Констанс О`Бэньон - Обвенчанные дважды

• Название: Обвенчанные дважды
• Автор: Констанс О`Бэньон
• Издательство: Эксмо
• Жанр: Исторические любовные романы
• Год: 1996
• ISBN: 5-85585-730-1

Двое молодых людей, Майкл и Мэллори, встречаются на корабле, направляющемся в далекую восточную страну. Их любви, вспыхнувшей с первого взгляда, препятствует многое: тайны, неожиданные опасности, коварные враги.

Беззаветная любовь прекрасной Мэллори помогает Майклу выстоять в трудных ситуациях и выйти победителем из всех испытаний.

---

— Так для вас будет безопаснее, — одобрил ее решение Сафат.

Увидев красное платье с золотой вышивкой на подоле, Мэллори поняла, что Ина отдает ей свой самый красивый наряд. Египтянка помогла ей одеться, подпоясаться, а затем надела на голову девушки черную чадру и с улыбкой показала Мэллори, как укрепить ее нижнюю часть, чтобы открытыми оставались одни глаза.

Взглянув в зеркало, Мэллори с удовлетворением кивнула.

— Даже моя кузина Фиби ни за что не узнала бы меня в этом. Спасибо вам, — добавила она, повернувшись к жене Сафата.

Еще раз улыбнувшись, Ина попятилась к выходу.

Внезапно Мэллори почувствовала, как по ее телу пробежала волна возбуждения. В Англии с ней никогда не могло бы случиться ничего подобного. Теперь она может разгуливать по улицам Каира, не выделяясь среди других безликих женщин, и никто даже не заподозрит, что она — не одна из них. Почему ей не пришло это в голову раньше?

Томас Абраме поднял взгляд на арабскую женщину, вошедшую в его кабинет.

— Кто тебя сюда пустил?

Мэллори сбросила чадру и с удовольствием поглядела, как краска отливает от лица чиновника.

— Леди Мэллори… Но… Не может быть! Вы перешли на местную одежду?

— Мне нужно было поговорить с вами, и я решила, что мне следует замаскироваться.

— Это невозможно, леди Мэллори! Что скажут ваши родители, когда вернутся?

— Но у меня есть веские причины для того, чтобы носить этот костюм. — И Мэллори рассказала о том, как в ее сад проник мужчина и пытался завлечь ее в пустыню.

— Безобразие! Я сегодня же заявлю протест хедиву. Когда английской женщине небезопасно находиться в собственном доме, пора что-то делать.

— Думаю, ничего хорошего из этого не получится, господин Абраме. Не пойму только одного: почему этот человек пошел на такой риск? Только для того, чтобы заманить меня в ловушку?

— Разве поймешь этих людей? — расстроено протянул вице-консул. — Они не любят нас, англичан. Мы пытаемся просвещать их, учить лучшей жизни, и что получаем взамен, кроме неприятностей?

— Господин Абраме! Мы еще бегали в звериных шкурах, когда в Египте уже существовала великая цивилизация. Думаю, они не нуждаются в наших наставлениях.

Он взглянул на нее как на сумасшедшую, но ограничился тем, что возмущенно фыркнул.

— И тем не менее один из них пытался похитить вас, уж этого вы не станете отрицать! Не представляю, что предпримет в связи с этим консул, когда вернется. Вам же я посоветовал бы не выходить из дома до возвращения ваших родителей. Кроме того, я поставлю двух часовых, которые будут охранять ваш дом.

— Как вам угодно. — Мэллори сделала несколько шагов и оказалась прямо под портретом королевы. — Я волнуюсь за лорда Майкла. Вы что-нибудь слышали о нем?

— Ничего. А вы полагаете, что он будет настолько учтив, что станет сообщать нам о своем местонахождении? Я, например, жду не дождусь, когда вернется консул и возьмет на себя руководство. Лорд Майкл — высокомерный, сумасбродный и неблагодарный человек. Я сделал все возможное, чтобы найти его отца, и не услышал от него даже «спасибо». Наоборот, он еще и обвинил меня в некомпетентности.

Да, Мэллори была готова согласиться с лордом Майклом — этот человек был явно не в состоянии представлять Корону. Он не любил народ, среди которого работал. Господин Абраме олицетворял собой то неуважение, которое англичане испытывали к египтянам, и неудивительно, что последние не любили иностранцев.

— Мне пора домой. Вы сообщите мне, если получите какие-нибудь известия от лорда Майкла?

— Единственное, что я слышал и чему не склонен верить, заключается в том, что он обосновался где-то в пустыне и стал настоящим туземцем. Слухи утверждают, что он превратился в некую живую легенду и арабы зовут его Ахдар Акраба.

— Зеленоглазый Скорпион, — добавила Мэллори.

— Да, а откуда вы знаете?

— Араб, залезший в мой сад, называл лорда Майкла именно так.

— Удивительно. Не знаю, что и думать!

— Я возвращаюсь домой, господин Абраме, — сказала Мэллори, направляясь к двери.

— Хорошо. К вечеру я выставлю возле вашего дома часовых, леди Мэллори.

Усаживаясь в экипаж, Мэллори не заметила ни человека, прятавшегося в тени, ни сигнала, который он подал трем другим, которые катили по улице тележку с овощами.

Неожиданно лошадь встала на дыбы. Выглянув, Мэллори увидела прямо перед своим экипажем перевернутую тележку и рассыпанные овощи. Она не успела сообразить, в чем дело, как какой-то человек прыгнул на Сафата и вышвырнул его на тротуар.

Второй забрался в экипаж и уселся рядом с Мэллори.

Приставив нож к ее горлу, он угрожающе прошипел:

— Молчите, леди. И делайте то, что я скажу. Мэллори узнала в нем того самого незнакомца, которого не так давно видела в своем саду.

— Что вам нужно?

— Не ваше дело, — последовал грубый ответ. Человек даже не старался казаться вежливым. — Вы будете делать то, что вам прикажут.

— Но почему…

— Молчать! — приказал он.

Экипаж рванулся с места и, покрутившись по маленьким улицам, въехал наконец в какой-то внутренний дворик. Позади захлопнулись тяжелые ворота.

— Мой отец узнает об этом, — заявила насмерть перепуганная Мэллори, надеясь, что говорит уверенным голосом.

— Когда ваш отец услышит о том, что с вами стряслось, вы будете уже далеко от Каира. — Мужчина грубо замотал ее рот платком и довольно ухмыльнулся, удостоверившись, что она не в состоянии издать ни звука. Затем он закрыл ее лицо покрывалом, чтобы никто не видел, что ее рот завязан. — Теперь ты не пикнешь, англичанка.

Ее вытолкнули из коляски и торопливо повели к стоящей поблизости лошади. Мужчина подсадил ее в седло, и по обеим сторонам от Мэллори оказались еще двое всадников. Ворота настежь распахнулись, и кавалькада поскакала по улицам Каира в сторону пустыни.

Мэллори поняла, что эти люди тщательно обдумали свой план и прекрасно осуществили его. Ей даже не хотелось думать, что они собираются с ней делать.

Когда наездники выехали за пределы города, девушка обернулась назад. Она знала, что Сафат побежит в консульство за помощью, но ей было больно сознавать, что господин Абраме — ее единственная надежда на спасение.

Однако даже эта призрачная надежда растаяла, когда они очутились в пустыне и затерялись в безжизненном пространстве песчаных дюн.

16

Майкл скакал во главе полусотни воинов джебалия. Они проезжали бесчисленные барханы, покрытые колючками, а в случайных оазисах отдыхали от жары и наполняли водой бурдюки. Путники укладывались спать прямо под звездным небом, но, достигнув самой жаркой части пустыни, они решили отдыхать днем, а двигаться по ночам.

Четыре дня всадники неуклонно приближались к горам, протянувшимся вдоль побережья, и наконец песок пустыни уступил место скалистым утесам. Сейчас они передвигались быстро, однако обратный путь должен был занять больше времени, поскольку свадебный кортеж будет состоять из верблюдов, а не быстроногих арабских скакунов, которых так любили джебалия.

Майкл направил коня в глубокую долину, не отрывая глаз от горного пика. Миновав заброшенный монастырь, они устремились к высоким горам. По ночам здесь было холодно, а днем — как в жаровне.

На восьмой день пути им встретились восемь наездников, которые приветствовали их пронзительными криками и ружейной пальбой. Этот эскорт сопровождал их до самого лагеря саварков.

Очутившись в лагере, Майкл увидел заросли кипарисов и тамарисков. Ему было трудно понять, как люди могли веками выживать в этом затерянном и недружелюбном мире. Однако они не только выжили — они процветали здесь.

По мере того как прибывшие ехали по лагерю, возбуждение, вызванное их приездом, росло: вокруг себя они видели море доброжелательных улыбок, многие подбегали к ним, чтобы поприветствовать. На лицах бедуинов-саварков Майкл подмечал выражение гордости — с этим он встречался здесь снова и снова.

Майкл спешился, его провели в огромный черт ный шатер посередине лагеря, и навстречу ему вышел человек. Его руки были украшены драгоценными перстнями, на губах играла приветливая улыбка, темные глаза поблескивали.

— Входи и окажи честь моему дому, Ахдар Ак-раба, — приветствовал его шейх Хаким. — Мы наслышаны о твоей отваге. Входи — утоли свои голод и жажду. Ты проделал долгий путь. Отдохни в моем доме.

Войдя в шатер, Майкл убедился, что он был гораздо больше, чем казалось снаружи. Ноги юноши утопали в дорогом турецком ковре, рядом стояли низкие столы и лежали подушки.

— Садись, садись, — уговаривал его шейх Хаким. — Мы покушаем и поговорим.

Мужчины уселись, и Хаким хлопнул в ладоши. В ту же секунду из-за занавески появились три женщины с закрытыми лицами, неся еду и напитки. Пока они ели, Хаким пересказывал цветистые сказки, слышанные им о Зеленоглазом Скорпионе.