» » » Лариса Харахинова - Одегон – 03,14

Лариса Харахинова - Одегон – 03,14

Здесь можно скачать бесплатно "Лариса Харахинова - Одегон – 03,14" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Русское современное, издательство Литагент «Написано пером»3bee7bab-2fae-102d-93f9-060d30c95e7d, год 2015. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Лариса Харахинова - Одегон – 03,14
Рейтинг:

Название:
Одегон – 03,14
Издательство:
Литагент «Написано пером»3bee7bab-2fae-102d-93f9-060d30c95e7d
Год:
2015
ISBN:
978-5-00071-322-8
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Описание книги "Одегон – 03,14"

Описание и краткое содержание "Одегон – 03,14" читать бесплатно онлайн.



Дашка не шаманка, хоть и называли её друзья этим словом. Она атеист-пересмешник, математик, бывшая спортсменка и комсомолка, не красавица, но с «бездной трансцендентного, как 3.14, обаяния», доставшегося ей от предков – бурятских боо`гов и одегонов. В конце «лихих 90-х», в поисках «страны ОЗ» она покидает регион-03 и уезжает в столицу, где в моде слово «манекенщица». И там неожиданно проявляется её одегонский дар. Как и на что она его использует? (Основано на реальных событиях).





Лариса Харахинова

Одегон – 03,14

© Лариса Харахинова, 2015

© ООО «Написано пером», 2015

Введение. Во глубине сибирских руд

Бытует мнение, что коли выпало в империи родиться, то лучше родиться в каноническом большинстве: гегемоном сильного пола, с серебряной ложкой во рту, и чтоб из твоего окна была видна площадь, как минимум, цветами красна, и как максимум – просто Красная. Конечно же, максимум лучше минимума, а утверждения о ложке и площади фактически равносильны друг другу.

Дашке же повезло с точностью до наоборот. Родилась она в стране, где царила гегемония пролетариата, бурятской девочкой в учительской семье, в краю зеленых площадей, точнее, в маленькой сибирской деревне. И поскольку серебро, да и золото, и прочие семейные ценности канули, вместе с их носителями, в пучине 30-х и ранее, то ложки в доме на момент её рождения имелись только алюминиевые, что в середине третьего квартала 20 века, в отличие от века предыдущего, считалось уже совсем не комильфо. Даже можно сказать, что фраза «и ложки-то у них алюминиевые» была той самой, распоследней, после которой спасти репутацию семейства было практически невозможно.

Впрочем, на ту часть Сибири, где родилась Дашка, сие утверждение не распространялось. Край был зелен и чист в помыслах и промыслах своих.

Цивилизация, то есть то, что мы понимаем под этим словом, его, конечно же, коснулась, но, к счастью ли к несчастью, не всеми гранями. Та грань её, что возводит на пьедестал алюминиевые ложки в эпоху их расцвета, и подвергает безжалостному остракизму, как только те становятся дешевле золота, оставив, тем не менее, саму ложку мерой всех вещей, – эта грань ещё не успела свершить экспансию в самые глубины сибирских руд. Народ тут был проще и естественнее в своих запросах и потому тянулся друг к другу, независимо от рода и вида своего, и своих занятий, что, при плотности населения в полтора человека на квадратную версту, было вполне объяснимо. Ложка была просто ложкой и служила людям по прямому своему назначению. Человек был человеком, а также другом, товарищем и братом для другого человека, и тоже служил, да и просто жил, даже в глуши, где нет порой ни дорог, ни сопутствующих им бед и прелестей цивилизации.

Дорога к деревне детства

Но к деревне, куда годовалую Дашку привезли, дорога пролегала. Хоть изнеженный горожанин и скажет категорически, что назвать её дорогой нельзя ни в коем случае, особенно после дождичка в четверг, но неправ неженка: дорога есть то, что может привести к цели. Даже если она каша-размазня, сквозь которую можно продраться только на танке или «касемьсоте».

Дорога в наших краях, скорее, понятие метафорическое, и качество её всегда воспринималось как данность.

Дашку везли в кузове трактора «Беларусь», где, помимо 20-летней тети, на руках которой она восседала, стояла группка девушек, человек 5–6, ехавшая стоя, держась, как в популярном танце «летка-енка», за спину друг друга, и всю дорогу хохоча и распевая песни. Кузов бы, наверное, согласился с тем неженкой, что отрицал наличие дороги. Его кренило то влево, то вправо. Его укачивало, почти тошнило, из одной обочины в другую и все-таки укатило так, что все стоящие девушки повалились на дно кузова. А юная тетя, на чьих коленях доверчиво восседала Дашка, съехала к правому борту вместе с Дашкой на руках. Потом девушки повыпрыгивали из кузова и приняли лялечку на руки, да так и донесли до самой деревни, передавая из одних объятий в другие, поскольку Дашка была слишком мала, чтобы ходить по таким грязищам, да и ходить она ещё толком не научилась. Она находилась в процессе освоения этого важного жизненного навыка, начатого в Баргузинской долине и законченного в Харасгае, что переводится с бурятского как ласточка, у подножия Гэрын-Хада, где прошло почти все её дошкольное детство и жили бабушка с дедушкой.

И поля, и леса навеки остались в памяти Дашки как изумрудная долина золотого детства.

Две речки Зун-гол и Барун-гол окаймляли деревню когда-то, но Барун-гол уже во времена Дашкиного детства пересохла из-за безжалостной вырубки лесов выше по течению, как выражался папа – «из-за жадности человеческой», и представляла собой ручей, то уходящий в землю, то выныривающий из неё. А вторая река, на которой раньше стояла мельница, тоже высохла до такой степени, что Дашкино поколение уже соревновалось в перепрыгивании речки без разбега и в беге по кочкам, обильно сидящим вдоль русла и густо поросшим куриной слепотой.

* * *

Говорить о Дашкином детстве можно долго и счастливо, но в данном повествовании ограничусь лишь словами, что детство у неё было золотое. И повезло ей в том, что родилась она в Советском Союзе. Если на земле и был когда-нибудь Золотой век, то длился он недолго. Его хватило ровно на Дашкино детство, захватив отрочество и юность, которая была, на самом деле, затянувшимся детством. А потом были лихие девяностые.

* * *

Как корабль назовешь, так он и поплывет

Когда Дашка родилась, мама хотела назвать её Даримой. Красивое бурятское имя Дарима. Оно в любом языке звучит красиво: по-русски в нем слышится слово «Дар», в английском оно созвучно слову dare. Но в свидетельстве о рождении старательная девушка, заполнявшая документ, записала имя через букву «О», решив, видимо, что, коли слышится «А», надо писать «О».

А во взрослой жизни пришлось ей носить в основном имя Даша. «Дарима, значит, Дарья – будем звать тебя просто Даша». Поскольку любимую бабушку официально звали Дарьей Дардановной, то Дашка не сопротивлялась, и даже сама со временем представлялась как Даша.

Папа совершенно не расстроился ошибке в имени, обнаруженной лишь дома, спустя почти месяц. Любой казус судьбы он умел представить таким образом, что даже сама судьба поражалась его жизнеутверждающему умонастроению и подкидывала эти казусы с таким постоянством, словно проверяла на прочность его оптимизм и чувство юмора.

«Ну и пусть будет Дорима! Чем тебе не нравится это имя? – сказал папа маме. – Послушай, как прекрасно звучит – «До Рима!». Да это же самое гуннское имя! Мы же все-таки, не забывай, потомки гуннов. Ведь по-бурятски как «человек» звучит? – Хун! То бишь гунн! Глядишь, и дочь твоя когда-нибудь до Рима доберется». Мама сдалась и не пошла исправлять досадную описку. Так и осталась Дашка Доримой, гуннским потомком. А также Дорой, Дориком, Дорусей, Дарой, Дариком, Дарусей, Дашей, Дачей, Дочей, Риком, Римом, и Д`Ором, и Одором, и Диоримой, и каких только обращений к себе не услышала Дашка за свою жизнь. Велик и могуч был поток сознания её друзей, каждый из которых стремился придумать ей уникальное имя.

* * *

Как корабль назовешь, так он и поплывет. Эта мудрость была известна ещё до эпохи экранного капитана Врунгеля. Дашка же полностью соответствовала своему паспортному имени. Была бы Даримой, может, и сложилась бы её судьба по-другому согласно слову Дар. Но досадная описка в метрике лишила её тихой прелести ровной жизни, и папина шутка про гуннов оказалась чуть ли не пророческой.

Наверное, этим объяснялась Дашкина поразительная способность попадать в самые невероятные истории, не всегда приятные, порой мистические, иной раз романтические, или вовсе трагикомические. А может, это объяснялось Дашкиным неистребимым любопытством и верой в то, что вон там, за поворотом, там, за горизонтом, – там, там-тарам – страна ОЗ. Самая настоящая, не просто «ноль-три», проезжающая мимо с громкой сиреной, а именно буквально прочитываемая как «ОЗ». В которую она верила сначала всем своим наивным детским сердцем, затем остатками недовыдавленного детского сознания, а потом уже просто по инерции. И готова была бежать за ней, и не корысти ради, а просто, чтобы хоть одним глазком подивиться на чудо-чудное, диво-дивное, – оно же вон там, за тем поворотом.

Попытки попасть за горизонт предпринимались ею часто и безуспешно, в лучшем случае она оказывалась по ту сторону сопки и на том все заканчивалось. Мир цепко держал её в своих объятиях внутри заданного горизонта до поры до времени.

А горизонт событий был предопределен воспитанием и образованием, полученным в семье и школе.

* * *

Математика – царица наук

В школе Дашка училась отлично и после закончила мехмат одного из ведущих вузов страны. А поступила туда, поскольку не знала точно, чего ей хочется по жизни. Стать хирургом, как старший брат, она не рискнула, наслушавшись его красочных ужастиков и анекдотов про морг, где студенты проходят практику по анатомии.

Стать же педагогом, как родители, она не хотела, видя, какую нагрузку, а также голос и нервы, должен иметь простой учитель в школе, чтобы без подсобного хозяйства и сторонних доходов растить детей.

Мама Дашки, преподаватель математики, в одно время, когда отец боролся с шаманской болезнью, уйдя на годы в тайгу, каждый день вела полторы нагрузки в дневной школе плюс полную нагрузку в вечерней, и два шахматных кружка. Родные дети видели её только по воскресеньям и по утрам, когда она, нажарив утренних оладушек, поднимала их в школу, а вечером, когда она возвращалась к полуночи после вечерней школы, – дети, тоже загруженные по уши разными кружками и секциями, уже спали. Не зря в народе говорилось, что дети учителей – фактически беспризорные дети. Тут, в забытом смысле, то есть незлым, тихим словом, надо помянуть бдительное око государства, не дававшее детям оставаться без надзора.


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Одегон – 03,14"

Книги похожие на "Одегон – 03,14" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Лариса Харахинова

Лариса Харахинова - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Лариса Харахинова - Одегон – 03,14"

Отзывы читателей о книге "Одегон – 03,14", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.