Сергей Буянов - Это ЦТК!

• Название: Это ЦТК!
• Автор: Сергей Буянов
• Издательство: Литагент «Ридеро»78ecf724-fc53-11e3-871d-0025905a0812
• Жанр: Научная Фантастика

Главный герой – доцент кафедры биохимии медицинского вуза – синтезирует растворы для органов, предназначенных к трансплантации. Вскоре выясняются необычные свойства новых препаратов. За «живой» и «мёртвой» водой открывается нешуточная охота.

---

Молчание.

– Да вот же! – доцент ткнул указкой в рисунок на доске. – Челночный механизм! Как наши челноки в период зарождения капитализма мотались в Турцию за «американскими» шмотками, в Польшу за «французским» парфюмом, обращая их в деньги, так и ферменты переносят через мембрану клетки – обломки кораблекрушения – остатки белков, а в цитоплазме превращают их в глюкозу. Изнутри клетки в кровь выходит уже не пустая бутылка, а булочка с маком!

– Самое интересное, – Хлопин поднял палец кверху, глядя на отличников, сидевших на первых рядах, – в челночном механизме ключевую роль играет та же любимая малат-ацетатная пара!

Лица отличников озарились. Хлопин улыбнулся.

– Тот самый, любимый всеми нами цикл Кребса! Улавливаете, насколько всё взаимосвязано? – спросил Хлопин, оправдывая себя в душе за чтение лекции следующего семестра.

– Александр Юрьевич! – спросил студент с первого ряда. – Выходит, человек не может умереть без пищи долгое время, если мозг получает глюкозу в чистом виде, даже при полном голодании?

– Выходит, как и заходит! Слышали о йогах, которые дышут через раз, впадая в анабиоз?

– Ну да.

– Ну да и да ну! – развеселился доцент: время лекции заканчивается, материал выдан, впереди встреча с деловым партнёром. – Получать глюкозу из отходов распада белка и жиров имеют способность клетки печени и канальцев почек, так-то!

Дюжина студентов столпилась перед лектором с заготовленными вопросами. Хлопин давно изучил этот контингент. Остаются после лекции, выдают заготовленные вопросы, пытаясь блеснуть интеллектом. Чаще всего, из десяти двое имеют кое-какие знания, остальные – обычные выскочки.

– Александр Юрьевич, получается, у печени и почек есть дополнительная функция, обеспечивающая жизнеобеспечение человеческого организма? – спросила прыщеватая не по годам долговязая студентка в зауженных джинсах.

– Клара! Дорогая, сама-то поняла, что сказала? – спросил Хлопин, прищурившись.

Под дружный хохот студентов доцент покинул аудиторию. Улыбка не сходила с его лица. Хлопин ушёл в соседний корпус на свою кафедру. Он вошёл в закреплённую за ним лабораторию. Первым делом Хлопин вынул из кармана пиджака мобильный, проверил последние звонки. Во время лекции его дважды домогался Лёня!

– Нетерпеливый ты наш, – улыбнулся доцент, – с таким бы рвением, да на пользу Родине!

Хлопин вынул из кармана брюк связку ключей. Доцент подмигнул трещине на потолке и прошёл к личному сейфу, вмонтированному в стену. Там хранились особо опасные химические соединения. Когда студенты занимались в этом кабинете, ни одному из них не приходило в голову лезть в шкаф с непонятными реактивами. К тому же, шкаф закрывался на замок с секретным кодом, а баночки были непрозрачными, формулы на этикетках – отрывочные и непонятные. А уж открывать заднюю стенку, чтобы получить доступ к сейфу доцента, увольте! Кому нужна такая инициатива?

Александр Юрьевич переставил флаконы ни нижнюю полку, сдвинул фанерную стенку шкафа в сторону и добрался до дверцы сейфа. Его тотчас прошиб холодный пот. Комбинация цифр на кодовом замке сейфа не такая, какой он оставлял! Вместо 111 было набрано 666!

– Любой атеист в штаны наложит, – пробурчал Хлопин.

Доцент отёр пот со лба и продолжил открывать сейф. Ничего хорошего он уже не ожидал.

Так оно и вышло: его реактива на месте не оказалось! Пустой штатив без единой пробирки. Четыре пустых лунки, на крайней – ближе к доценту – полукруглая трещинка.

– Улыбнулась шабашка! – отметил Хлопин. Закрыв сейф, восстановив видимую целостность шкафа, доцент уселся на крутящийся стул, взялся за голову. О сейфе знали все сотрудники кафедры. А что знают двое… Не бежать же к ректору на разборки, в конце концов!

Хлопин поднялся на ноги, походил по проходу между столами для химических опытов. Со зла сорвал пипетку с бюретки, бросил на стол. В коридоре послышались шаги. Александр Юрьевич понял, студенты спешат на очередную пару. Вскоре они застанут в пустой аудитории добродушного, всегда весёлого доцента трясущимся от злости! Хлопин включил кран, наскоро умылся. Без суеты он приладил пипетку на место, присел за стол, вынул из стола преподавательский журнал.

– А то! – проорал студент, не видя доцента. Молодой человек входил в аудиторию спиной вперёд, продолжая бурный спор с однокурсниками.

– И это тоже, – сказал Хлопин, улыбаясь.

Вошедшие студенты пораскрывали рты – увидеть старшего преподавателя вместо аспирантки никто не ожидал. К занятию, естественно, никто не готовился.

– Чего застыли, други?

– Александр Юрьевич, извините, мы тут обсуждали…

– … проницаемость мембраны митохондрии! —Хлопин кивнул, заранее соглашаясь с возможными репликами.

– И это тоже! – сказал самый крикливый студент, глядя на Хлопина.

– Колбин! – вдруг воодушевился доцент. – А ты ведь только что был здесь, перед лекцией!

– Да. Александр Юрьевич, я же убирал кабинет.

– Покажи руки!

Студент машинально спрятал ладони за спину.

– Что, – прошептал ему в ухо сокурсник, – волосы на ладошках выросли?

Студенты, уверенные, что препод не слышит этих слов, заржали.

– Извините, Александр Юрьевич, – Колбин вытянул руки вперёд открытыми ладонями. На большом пальце правой руки Хлопин заметил замытый потёк реактива. Характерного по цвету химического состава.

– Руки, Колбин, надо мыть перед едой, мама не учила?

– Да я это, сразу после лекции мыл, – сказал Колбин, переминаясь с ноги на ногу.

– Ладно, не в детском саду! – доцент махнул рукой. – Жду в преподавательской!

– А лабораторная? – спросил Колбин, потирая большой палец правой руки уделанный несмываемой коричневатой грязью. Когда и где он зацепил это пятно?

– Жанна Альбертовна проведёт занятие, – сказал Хлопин, глядя на остальных студентов. Услышав облегчённый вздох, добавил: Колбин вернётся к обсуждению хода работы!

Воодушевлённые студенты моментально заняли места за длинным лабораторным столом. Доцент кивнул Колбину и вышел из лаборатории первым. Студент плёлся за ним, не понимая, чего ожидать от преподавателя и работодателя в одном лице.

– Ну-с, дорогой, как ты мыл руки? – спросил Хлопин, усевшись за стол преподавателя. Он оттолкнулся ногами от пола и подъехал на кожаном кресле к студенту.

Колбин смочил пальцы языком и протёр правую ладонь.

– Помогает?

– Не-а.

– Не пугайся, тебя никто не собирается отчислять и тем более, увольнять! – подбодрил Хлопин. – Скажи, сколько времени ты убирал до перерыва?

– Как положено, полчаса.

– И успел добежать из прозекторской до главного корпуса?

– Александр Юрьевич, понимаете, это невозможно.

– Понимаю, потому и спрашиваю.

– Ну, я по-быстрому.

– По-армейски?

– Ага, наскоряк!

– То есть, ничего толком не сделал, – заключил Хлопин и продолжил мыслить вслух: – Слил всё в одну колбу и бросил в раковину. Спешил в буфет, по-армейски. Как там? «Война войной…»?

– «А обед по расписанию», – улыбнулся студент.

– Хоть с обоих столов убрал?

– Так точно!

– Я к чему всё это? – спросил доцент, глядя в окно.

Колбин вздохнул.

– Наталья заметила, что ты в последнее время что-то сильно спешишь. Не стыдно, дорогой, сваливать работу на женские плечи?

– Понял, Александр Юрьевич. Исправлюсь! – студент шмыгнул носом.

– Она мне не жаловалась, я тебя не отчитывал! – сказал Хлопин, жестом показав, что студент может идти.

– Понял, Александр Юрьевич!

Хлопин подъехал на кресле к столу, открыл папку с документами.

Колбин, еле сдерживаясь, пружинистой походкой вышел за дверь и дал дёру до лаборатории.

Хлопин отключил мобильный. Ни к чему сейчас звонок Лёни, ой, ни к чему! Такой козырь увели из колоды! С чем входить в новую компанию? На побегушки к вчерашнему троечнику! Не было печали. Ещё вчера вечером Хлопин перепроверил собственное изобретение и убрал в сейф. Выходит, кто-то выкрал реактивы именно сегодня. Скорее всего, во время первой пары. Колбин, конечно, наглец и оболтус, но утащить реактивы он просто не мог. Наталья? Наталья! Она же поранила руку!

Хлопин вскочил со стула, выбежал в коридор. Дёрнув за ручку двери лаборантской комнаты, он чуть было не потерял равновесие. Дверь была не заперта.

– Александр Юрьевич! Вы что-то хотели?

– Наталья, дорогая вы наша! Я очень хотел бы знать… – начал говорить Хлопин, но, увидев глаза старшей лаборантки, сменил тему: – Что у вас с пальцем?

– Александр Юрьевич, пустяки! Даже йодом не жгло!

Александр Юрьевич отвернулся, приложил ладонь к груди.

– Что, что с вами? Сердце?

– Наташа, моё сердце принадлежит науке!

– Шутите? – Наталья всплеснула руками. – А я напугалась до смерти!

– Йодом даже не жгло…