» » » » Шамиль Идиатуллин - Татарский удар

Шамиль Идиатуллин - Татарский удар

Здесь можно скачать бесплатно "Шамиль Идиатуллин - Татарский удар" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Альтернативная история, издательство Крылов, год 2005. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Шамиль Идиатуллин - Татарский удар
Рейтинг:

Название:
Татарский удар
Издательство:
Крылов
Год:
2005
ISBN:
5-94371-743-9
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Татарский удар"

Описание и краткое содержание "Татарский удар" читать бесплатно онлайн.



Ближайшее будущее. В сердце России начинается Третья Мировая война.

Когда Совет Безопасности ООН принял резолюцию о введении миротворческих сил на территорию суверенного Татарстана, генералы в Пентагоне решили, что окончательно победили в холодной войне. Российская Федерация разваливалась на глазах, обгоняя далеко идущие планы стратегов ЦРУ. Казалось, давнее противостояние сверхдержав можно завершить блицкригом…






Шамиль ИДИАТУЛЛИН

ТАТАРСКИЙ УДАР

Дело было в Казани, дело кончилось плохо.

Борис Гребенщиков

Вступление

КАЗАНЬ. НОЧЬ НА 11 АВГУСТА

В детстве родители с некоторой даже гордостью говорили, что меня пушками не разбудишь. Гордость эта превращалась в раздражение каждое буднее утро, когда им приходилось, как тесто, запихивать меня в школьную форму и следить, чтобы я, открыв кран и выдавив столбик «поморина» на щетку, не уснул сидя на ванне. Но они сдерживались. А сам я до сих пор несдержанно уважаю себя за умение, несмотря на такие свои особенности, не опаздывать ни на зарядку (тогда, на закате загадочной советской эпохи, ее ввели по всем школам — классное было зрелище: школьники в синей форме — в том числе усатые десятиклассники, школьницы — в черных платьицах с кружевными передничками, потрескивающими на груди, — выстраиваются в пропахших мелом и пылью вестибюлях школы и десять минут уныло размахивают руками по системе Мюллера, имя которого давно никому неизвестно, но подвиг, увы, бессмертен), ни на политинформацию, каковую был обязан вести еженедельно.

Навык успевать в последний момент я сохранил и в университете, и на всех своих работах. Другое дело, что, сделав несколько шагов по карьерной лестнице, я первым делом выторговал себе право приходить в редакцию не когда положено, а когда надо. Потому что годы не разрушили крепость моего сна: так, выдули верхний слой раствора из кладки.

И проснулся я не от шума — тем более что не пушки это были, — а от чувства тревоги, которую я называю про себя папашкиным нюхом. Это из-за него я обычно вскидываюсь, когда в отсутствие Гульки (ушла в поликлинику, например) в детской просыпается Гальчуга и начинает потихоньку реветь. Я в силу некоторой тугоухости первых аккордов не слышу, но сигнал тревоги принимаю и бегу сюсюкать: папа прибег, молочко принес, кто обидел Галияшку? сон плохой? получи, сон, по попке! Именно этот нюх, или как уже его назвать, бросил меня на родительской даче к Нурычу, игравшему себе на наружной лестнице второго домика, за секунду до того, как он потерял равновесие и полетел вниз по ступеням. Я не успел — Нурыч накувыркал двойной перелом левой руки, чего я до сих пор не могу простить ни себе, ни поганому своему нюху.

Секунд пять я пытался проморгаться: голову занимали куски уже напрочь забытого сна — в том числе и ту часть головы, в которой сидят глаза и связанные с ними нервы. Поэтому Нурыча я углядел только через пару секунд после того, как убедился, что Гулька безмятежно дрыхнет. Сын молча сидел на краю нашей кровати, серьезно уставившись в меня. Видимо, этот взгляд меня и разбудил. Эмпатия, не иначе.

Увидев, что я проснулся, Нурыч заулыбался беззубым ртом. Тут я понял, что ничего страшного, по крайней мере, не случилось, и, чтобы Нурыч сильно не радовался, сердито зашипел:

— Ты чего приперся? Обещал ведь, что один спать будешь!

— Папа, извини. Я просто хотел сказать, что, кажется, праздник начался.

В очередной раз мимолетно восхитившись тому, насколько безупречно вежливые формулировки выдает мой, прямо скажем, нагловатый наследник, я все так же сердито спросил:

— Ты с ума сошел, да? Какой еще праздник? — Нурыч объяснил:

— Так салют же…

— Где салют?

— Где надо. Над Кремлем. Пойдем скорее, пока он не кончился.

Я помолчал, прикидывая варианты, потом понял, что их, в общем-то, нет. И констатировал:

— Спать ты, пока я не посмотрю, не ляжешь… — Этот наглец тихонько кивнул.

— Ладно, показывай свой салют, — обреченно сказал я и шикнул: — Только маму не буди!

Нургали готов делиться со всем миром каждой своей радостью, будь то котенок, обнаруженный за мусоропроводом, или очередной выдранный зуб. Дележку он начинал, естественно, с ближайшей родни, причем от подключения к процессу не была застрахована даже годовалая Галия.

Нурыч твердым шагом повел меня в зал, откуда мы в непогожие дни дважды в год, в День Победы и в День Республики, наблюдали за прыгающими над Кремлем разноцветными снопами салюта. Правда, до Дня Республики оставалось почти три недели, а последний победный праздник во всё небо уже и не вспоминался. Соответственно, никакого салюта мой маленький лунатик видеть не мог. Скорее всего, он разбудил меня из-за фигни вроде самопальных петард, пускаемых по поводу и без повода окрестными пироманами.

Салют был. Не совсем, правда, обычный: сквозь густые деревья ближайшей посадки пробивалось необычно яркое марево — и я подумал, что администрация музея-заповедника, похоже, решила усилить подсветку кремлевских стен. А когда над деревьями полетели острые разноцветные брызги, и Нурыч закричал восторженным шепотом: «Вон-вон, видишь?», и через секунду донесся раскатистый гул, я понял, что это не подсветка. И не коммерческий салют, о котором время от времени договаривались крупные казанские фирмы по случаю своих юбилеев.

Я совсем ничего не чувствовал: стоял, как замороженный, держал подпрыгивающего Нурыча за плечо и смотрел на феерию света, которая деятельно разворачивалась за Казанкой, в нескольких километрах отсюда. Пучки быстрых искр взлетали в разных точках кремлевского периметра, разом отбеливая половину черного неба. От этого огромные тени стремительно, как подрубленные, валились на далекие стены. И казалось, что нескольких здоровенных кусков белой ограды уже нет. Что холм, на котором полтысячелетия стоял Кремль, покрылся рвами и воронками. Что губернаторский дворец и торчащая за ним перевернутой белой табуреткой мечеть Кул Шариф пошли неровными пятнами. И что башня Сююмбике, давно пародировавшая Пизанскую башню, перекосилась больше обычного и стала откровенно щербатой. Следующая вспышка высвечивала стены и башни, и все вроде бы оказывалось в норме. Но приглядеться из-за мельтешения ярких пятен не удавалось. Да и смысла не было приглядываться. Я и так видел то, чего, к счастью, не видел сопевший под ребрами сын. Толстыми кипящими свечками вскидывается и через длиннющую пару секунд опадает вода в Казанке. Галогеновой яркости светляки машин на Ленинской дамбе перемешались в кучу. А сама дамба минимум в паре мест потеряла четкость и съехала дорожной плоскостью в воду, будто нагретая солнцем пластилиновая колбаска. Только солнца не было — была ночь, был неблизкий и совсем нестрашный ад, и был неслышный бетонный гул, который щекотал пятки линолеумом и лоб, мелко, — прохладным стеклом, в которое я, оказывается, уткнулся, стараясь избавиться от не свойственных для этого часа бликов.

Потом все кончилось. Гул затих. Марево растекалось сквозь прорези в кронах. Подсветка стен погасла, лишь прожектора в верхней трети Сююмбике давали какой-то дерганый свет. Башня походила на ухмылку прилегшего на бок Чеширского кота, которая пляшет в воздухе и не тает, помигивая фиксой полумесяца на шпиле.

Нурыч спросил:

— А что за праздник-то? Ведь если салют, то всегда праздник, да ведь, пап?

— Не всегда, — очень спокойно сказал я. — Не знаю. Завтра узнаем.

— А это новый вид салюта был, да?

— Да.

— А видел, там стены как будто горят? Это лазеры, да?

— Нет, ulym[1], просто огонь.

— Как в Laser Assassins?

— Круче. Пойдем спать.

Нурыч, счастливый тем, что не пропустил внеплановое зрелище, уснул почти моментально. А я сидел рядом с ним, тихонько гладил по голове и думал, что все время забываю его постричь. И пытался представить себя на месте чиновников ООН, которые совсем недавно объявили нынешний год годом Казанского кремля, торжественно внесенного в список Всемирного наследия, охраняемого ЮНЕСКО, а сегодня, выходит, благословили авиационную группировку НАТО на бомбардировку этого наследия.

И еще пытался понять, на самом ли деле основная вина за налет лежит лично на мне.

Пытался — и не мог.

Глава первая

1

— А разве татары писателями бывают?

— Еще как, — вздохнул дядя Юра.

Сергей Каледин

КАЗАНЬ. АПРЕЛЬ

В номер на 12 апреля с меня были два авторских материала. Еще один, посвященный участию казанских ученых в советском адекватном ответе на рейгановскую программу «Звездных войн», Долгов завернул на ранней стадии. На утренней планерке он объяснил приволокшей текст Наташе Соловьевой, что время настало дурное, потому не стоит подставляться по пустякам. Наташа, дорожившая репутацией склочницы, раскипятилась и потребовала объяснений. Долгов объяснил, что, во-первых, подобные темы наши друзья в погонах любят сливать нарочно, чтобы потом брать журналистов за задницу и судить за разглашение гостайны. Нет, Наташа, до сих пор мы не подставлялись: разработки зеленодольскими конструкторами сторожевых кораблей для Индии или пиропатроны для катапультируемых кресел истребителей — давно и официально открытые темы. А вот с космосом можем влететь. Ведь не факт, что Союз вообще работал над анти-СОИ, и не факт, что эти работы прекращены. Во-вторых, пусть мы хоть сдохнем, все равно материал будет воспринят натужным таким свистом о боевом товариществе Казани и Москвы. Боевые товарищи, значит, в горло друг другу вцепиться готовы, а мы будем из себя «Блокнот агитатора» изображать. Мне, уж простите, дамы, как-то впадлу подмахивать, когда не меня любят. Все, Наташа, диспут закрыт.


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Татарский удар"

Книги похожие на "Татарский удар" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Шамиль Идиатуллин

Шамиль Идиатуллин - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Шамиль Идиатуллин - Татарский удар"

Отзывы читателей о книге "Татарский удар", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.