Арина Воронова - Дети Брагги

• Название: Дети Брагги
• Автор: Арина Воронова
• Издательство: АСТ
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2001
• ISBN: 5-17-006391-1

Перед вами — САМАЯ ЗАБАВНАЯ из хроник «конца мира»!

СИЛЬНО ПЕРЕПИВШИЕСЯ скандинавские боги вознамерились воспротивиться Судьбе — и развернуть Последнюю Битву — Рагнарек — вспять. Но все пошло не совсем по плану…

Вместо «Анти-Рагнарека» — типичная «Полицейская академия», где все — как положено. Начальник — идиот. Любимчик-помощник — честный дебил. Отпетый хулиган-подчиненный — ОЧЕНЬ НЕГЛУП. А прекрасные блондинки… ну, как всегдасексуальны.

И звучит над миром великий боевой клич… Нет. Увы, не «А-ой!». Скорее «Ой-ей-ей!!!»

---

— Чего? — встревоженно встрял Скагги.

— Не знаешь? Теперь может произойти лишь одно.

— Что?

— Хольмганг.

— Что да, то да. Весь лагерь теперь соберется поглазеть на поединок. Где тут сыскать лучшее развлечение, — внес свою лепту Грим. — Наших слов, похоже, Весовым воинам недостаточно.

— Да, сдается мне, многое здесь изменилось с моего отъезда. — Голос Бранра был безрадостным. — Тем больше причин скорее разыскать Оттара Черного и Грима Ульвсона.

— Я останусь с Карри, скальды подождут.

— А твой отец? — довольно резко возразил Гриму Бранр.

— А ты уверен, что он в лагере или, если уж на то пошло, что он еще жив? Бранр промолчал.

— Я тоже останусь, — неожиданно заявил Скагги, которому почему-то показалось, что в этом недружелюбном лагере он предпочел бы остаться с Карри Рану и Гримом. Кто знает, как его примут эти скальды.

— Драккары «Хронварнр» и «Линдормр» прибудут в Фюркат через пару дней, разве что форинг Гутхорм Домар пожелает задержаться в Ольсборге, — закончил свой рассказ Бранр.

В небольшой светлой горнице, окнами выходящей на залив и верфи с собираемым на них долгим кораблем, повисло молчание. В центре горницы в дощатый пол было воткнуто серебряным наконечником вниз длинное копье — символ Одина, возле него в небольшой жаровне плясали оранжево-красные язычки огня Локи.

— Что ж, доброго пира Гламу Хромой Секире, — задумчиво проговорил Гранмар, — и Тровину Молчальнику.

Собравшиеся согласно кивнули. На этот раз молчание прервал Скальдрек, скальд Хеймдаля:

— Призванные прибыли.

— Не совсем так, — отозвался Амунди-целитель. — Подумать необходимо об ином, о том, как и почему за каких-то три года из простого хускарла Вес, сын второй жены ярла Сканей Хакона, превратился в конунга Вестмунда, правящего теперь половиной Дании. Поддерживая нового конунга, мы все это время считали причину его возвышения второстепенной. Всегда находилось иное, более неотложное дело. Не доискиваясь причины происходящего, равно как и причины того, почему покинул Круг Тровин Молчальник, мы разменивались на повседневные мелочи, учили, исправляли ошибки, улаживали свары. Сейчас же наше дело решить, кто или что такое есть созданный с нашей помощью конунг Вестмунд.

— В Том мире, сколь бы я ни искал его в видениях, я видел конунга лишь Тюром асов. Тем самым странником в синем меховом плаще, каким он явился под именем Гримнира к конунгу Грейрреду.

— И мне было подобное видение, — согласился Оттар Черный. — Этого достаточно, чтобы предположить, что они впрямь порождение или воплощение Хрофта? Но с чем пришел тогда в Мидгард Тюр-ноши? Станет ли он для нас Одином Всеотцом, отцом асов и людей? Или Одином Бельверком, асом-висельником, Тюром павших, призывающим к себе героев ради собственных, лишь ему ведомых целей?

— Дело здесь даже не в рождении или роде Веса, они нам известны, как известно и его отрочество. Важны для нас последние три-четыре года. К сожалению, Тровин оставил нас, а теперь он мертв.

— Скагги из рода Хьялти, возможно, вспомнит хотя бы часть послания Молчальника, — напомнил скальдам Бранр.

— А оно того стоит? — усмехнулся Ивар Белый, скальд Ньерда. — Молчальник любил добрую шутку. — Корабельщик стряхнул с рукава одинокую стружку.

— Стоит, — с непоколебимой уверенностью возразил Бранр. — Не стал бы он иначе отправлять мальчишку к чужому ему человеку, да еще такому, как Грим.

— Если так, то послание зашифровано, и только Грим способен разгадать его, — заключил Ивар.

— Да, Грим, — задумчиво повторил Оттар и многозначительно уставился в огонь Локи.

Избранники Одина среди скальдов бывали нередки, но мало кто из них доживал до преклонных лет. Быть скальдом аса асов немалый почет, но тяжела и ноша. Снова повисло молчание, скальды смотрели в огонь, проказливо трещавший сосновой смолой. Наконец заговорил Банланди, скальд Фрея:

— Я, как и все вы, тоже страшусь предательства Одина. И все же я призываю Круг задуматься о том, что Один и последователи его пришли к нам не без причины. Они пришли к нам, дабы отогнать худшие силы. — Он кивнул на огонь Локи. — Как всем вам известно, я видел Веса на восьминогом коне. Но в Том мире я видел и иное. И поверь мне на слово, Ивар, в Том мире есть и более страшные создания, чем воспитанник Тровина. И среди них один из потомства самого Фенрира, сына Локи…

Эгиль приподнялся на локте, силясь заговорить, но Лысый Грим жестом призвал его к молчанию.

— И все же я скажу это, поскольку ни один из вас не решается этого сказать. Да, я по-прежнему полагаю, что Грим, Сын Эгиля, скальда Одина, Грим Квельдульв много опаснее для нас, чем когда-либо сможет стать Вес. Знаю, Грим, ты желал лишь добра, давая внуку имя свое и Ратей Отца, и не его вина, что он стал избранником Локи. И все же он ненадежен. Кто знает, какие силы в нем сокрыты?

— Я поручусь за него, — со сгустком крови выхаркнул Эгиль, и снова его прервал Лысый Грим:

— Мы сами призвали его, сделанного не вернешь. Вспомни, Ванланди, не ты ли согласился тогда с решением Круга? Скажу тебе более, тот, кто хоть однажды встречал в Том мире Грима и Локи, никогда не спутает одного с другим.

— А что случалось с теми, кому довелось встретить там твоего внука? угрюмо возразил Ванланди. — Ты помнишь?

— Не время для старых споров, — вмешался Амунди. — Важнее сейчас разобраться, кто таков Вес. Если две силы ведут войну в горнем мире, там, где асы бьются с великанами, где неумолимо надвигается Рагнарек, то и у нас на глазах в мире этом одна из воюющих сторон, если вдуматься, нередко начинает походить на противную.

Медленно склонились в согласии головы, наконец, неохотно кивнул и Ванланди.

— Битва Последнего дня? — переспросил вдруг встревожено Бранр. — Ты помянул о той Битве случайно, целитель, или тебе что-то сказали руны.

— Видение, — коротко ответил Амунди.

— И мне тоже оно было, — неожиданно сказал Оттар Черный.

Лысый Грим и Эгиль только мрачно кивнули.

— Я спросил вас потому, что в ту ночь, когда «Линдормр» причалил в Скаггене, такое же видение было и мне. И Гриму тоже что-то привиделось, хотя он не захотел говорить об этом.

— И об этом тоже, я хотел поговорить с Кругом, — целитель мягко улыбнулся Бранру. — Если повторяются вещие сны, то близок, возможно, сам последний день, когда эйнхерии Отца Ратей выйдут на битву с исчадиями Локи. Если прав Ванланди и с Гримом-младшим к нам действительно пришли силы Локи и хаоса, конунг же Вестмунд есть сила порядка асов, но меж ними нет брани.

— Пока, — мрачно вставил Ванланди.

— Если сражающиеся в последней битве стороны определены, то кто или что ведет надвигающиеся на нас лавины смерти. Кто стоит во главе обратившихся к вере своих предков норманнов, тех, кто умирает с охотой, забирая с собой противника? Мечи и секиры их весомы, а хольдов и ратников защищает чья-то рунная волшба.

X

РУНА ПИВА УРУЗ ИЛИ ЗУБР, ХОЗЯЙКА ЕЙ — ТВОРЧЕСТВА СИЛА. И ВОПЛОТИВШИЙ ЕЕ ОДИН-ШАМАН

Сила вращает мир, Сила играет людьми,
асы подвластны ей, и ассиньч с ними.
Рунной Силой волшбы,
Аудумлой был вскормлен Имир.
Лишь опыт шамана и духа свобода эрилю даст
власть править сей Волей,
Свободой и Силой творенья.
На лавках вдоль стен палаты совета чинно восседали просители.

Здесь собрались те, кто, потеряв терпение, решил не ожидать осеннего тинга, а обратиться со своей тяжбой к новому конунгу.

Вестмунд сидел у дальней стены лицом к ним на простом треногом стуле. Одет он был в шерстяную рубаху и грубые шерстяные штаны, о высоком его положении говорила лишь золотая фибула, скрепляющая на плече тяжелый плащ. Однако на сгибе левого локтя покоился скипетр из странного серого камня. Тот, кто пригляделся бы к нему поближе, разглядел бы, что это всего лишь самый обычный оселок, каким точат ножи или секиры, но разглядел бы он также и застывшие в довольном оскале жестокие лица. Впрочем, поразглядывать, повертеть точильный камень в руках мало кому удавалось, поскольку скипетр теперь никогда не покидал своего нового хозяина. Время от времени конунг задумчиво проводил пальцами по одному из ухмыляющихся лиц, продолжая слушать свидетелей:

— …так что мы пошли с этим делом сперва на тинг, а потом к Горму конунгу в Еллинг. И он рассудил его в своих личных покоях, он тогда только что вернулся с вейцлы у Ведрира ярла. Да ослепнут мои глаза, если я вру. И он постановил, что все луга между Тистром и Вистингой, равно как и прилегающий к ним лес, должны отойти ко мне на десять лет, а потом их предстоит возвратить.

Говоривший, средних лет бонд из Вистингстрана по имени Угьярд, помешкал, подбирая слова. Годы сытой жизни немало растянули наборный с серебряными бляхами пояс.