Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I

• Название: Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I
• Автор: Гэв Торп
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2016

Все началось примерно семнадцать тысяч лет назад, когда в мире появились Древние. Неведомые и могучие существа, решившие, что нашли неплохое местечко для жизни. Они повелевали пространством и, возможно, временем. Были способны творить жизнь и вообще больше всего напоминали богов. Освоившись на новом месте, они начали создавать разумных существ себе в помощники.

Однако идиллия созидания была нарушена Силами Хаоса, пожелавшими уничтожить молодой мир. Голодный и алчный, Хаос ринулся в материальный мир, сметая все на своем пути. И когда казалось, что все потеряно, силы порядка все-таки вырвали победу из лап Хаоса, заперев его путь в этот мир.

После этого разумным расам пришлось приспосабливаться к новым реалиям — Хаос, пускай и запертый, продолжал влиять, порабощать и изменять.

Однако столетия сменяли друг друга, старые раны мало-помалу заживали, эльфы, гномы, люди и прочие творения Древних знакомились друг с другом и худо-бедно учились жить вместе.

Это уже не были золотые века под защитой Древних. Войны сменяли одна другую, и кровь щедро лилась на землю, однако после кошмара Хаоса даже такое существование воспринималось, как благо.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

«Кем же должны быть существа, ведущие боевые действия в подобной манере?» — недоумевал Феликс, направляясь к „Белому кабану“ по улицам, посещаемым призраками. Он даже в книгах никогда не встречал упоминаний о такой омерзительной тактике. Теперь он знал, что она эффективна. При виде трупов люди испытывали тошноту и блевали. Что ещё хуже, некоторые начинали кашлять. Феликс понимал, что это всего лишь первый, возможно самый незначительный симптом того, что последует далее. Повсюду уже распространились слухи о чуме.

Феликс смотрел на Ульрику. Она тоже имела мрачный вид. Неудивительно, окружающая действительность вогнала бы в депрессию даже подвыпившего шутника. Даже в лучшие времена Прааг не был вызывающим радость городом. Архитектурные строения наводили уныние. Рогатые гаргульи цеплялись когтями за свесы крыш. На стенах были выгравированы страшные оскаленные лица — напоминания о случившейся два столетия назад долгой войне с предшественниками той армии, что ныне стоит у ворот. Но не это самое худшее. Тягостная унылая атмосфера, которая словно усиливалась с появлением орды Хаоса, реагируя на её присутствие. Иногда Феликсу казалось, что боковым зрением он замечает странные фигуры в дверных проёмах, в глубине переулков и на крышах. Когда же он поворачивался, там не было ничего. У Феликса оставалось ощущение, что нечто просто скрывается от взгляда, но ему никогда не удавалось чётко рассмотреть, что же это такое.

Он улыбнулся Ульрике, но не получил в ответ её улыбки. Лицо оставалось бледным и нахмуренным. Она покашляла. Ульрике нравился город, мрачневший день ото дня. В эти дни делить с ней постель было всё равно что с незнакомкой. Словно им не о чем было поговорить. И ничто не вызывало удовольствия. Тем не менее, каждый раз подумывая прекратить эти отношения, он не мог решиться. Словно его связывали невидимые цепи.

Феликс понимал её обеспокоенность. Кто бы вёл себя иначе в сложившихся обстоятельствах? Их жизни в опасности. И для Ульрики это ещё тягостнее, чем для него. Вся её жизнь пошла кувырком. Отец пропал. Страну наводнил враг. Помимо физической расправы ей угрожает чума и чёрная магия. Это не совсем то, что ощущал он сам. Феликс покачал головой и едва не расхохотался.

Феликс начинал понимать, насколько он изменился за время странствий в компании Готрека. Ему было страшно, но страх был контролируемым чувством, шевелящимся где — то в глубине сознания. Его прошлая жизнь была почти обыденным делом, как мог бы выразиться его отец. Годы странствия приучили его к голоду и лишениям. Опыт, полученный во многих опасных передрягах, развил у Феликса способность игнорировать непосредственно грозящие опасности до крайнего момента. Он отчасти научился откладывать тревоги до той поры, когда придёт время разобраться с ними. Даже чума не ужасала его так, как когда — то раньше. Прежде он уже пережил одну чуму, и рассчитывал как — нибудь пережить и эту.

В любом случае, волнуешься ты или нет, результат практически одинаков. Если уж ему суждено погибнуть от чумы, то лучше не знать об этом до самого конца. Частью сознания он понимал, что занимается самообманом. Глубоко на подсознательном уровне Феликса сильно беспокоило происходящее, но он обнаружил, что в настоящий момент способен это проигнорировать.

— Учитывая сложившиеся обстоятельства, выглядишь ты неестественно весело, — заметила Ульрика.

Они вышли на главную площадь рядом с внутренней стеной. Площадь по — прежнему оставалась местом торговли, где в многочисленных купеческих лавках можно было приобрести что угодно, от кожаных изделий до продуктов питания. Только нынче порции зерна для бедноты отмеряли солдаты из княжеской стражи, отсыпая каждому по кожаной чашке объёмом с небольшую пивную кружку. Те уносили зерно в горшках, мешках или заворачивали в куски ткани. Феликс только мог констатировать, что не все из присутствующих выглядят бедняками. Некоторые были одеты, как ремесленники или купцы. Большинство таких людей стражник отгонял, если те не совали ему в руку монету, что происходило довольно часто. Феликс пожал плечами. Есть нужно всем. Скорее всего, эти люди лишь заботятся о своих семьях. Возможно, и он поступил бы также. «Именно так на вещи смотрел мой отец», — подумал Феликс.

— Утро восхитительно, и мы ещё живы, — ответил он.

Это соответствовало действительности. Голубое небо над головой было ясным, с едва заметными облаками. Холод был более приятен, чем духота середины лета. Ветерок был бы освежающим, если не доносил вонь разлагающихся тел.

— Наслаждайся, пока можешь, — покашливая, сказала Ульрика. — Зима тут наступает быстро.

— В твоих устах это звучит, как благая весть.

— На это наша главная надежда, — ответила она так, словно разговаривала с недоумком.

— Почему?

— Зима в Кислеве люта. Не та это пора, чтобы находиться за воротами города. Самое время укрыться внутри, у огня, с запасами продовольствия.

Что — то в голосе Ульрики побуждало его возразить, и, на его взгляд, она сделала так намеренно.

— Вероятно, воитель Арек и его приспешники собираются к тому времени оказаться за городскими стенами, согревая руки у горящих зданий.

— Что, радости теперь поубавилось?

— Эй, внизу, поберегись!

Феликс отскочил в сторону, чтобы его не забрызгало содержимым ночного горшка, выплеснутого прямо на улицу. Сей прыжок едва не занёс его в кучу навоза. От неожиданности он едва не потерял равновесие. Ульрика поймала его за плечо и рассмеялась.

— Тебе, вероятно, нужно было стать акробатом или шутом, — вырвалось у неё.

И тон был более дружелюбным, чем за прошедшие дни.

— Возможно, — ответил Феликс.

Они завернули за угол, и прямо перед ними оказалась лавка аптекаря. Феликс понял это по ступке и пестику на вывеске над входом. А если бы даже и не понял, то подсказкой послужила бы длинная очередь мрачно выглядящих людей, выстроившаяся снаружи. Чума вынудила всех озаботиться своим здоровьем. Феликс застонал. Последнее, чего ему сегодня хотелось, это простоять в длинной цепочке народа в ожидании обслуживания.

— Почему бы Максу самому не сходить за травами? — жалобно спросил он.

— Ему есть чем заняться. Он должен подготовить заклинание. Чтобы защитить нас всех от чумы.

— Мне тоже есть чем заняться.

— Ты имеешь в виду, напиваться?

По тону Ульрики Феликс понял, что никаких оправданий она слышать не желает. Он уже начал жалеть, что предложил сопровождать её в этом деле. Однако после событий минувшей ночи это казалось хорошей мыслью. Приятели охотника на ведьм могли вернуться, желая отомстить. Хотя ни Готрека, ни остальных истребителей такая перспектива особо не беспокоила.

Пока что, признал Феликс, похоже, что их поступок оправдали. Казалось, власти вообще не обеспокоила смерть одного из многих, а приятели Улго не вернулись в поисках отмщения. Но времени прошло немного.

Они присоединись к очереди у аптеки. Кто — то кашлял, у кого — то были порезы, некоторые страдали похмельем. Феликс надеялся, что на них ещё не подействовала магическая чума. Почему — то ему казалось, что чума — это лишь начало неприятностей.

Он гадал, какую новую дьявольскую напасть приготовят хаосопоклонники.

Арек осматривал стены. Пока не было заметно никаких изменений. Защитники по — прежнему ожидали с оружием в руках. Он заметил слабые струйки дыма, поднимающиеся над котлами с кипящим маслом. Все баллисты были укомплектованы расчётами. Катапульты выглядели заряженными. Мощные стены смотрелись так, словно пробить их под силу лишь божьей длани. С одной стороны, Арека это радовало. Он жаждал боя. Он желал раздавить врагов копытами своего скакуна. Ему хотелось с триумфом въехать верхом в ворота покорённого города. Арек не желал, чтобы неотвратимая победа досталась ему усилиями гнойных недоумков, поклоняющихся чумному богу.

«Осторожнее, — говорил он себе. — Победа остаётся победой, неважно, как она досталась, а для завоевания есть целый мир. Если Бубар Вонючий Выдох и его подручные смогут обеспечить лёгкую победу, зачем переживать? Пока всё закончится, предстоит ещё множество сражений». С одной стороны, страстно желая, чтобы внимание Тзинча было обращено лишь на него, Арек отвергал эту мысль, не собираясь ни с кем делить славу. С другой стороны, постоянно строя планы по достижению благосклонности своего господина, он оценивал варианты.

Победа Бубара может оттолкнуть остальных военачальников, а ему нужна их поддержка. Она даже может поставить цели нурглитов выше его собственных, хотя сейчас это кажется маловероятным. И всегда остаётся вероятность, что что — либо пойдёт не так. Чума весьма коварное оружие. Его она не затронет, как и воинов Хаоса, и тех колдунов, что пользуются благосклонностью своих божеств, однако может сгубить значительное количество кочевников и зверолюдов, если те не поберегутся. Бубар заверил его, что на всё войско распространяется защита повелителя Нургла, однако Изрыгатель Мерзости может и снять свою защиту. В прошлом подобное уже случалось.