Бернард Корнуэлл - Саксонские Хроники

• Название: Саксонские Хроники
• Автор: Бернард Корнуэлл
• Жанр: Историческая проза

«Саксонские хроники» — литературный цикл из десяти книг, написанный английским писателем и репортером Бе́рнардом Ко́рнуэллом с 2004 по 2016 год.

Цикл повествует о борьбе между саксами и норманнами (датчанами и норвежцами) за Британские острова. Действие цикла происходит с 866 примерно по 956 год (в последних книгах год не указывается).

После ухода римлян с островов в пятом веке, Британия оказалась раздробленной на множество мелких королевств. Проникновение северных народов на Британские острова вызвало волну кровопролития, затяжных войн и разорения.

---

– Это принадлежало одному северянину, – рассказал мне Фритьоф, – который погиб в Уэссексе.

– Оно из сосны? – спросил я, ощупывая обшивку.

– Полностью из елки, – ответил Фритьоф.

– Я бы предпочел дуб, – ворчливо произнес я.

– Давай золото, и у тебя будет корабль из лучшего фризского дуба, – сказал Фритьоф. – Но если хочешь пересечь море этим летом, придется довольствоваться елкой. Оно хорошо построено, и у него есть мачта, парус и такелаж.

– А весла?

– У нас куча отличных весел из ясеня. – Он провел рукой по форштевню. – Его нужно немного подлатать, – признался он, – но вообще оно молодчина. «Дочь Тюра».

– Так оно называется?

Фритьоф улыбнулся.

– Вот именно.

Он улыбался потому, что Тюр, бог воинов, которые сражались в единственном бою, лишился, как и Фритьоф, одной руки, правой – ее откусил обезумевший волк Фенрир.

– Его владелец любил Тюра, – добавил Фритьоф, продолжая поглаживать форштевень.

– А у него есть носовая фигура?

– Что-нибудь подыщу.

Мы поторговались, правда, без всякой ожесточенности, вполне миролюбиво. Я предложил за судно остатки своего серебра, а также всех наших лошадей, седла и упряжь. Фритьоф сначала потребовал сумму раза в два больше стоимости всего этого добра, хотя на самом деле он был рад избавиться от «Дочери Тюра». Может, когда-то это судно и отличалось быстроходностью, но сейчас оно было старым и маленьким. Чтобы обеспечить безопасность судна, требуется пятьдесят-шестьдесят человек, а на «Дочери Тюра» команда не могла бы превышать тридцать человек. Зато для моей цели этот корабль подходил идеально. Если бы я не купил его, его, как я подозреваю, разломали бы на дрова, да и, если честно, купил я его дешево.

– Оно доставит тебя во Фризию, – заверил меня Фритьоф.

Мы плюнули на ладони, пожали друг другу руки, и я стал владельцем «Дочери Тюра». Мне пришлось купить дегтя, и мы еще два дня конопатили корабль, забивая в щели густое месиво из горячего дегтя, конского волоса, мха и овечьей шерсти. На луг, где стояли корабли, со склада доставили мачту, парус и бегучий такелаж, и я велел своим людям переселиться из таверны и впредь ночевать на судне. Для этого мы сделали навес из парусов.

Мы, судя по всему, очень полюбились Фритьофу, или он просто радовался тому, что благодаря нам его судно возвращается на воду. Он не раз приносил эль на лужайку, расположенную в четырех или пяти сотнях шагов от крепостного вала Снотенгахама, пил с нами и рассказывал истории о давних битвах, а я в ответ рассказывал о своих путешествиях.

– Как же я скучаю по морю, – снова произнес он.

– Пошли с нами, – пригласил я его.

Он с сожалением покачал головой.

– Ярл Сигурд – хороший лорд, он заботится обо мне.

– Я увижу его перед отходом? – спросил я.

– Сомневаюсь, – ответил Фритьоф, – он с сыном отправился на помощь нашему старому другу.

– Хестену?

Фритьоф кивнул.

– Ты прожил у него всю зиму?

– Он все обещал нам, что к нам присоединятся другие отряды, – сочинил я. – Он говорил, что они придут из Ирландии, но никто так и не пришел.

– Прошлым летом ему сопутствовала удача, – сказал Фритьоф.

– Пока саксы не увели его флот, – мрачно напомнил я.

– Утред Беббанбургский, – так же мрачно произнес Фритьоф, затем прикоснулся к молоту, висевшему у него на шее. – Сейчас Утред взял его в осаду. Ты поэтому ушел оттуда?

– Я не хочу погибать в Британии. Так что да, поэтому.

Фритьоф улыбнулся.

– Утред погибнет в Британии, дружище. Ярл Сигурд отправился убивать этого мерзавца.

Я тоже прикоснулся к молоту.

– Да подарят боги победу ярлу, – с благоговением произнес я.

– Достаточно прикончить Утреда, – сказал Фритьоф, – и Мерсия падет, а когда умрет Альфред, падет и Уэссекс. – Он улыбнулся. – Зачем кому-то спешить во Фризию, когда вокруг творятся такие дела?

– Я скучаю по дому, – ответил я.

– Перенеси свой дом сюда, – с жаром посоветовал Фритьоф. – Присоединяйся к ярлу Сигурду, и вскоре ты сможешь выбрать себе поместье в Уэссексе. Потом заведешь с десяток сакских жен и заживешь как король!

– Но ведь сначала мне придется убить Утреда? – с невинным видом осведомился я.

Фритьоф опять притронулся к амулету.

– Он умрет, – сказал он, и в его голосе не слышалось ни доли сомнения.

– Многие пытались убить его, – продолжал я. – Вот Убба, например!

– Утред никогда не противостоял ярлу Сигурду в бою, – сказал Фритьоф, – да и ярлу Кнуту тоже, а у ярла Кнута меч быстрый, как жало змеи. Утред умрет.

– Все умирают.

– Его смерть предопределена, – продолжал гнуть свое Фритьоф и, увидев мою заинтересованность, снова прикоснулся к молоту. – Есть колдунья, – пояснил он, – и она увидела его смерть.

– Где? Когда?

– Кто знает? – пожал он плечами. – Она-то знает, я полагаю, и именно это она и пообещала ярлу.

Я неожиданно ощутил странную ревность. Что, Эрсе и на Сигурде скакала верхом, как на мне? Но потом я подумал: Эльфаделль предсказала мою смерть Сигурду, но отказалась предсказать ее мне, и это означает, что либо она солгала одному из нас, либо та самая Эрсе, несмотря на ее божественную красоту, совсем не богиня.

– Ярлу Сигурду и ярлу Кнуту судьбой предназначено сразиться с Утредом, – продолжал Фритьоф, – и пророчество говорит, что ярлы победят, Утред погибнет, а Уэссекс падет. И все это означает, что ты, дружище, теряешь величайший шанс.

– Может, я и вернусь, – сказал я и подумал, что, возможно, однажды я действительно вернусь в Снотенгахам: ведь если мечта Альфреда объединить все земли, где говорят по-английски, станет реальностью, придется гнать датчан прочь из этого города и всех остальных между Уэссексом и неспокойной границей с Шотландией.

По ночам, когда затихали любители попеть в тавернах Снотенгахама и переставали брехать собаки, часовые, охранявшие корабли, приходили к нашим кострам и делили с нами еду и эль. Так повторялось три ночи подряд, а на утро следующего дня мои люди с песнями по каткам спустили «Дочь Тюра» на воды Трента.

Понадобился еще день, чтобы загрузить корабль балластом, и еще полдня, чтобы, перераспределив камни, слегка задрать нос судна и тем самым увеличить его скорость в походе. Я предполагал, что в днище обязательно появится течь – ведь все корабли протекают, – но к вечеру второго дня мы так и не обнаружили никаких признаков воды в трюме выше камней. Фритьоф сдержал слово и принес нам весла, и мы поднялись на несколько миль вверх по течению, а затем спустились вниз. Мы уложили мачту на две опоры, сложили на нее свернутый парус и загрузили свои пожитки на крохотную полупалубу на корме. Оставшиеся несколько серебряных монет я истратил на бочонок эля, два бочонка вяленой рыбы, на сухари, соленый бекон и огромную голову твердого, как камень, сыра, завернутую в холстину. Уже в сумерках Фритьоф принес нам вырезанную из дуба голову орлана, которой предстояло занять свое место на носу.

– Это подарок, – сказал он.

– Ты добрый человек, – совершенно искренне сказал я.

Он наблюдал, как его рабы перетаскивают голову на борт моего судна.

– Пусть «Дочь Тюра» служит тебе верой и правдой, – сказал он, дотрагиваясь до молота на шее, – и пусть твои паруса всегда наполняет ветер. Желаю вам целыми и невредимыми добраться до дома.

Я велел рабам установить голову на носу.

– Ты нам очень помог, – с благодарностью обратился я к Фритьофу, – и мне очень жаль, что я не могу должным образом вознаградить тебя. – Я предложил ему серебряный браслет.

– Он мне не нужен, – покачал он головой, – а тебе во Фризии серебро может понадобиться. Ты выходишь завтра утром?

– До полудня, – ответил я.

– Я приду попрощаться, – пообещал он.

– Сколько времени идти до моря? – спросил я.

– Дойдешь за два дня, – ответил он, – и когда выйдешь из Хумбера, иди чуть на север. Держись подальше от побережья Восточной Англии.

– А что, там неспокойно?

Он пожал плечами.

– Там рыщут суда в поисках легкой добычи. Йорик поощряет их. Держи курс прямо в открытое море и никуда не сворачивай. – Он поднял голову и посмотрел в чистое, без единого облачка небо. – Если хорошая погода продержится, ты будешь дома через четыре дня. Может, через пять.

– Есть новости из Сестера? – поинтересовался я.

Я опасался, что Сигурд узнал о моем обмане и уже возвращается сюда, но Фритьоф ничего нового не рассказал, и я решил, что Финан продолжает успешно водить яла за нос.

В ту ночь в небе была полная луна, и часовые снова пришли к причалу. «Дочь Тюра» пеньковыми канатами была привязана к «Птице света». Луна отбрасывала серебристую дорожку на поверхность реки. Мы угощали часовых элем, потчевали песнями и историями и ждали. Низко пролетела сипуха с белыми, как дым, крыльями, и я увидел в этом добрый знак.