Бернард Корнуэлл - Саксонские Хроники

• Название: Саксонские Хроники
• Автор: Бернард Корнуэлл
• Жанр: Историческая проза

«Саксонские хроники» — литературный цикл из десяти книг, написанный английским писателем и репортером Бе́рнардом Ко́рнуэллом с 2004 по 2016 год.

Цикл повествует о борьбе между саксами и норманнами (датчанами и норвежцами) за Британские острова. Действие цикла происходит с 866 примерно по 956 год (в последних книгах год не указывается).

После ухода римлян с островов в пятом веке, Британия оказалась раздробленной на множество мелких королевств. Проникновение северных народов на Британские острова вызвало волну кровопролития, затяжных войн и разорения.

---

Оставшиеся на «Сеолфервулфе» люди глумились над нами, а Осферт метнул копье, пролетевшее в опасной близости от меня.

— Иди и умри! — крикнул он.

— И забери с собой свою шлюху! — добавил Финан.

Еще одно копье плюхнулось в ручей, и я поймал его, пока мы с трудом выбирались на пологий берег.

Нас было тридцать два человека, чуть меньше половины команды; остальные остались на борту «Сеолфервулфа».

Мы вышли на берег, промокнув до костей, без кольчуг, а некоторые даже без оружия.

Обитатели деревни смотрели на нас с разинутыми ртами. Рыбаки помедлили, чтобы понаблюдать за боем, однако теперь некоторые из них вышли в море, но не раньше, чем я убедился, что они как следует рассмотрели Скади. Она была в тонкой льняной рубашке, облепившей ее мокрое дрожащее тело, на ее шее и запястьях блестело золото. Местные могли ее не узнать, но они запомнят ее.

Пара рыбачьих лодок все еще стояла у причала, я подошел вброд к одной из них и взобрался на борт.

На берегу мой маленький отряд, чтобы обсушиться, собрался вокруг костра, на котором коптилась сельдь. Со мной был Ролло и десять его людей, а остальные были моими воинами.

Мы наблюдали, как команда Осферта подняла каменный якорь, а потом вывела «Сеолфервулфа» из ручья. У него осталось по десять гребцов на каждом борту, и корабль продвигался медленно. На мгновение я встревожился, когда судно повернуло на север, но его бледный корпус спрятали от меня дюны.

Корабль — это своего рода крепость, а я бросил его. Я прикоснулся к молоту Тора и вознес молчаливую просьбу, чтобы боги сохранили нас.

Я знал — Скирнир узнает о стычке. Он узнает, что на «Сеолфервулфе» осталась лишь половина команды, и услышит о высокой, черноволосой, украшенной золотом девушке. Он узнает, что нас бросили без кольчуг, что оружия у нас мало. Таким образом я бросал ему наживку. Я бросил свежее мясо и теперь ждал, когда волк явится в ловушку.

На рыбачьей лодке мы пересекли ручей и разожгли на берегу костер из плавника. Мы оставались там весь день, как люди, которые не знают, что делать.

На исходе утра пошел дождь, спустя некоторое время он полил сильнее, обрушиваясь с низкого серого неба.

Мы нагромоздили над огнем кучу дерева, пламя боролось с ливнем, который скрывал нас, пока мы приносили оружие и кольчуги, спрятанные прошлой ночью. Теперь у меня было тридцать четыре человека, и я послал двоих исследовать верховья ручья. Оба они выросли на берегах Темеза, там, где эта река расширяется, вливаясь в море, а тамошнее побережье не слишком отличалось от берега, на котором мы теперь застряли. Оба моих разведчика умели плавать, оба уверенно чувствовали себя в болотах; я сказал, что мне нужно, и они отправились в путь, чтобы это разыскать.

Они вернулись после полудня, как раз когда кончился дождь.

Ранним утром рыбачьи лодки возвратились с приливом, и, взяв с собой шесть человек на другой берег ручья, я купил рыбы за горсть серебра. Все мы были при мечах, и жители обращались с нами с осторожным уважением.

— Что находится там? — спросил я, показав вверх по ручью.

Они знали, что там в глубине стоит монастырь, но далеко отсюда, и только трое из них видели его.

— Дотуда целый день пути, — сказали они с благоговением.

— Что ж, я не могу выйти в море, — проговорил я, — или нас поймает Скирнир.

Они ничего не ответили на это. Само имя Скирнира их пугало.

— Я слышал, он богатый человек, — заметил я.

Один из стариков перекрестился. Я видел в деревне деревянных идолов, но здешний люд знал также христианство, и этот быстрый жест показал мне, что я его напугал.

— Его сокровища, господин, на огромном холме, и их охраняет гигантский дракон, — сказал мне старик.

— Дракон?

— Огнедышащий дракон, господин, с черными крыльями, затеняющими луну.

Он снова перекрестился, а потом, чтобы защитить себя наверняка, вытащил из-под грязной рубашки амулет в виде молота и поцеловал его.

Мы перенесли еду на наш берег ручья, а после, воспользовавшись последними часами прилива, отправились на рыбачьей лодке в глубь суши. В лодке было тесно, она низко сидела в воде.

Жители деревни наблюдали за нами до тех пор, пока мы не скрылись из виду; а мы продолжали грести, скользя среди зарослей тростника и илистых берегов, пока не добрались до места, выбранного моими разведчиками.

Они хорошо потрудились. Место было именно таким, какое мне требовалось — островок с дюнами, спрятанный в путанице вод, куда можно было попасть только в двух местах.

Мы вытащили лодку на берег и зажгли еще один костер из плавника.

День подходил к концу. Ветер нес темные облака на запад, так что море Скирнира находилось в глубокой тени, в то время как на востоке земля светилась под умирающим солнцем.

Я видел дым, поднимающийся над тремя поселениями, и, далеко на горизонте, где кончалась мешанина болот и песка и начиналась более высокая земля, — низкие холмы. Насколько я понял, в тех холмах и находился монастырь, но он был слишком далеко, чтобы его можно было увидеть отсюда.

Потом солнце ушло за дождевые тучи, и все накрыла тень. Но я услышал оклик Ролло, повернулся и в последних отблесках дневного света увидел приближающиеся к берегу корабли. Они шли от островов, и третий корабль, бледнее первых двух, двигался куда медленнее, потому что на нем было меньше гребцов.

Последним из трех кораблей был «Сеолфервулф», а два потемнее принадлежали Скирниру.

Волк пришел за своей сукой.

4

Я велел Финану сыграть роль безумца — он очень хорошо мог это сделать. Не безумца, которого коснулась луна, а опасного безумца, которого одно неверное слово может ввергнуть в хаос убийств. Финан мог испугать тех, кто плохо его знал. Он был маленьким, жилистым, в его теле таилась напряженная сила, костистое лицо покрывали шрамы. Взгляни на Финана — и увидишь человека, познавшего битвы, рабство и тяжкие лишения; человека, которому больше нечего терять. Я рассчитывал, что это заставит Скирнира обращаться с командой «Сеолфервулфа» с должной осторожностью.

Мало что могло помешать Скирниру просто захватить «Сеолфервулфа» и перебить его команду, кроме возможности потерять своих людей. Вообще-то он потерял бы немногих, но даже потеря двадцати или тридцати человек больно ударила бы по нему. Кроме того, Осферт и Финан преподнесли ему подарок и, насколько было известно Скирниру, готовы были помочь захватить этот подарок. Я не сомневался, что Скирнир захочет завладеть «Сеолфервулфом», но полагал, что он подождет с попыткой захватить корабль до тех пор, пока не получит Скади и не увидит мою смерть. Поэтому я велел Финану напугать его.

Осферт и Финан, едва покинув ручей, повели «Сеолфервулфа» вверх вдоль побережья, а потом, словно не зная, что делать, вышли на веслах в глубь внутреннего моря и там оставили корабль покачиваться на небольших волнах.

— Мы видели, как рыбачьи лодки ринулись прочь, — позже рассказал мне Финан, — и поняли, что они отправились к Зегге.

Скирнир, конечно, услышал о сражении в ручье и знал, что корабль викингов теперь бесцельно скитается. Любопытство заставило его послать на разведку один из своих больших кораблей, хотя сам он и не отправился на нем. Его младший брат поговорил с Финаном и Осфертом и услышал, что они взбунтовались против Утреда Беббанбургского, услышали, что у Утреда есть Скади и что Утред, Скади и маленькая группа людей застряли среди путаницы островков и ручьев.

— Я позволил его брату взойти на борт, — позже рассказал мне Финан, — и показал ему гору кольчуг и оружия. Я сказал, что все это принадлежало вам.

— Итак, он подумал, что мы безоружны?

— Я сказал ему, что у тебя есть маленький меч, но очень маленький.

Грагелд, брат Скирнира, не сосчитал сваленные в кучу кольчуги, даже мечи, копья и топоры. Если бы сосчитал, мог бы заподозрить Финана во лжи, потому что кольчуг и оружия хватило бы лишь на уменьшившуюся команду Финана. Но вместо того, чтобы считать, Грагелд просто поверил рассказу ирландца.

— И тогда, — продолжал Финан, — мы преподнесли ему нашу историю.

История эта началась с правды. Финан рассказал Грагелду, что мы приплыли к Фризским островам, чтобы попытаться ограбить Скирнира, но потом разукрасил правду выдумкой.

— Я сказал, что мы выяснили — золото слишком хорошо охраняется, поэтому настаивали на том, чтобы ты продал Скади ее мужу. Но ты не согласился. Я сказал, что все мы ненавидели суку, а он ответил — правильно делали.

— Грагелду она не нравилась?

— Никому из них она не нравилась, но Скирнир был одержим ею. Его брат думал, что она его заколдовала.

Финан рассказал мне эту историю в доме Скирнира, и я помню, как смотрел на Скади в свете высокого огня, горящего в центральном очаге.