Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2

• Название: Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2
• Автор: Гэв Торп
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2016

Все началось примерно семнадцать тысяч лет назад, когда в мире появились Древние. Неведомые и могучие существа, решившие, что нашли неплохое местечко для жизни. Они повелевали пространством и, возможно, временем. Были способны творить жизнь и вообще больше всего напоминали богов. Освоившись на новом месте, они начали создавать разумных существ себе в помощники.

Однако идиллия созидания была нарушена Силами Хаоса, пожелавшими уничтожить молодой мир. Голодный и алчный, Хаос ринулся в материальный мир, сметая все на своем пути. И когда казалось, что все потеряно, силы порядка все-таки вырвали победу из лап Хаоса, заперев его путь в этот мир.

После этого разумным расам пришлось приспосабливаться к новым реалиям — Хаос, пускай и запертый, продолжал влиять, порабощать и изменять.

Однако столетия сменяли друг друга, старые раны мало-помалу заживали, эльфы, гномы, люди и прочие творения Древних знакомились друг с другом и худо-бедно учились жить вместе.

Это уже не были золотые века под защитой Древних. Войны сменяли одна другую, и кровь щедро лилась на землю, однако после кошмара Хаоса даже такое существование воспринималось, как благо.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

Он резко махнул рукой своим архлекторам, приказывая им позаботиться о раненых.

— Прекратите кудахтать и просто послушайте!

Разочарование старого боевого жреца не утихало уже довольно долго. Пять часов наблюдения за тем, как выборщики препираются над геополитическими границами, были сродни пытке для него, и теперь он кипел от гнева. Будь то проповедь или поле битвы, Волкмар мог перекричать минотавра, но даже он старался изо всех сил, чтобы его услышали.

Император Карл Франц поднял массивную Книгу Государства со стола из красного дерева и бросил её обратно с грохотом выстрела из пушки. Галдёж моментально прекратился. Все глаза были обращены во главу стола. Единственными звуками были хныканье раненых и шипение клинков, покидающих ножны.

— Меньше паники, больше мыслей, пожалуйста, — спокойно произнёс Карл Франц. — Этот труп, без сомнений, является посланием. Но от кого?

Верховный теогонист склонился над телом. Капли дождя тихо падали на него, отскакивая от бритой головы боевого жреца, наклонившегося, чтобы осмотреть труп. Волкмар закричал, предупреждая об опасности, как только заметил крылатую тень, закрывшую лунный свет, который освещал веленевую карту, но его предупреждение пришло слишком поздно. Теперь высокородная кровь нескольких курфюрстов была пролита, и несколько слуг встретили внезапную и ужасную смерть. Тем не менее, несмотря на падение тела, вода, собравшаяся вокруг трупа, была чистой.

Потянувшись, Волкмар убрал руку с бледного лица трупа. Он медленно покачал головой. Этот человек явно умер в чудовищных муках. Рулон тонкой кожи был засунут глубоко в его глотку, оставив рот открытым в постоянном крике. Волкмар извлёк свиток и спрятал его за рукой одним плавным движением, повернувшись к Карлу Фанцу и отрывисто кивнув.

— Как вы и сказали, повелитель, зловещее послание, — произнёс Волкмар холодным голосом. — Ваше Высокопреосвященство помнит моё ходатайство о расследовании исчезновения Гюнтера Стальберга, охотника на ведьм, которого я отправил проверить слухи о Замке Дракенхоф два года назад?

Верховный теогонист закрыл невидящие глаза трупа и сотворил знамение кометы на груди.

— Судя по его виду, тело было обескровлено уже давно.

— Осторожней, болван! — вмешался граф Гауссер, плюнув от негодования в обеспокоенного слугу, который перевязывал его раненую руку.

— Обескровлен, да? — спросил он, поворачиваясь к Волкмару с кислым как лимон выражением лица. — Можешь сказать это без вскрытия? Я не вижу ран. Вне всяких сомнения ты думаешь, что во всём виноваты вампиры?

— Один вампир, если быть точным, — ответил Волкмар. — Маннфред фон Карштайн.

Ещё несколько цветастых выборщиков недоверчиво усмехнулись. Всем было известно, что Маннфред, последний из злобного выводка Влада фон Карштайна, был убит у Хель Фенн четыреста лет назад. Сильванийский аристократ был сражён альянсом гномов и людей, что положило конец Вампирским войнам.

К их чести, большинство выборщиков с востока Империи сохраняли молчание. Граф Хаупт-Андерссен из Стирланда сотворил знак Морра с мрачным выражением лица. — Как я уже говорил много раз, мой Император, тьма сгущается над Сильванией.

— И не только над ней, — ответил Карл Франц. Он указал Волкмару продолжать.

— Дождевая вода вокруг его тела не показывает и следа изменения цвета, мой Император. По моему опыту, только вампир способен настолько обескровить тело, — сказал Волкмар. — Он был…доставлен к нам крылатым существом, достаточно сильным, чтобы нести тело и в то же время достаточно незаметное, чтобы избежать обнаружения. Адские летучие мыши Сильвании уже давно находятся под проклятием несмерти. Эти существа достаточно большие, чтобы нести лошадь, и даже живые используют охотничью стратегию, основанную на внезапности. И, наконец, труп упал на часть карты, которая изображает Сильванию. Сомневаюсь, что это совпадение.

— В самом деле? — ухмыльнулся Гауссер. — А эти твои чудовища так же известны своей безупречной меткостью? Я смотрю ты ловко перепрыгнул к выводу, что прибытие этого бедолаги не твои собственные ошибки, вернувшиеся, чтобы преследовать тебя, и не несчастный побочный эффект зверинца нашего возлюбленного Императора, но послание от менестреля злодея, который прямо сейчас удирает из Альтдорфа верхом на гигантской летучей мыши.

— Да, — произнёс Волкмар, поднимая туго скрученный кожаный свиток. — И я пришёл к такому выводу, потому что на свитке, который я извлёк из глотки трупа, находится печать Маннфреда фон Карштайна.

Император Карл Франц приказал вскрыть свиток и прочесть его незамедлительно. Хотя официальное письмо было всё ещё скользким от дождя, слова на тонкой коже читались чётко. Скальп Волкмара защипало от странного ощущения, когда он понял, что свиток был сделан из человеческой кожи. Слова были не столько написаны, сколько вытатуированы. По мере того, как Верховный теогонист пробегал глазами по элегантному, но архаичному почерку, он чувствовал, как его одолевает гнев. Сообщение имело формальный тон, но было насквозь пропитано вызовом.

«Дорогие графы» — прочёл Верховный теогонист, стиснув зубы от отвращения из-за того, что ему пришлось озвучить слова нежити.

«Настоящим я заявляю вечные права на то, что и так принадлежит мне. Таким образом, Сильвания отделяется от жалкой Империи, так же, как и все, кто живёт внутри её границ. Смертные или вышедшие из могилы, они мои по феодальному закону, и пусть никто не оспорит этого. Посмотрите на восток, и вы обнаружите, что я накинул саван ночи на мои законные владения. Тем самым, я отделил их от ваших собственных земель, где солнечный свет и надежда всё ещё являются желанными гостями.

Если этот факт вас не устраивает, то подумайте вот над чем. Как у последнего великого графа Стирланда мои претензии на трон Империи оправданы, как и ваши собственные. Моя родословная насыщенна и уходит глубоко в века, разбавленная дураками и шлюхами. Только один из вас может похвастаться тем же самым. Но несмотря на его большую и благородную родословную, жрец стар и уже выдохся».

Волкмар едва сдерживался от гнева. Он долго смотрел на Карла Франца, их глаза встретились в безмолвном общении, прежде чем прочитать оставшуюся часть письма.

«Возможно когда-нибудь я посещу ваш пир слов и в свою очередь попирую вами. Для вас, таких жалких и убогих, это будет милосердием. Я предрекаю скудное питание и никакого вызова. Ибо как великие лидеры Империи могут защитить её границы, когда они едва ли знают, что происходит у них под носом?

Навеки ваш,

Граф Маннфред фон Карштайн,

Истинный и Законный Лорд Сильвании»

Волкмар бросил письмо на банкетный стол, его сердце неистово билось от прочитанного. У них под носом — странный речевой оборот. Возможно это значит…

— Подземелья! — закричал Волкмар, инстинктивно потянувшись к благословенному боевому молоту на поясе. — Нам надо спуститься туда сейчас же!

Глаза Карла Франца расширились.

— Ради Зигмара, ты же не думаешь, что… — он посмотрел направо на мгновение и выругался. — Зинтлер, возьми столько Рейксгвардейцев, сколько сможешь найти и вместе с архлектором Каслайном спускайтесь в Подземелья Храма как можно скорее. Если вы найдёте Шварцхельма по пути, пошлите его сюда немедленно. Выполнять!

Усатый Рейкскапитан бойко салютовал и вышел из восьмиугольного зала вместе с архлектором Каслайном, их броня зазвенела, когда они бросились бежать. По команде Зинтлера отделение Рейксгвардии, которые стояли на страже Гранд Атриума с момента последней смены караула, покинули свои посты и присоединились к ним. Вскоре широкие, сводчатые коридоры наполнились звоном металла, который начал стихать по мере того, как они удалялись.

В Гранд Атриуме Волкмар перечитал официальное письмо вампира и ударил по банкетному столу кулаком с такой силой, что труп в его центре подпрыгнул на целый дюйм.

Рейкскапитан Зинтлер спустился по широким плитам лестницы, ведущей из Имперского дворца в Великий Храм, с отделением из десятка Рейксгвардейцев за спиной. Сопровождаемый авторитарными фигурами Архлекторов Каслайна и Аглима офицер встретил лишь самые формальные требования от боевых жрецов, охранявших вход в священные подземелья.

— Какие-то проблемы там внизу, джентльмены? — поинтересовался Зинтлер.

— Никаких, насколько я знаю, сэр, — ответил старейший боевой жрец, сотворив знамение кометы. — Хвала Зигмару.

— Хвала Зигмару.

За спиной Зинтлера архлектор Каслайн обменялся мрачными взглядами со своим коллегой Аглимом, но ничего не сказали.

Как только отряд спустился на первый круг крипты, факелы, которыми были усеяны переходы подземелий, осветили монолитные горгульи, выполненные по образу зверей. Каждая из них изображала легендарное существо, убитое Зигмаром в течение его жизни. Покрытые паутиной статуи не поднимали настроение.