уходили дальше в туннель. В глубине от каменных стен отражался красный свет, звуки там казались заметно громче.

— Джано, — тихо позвал он, — поди-ка сюда.

Райнер повел своих товарищей в боковой туннель, осторожно продвигаясь в сторону источника света. Шагов через тридцать туннель внезапно оборвался, он заканчивался грубым подобием арки. За ней виднелись клубы подсвеченного дыма, поднимающиеся снизу. За аркой их встретила пустота: только концы искореженных рельсов и расщепленные остатки деревянных подмостков, торчащих над обрывом.

Райнер прокрался вперед и вгляделся вниз, в огромную пещеру, расстояние до которой было добрых сорок футов. Остальные столпились позади него, вытягивая шеи. Перед ними открылся сущий ад. Прямо под обрывом находился источник дыма — две гигантские каменные печи в форме пирамид, каждая величиной со средний дом в Альтдорфе. Дым валил из квадратных отверстий наверху. В эти самые отверстия сбрасывали ведра камней, помеченных черными и красными штрихами, две бесконечные вереницы рабов. Рабы ползли по склонам пирамид, словно муравьи, скидывали ношу в дымящиеся печи и снова спешили в дальний конец пещеры к огромным грудам какого-то красноватого материала, заполняли ведра, и вся процедура повторялась снова и снова.

— Сколько руды, — изумленно выдохнул Ульф. — Никак не меньше, чем в самом Нульне.

Справа от печей пещера сужалась до черного отверстия, в котором скрывались рельсы. Туда уходила длинная колонна рабов, по шесть в ряд. Они были скованы кандалами и несли на плечах кирки. Надсмотрщики-курганцы исполинского роста гнали их вперед, крича и щелкая бичами над головами несчастных. Рядом с собой на привязи они держали огромных псов, которые прыгали и лаяли на рабов.

Другие невольники толкали по рельсам из той же дыры большие деревянные тележки, потом тянули их вверх по деревянному пандусу, расположенному на опорах прямо над горами руды. Они сваливали вниз содержимое тележек, а потом отгоняли их обратно по пандусу в шахту.

Среди рабов были не только мужчины и женщины, но и дети, до того грязные, истощенные и замученные, что определить их пол и возраст представлялось почти невозможным. Все они выглядели согбенными стариками, с клочковатыми волосами, морщинистыми изможденными лицами. В глазах жизни было не больше, чем в комьях сухой глины. Многие из них были просто калеками: кто без пальцев, кто без рук, ног или глаз. Голые спины разукрашены следами бичей, конечности покрыты бесчисленными, едва зажившими ожогами. Однако же надсмотрщики немилосердно гнали их, пиная и стегая тех, кто замешкался, и жестоко избивая любого при малейших признаках бунта.

Франц сжал кулаки:

— Животные! Поубивал бы их всех!

За печами часть рабов сваливала поленья в ревущее пламя, другие управлялись со створками, широкими, как ложе богача. Группа рабов в тяжелых передниках и толстых перчатках волокли каменные формы, напоминающие ломти хлеба, только величиной с бочонок, под сплошным потоком раскаленного добела, расплавленного железа. Как только очередная форма наполнялась, ее оттаскивали в сторону и заменяли другой. Поодаль остывшие заготовки выбивали из форм и грузили на тележки.

Райнер посмотрел, как одну из тележек везут в соседнее помещение. Дым затруднял видимость, но ему показалось, что он различает огонь кузницы и мокрые от пота тела кузнецов, с каким-то устрашающим упорством кующих оружие и доспехи и сваливающих их в огромные кучи. А позади… Он прищурился и прикрыл глаза сложенной козырьком ладонью, чтобы защитить их от слепящего света. Это еще что за ужас? Выглядит почти как… Сердце его подпрыгнуло в груди, как только он понял, что смотрит наружу и видит дневной свет. А он ведь и не осознавал до этого, как ему его не хватало… Но когда глаза немного попривыкли, он различил дома, конюшни и множество воинов-хаоситов, но, что хуже всего, высокие каменные стены, которые они видели, когда только пришли в долину прошлой ночью.