Мартин Райтер - Клинки чужого мира

• Название: Клинки чужого мира
• Автор: Мартин Райтер
• Жанр: Книги

---

Вражеские командиры выкрикивали лающими голосами команды, и хотя многие слова казались Генриху знакомыми, он не мог ничего понять. Видимо, разговаривали карлики на особом диалекте «эхта».

Древнерожденные неорганизованной толпой навалились на стену чужаков, сокрушить ее не смогли и завязли в обороне. Увы, древнерожденные, не обладавшие опытом боевых действий, боялись сближения с неприятелем и своим оружием размахивали не для того, чтоб поразить врага, а чтобы не подпустить его к себе.

- За его покойное величество, за Людвига Четвертого Баварского, за императора! - заорал призрак барона Фердинанда Крауса фон Циллергута. Он поднял высоко над головой свой сияющий меч и врезался в строй карликов. - Гореть вам всем в адском огне, бездельники! За мной! В атаку! Смерть швейцарским прихвостням!

Призрак яростно размахивал мечом, вид его был так ужасен, что карлики испуганно шарахнулись в стороны. Они не ожидали встречи с призраками и не представляли, как с ними бороться. Но растерянность продлилась недолго - кто-то из офицеров треснул по физиономии одного карлика, другого, быстро навел порядок и погнал своих подчиненных к призраку, точно стадо овец.

Барон закричал:

- Ремер! Мошенник! Чего медлишь?

- Да здесь я, здесь. Что вы раскричались, будто вам под доспехи засунули муравейник! - призрак ландскнехта Ремера словно вырос из-под земли. - Подумаешь, сотня сморщенных уродцев!

Старый вояка несколько раз с силой взмахнул своим огромным мечом, разминаясь, а через секунду меч в его руках будто ожил. Ловкость, с которой призрак солдата управлялся со своим оружием, вызывала восхищение. Меч вращался вокруг наемника, словно гонимое ветром перышко. Усач наносил рубящие удары, время от времени перехватывал меч за обтянутую кожей «пятку» и колол противника в стремительном выпаде. Иногда старик раскручивал меч веером, отчего в глазах начинало рябить, а затем, резко обрывая вращение, наносил сокрушительные, «черпающие» удары рукоятью меча.

- Эй, ты что - уснул? - Олаф легонько толкнул Генриха в плечо. - Кого бить-то? Кроме призраков, я никого не вижу.

- Бей куда попало, лишь только почувствуешь, то тебя держат или колотят. Эх, напрасно я втянул тебя в это дело!

Глава XXII ОБОРОТНИ АТАКУЮТ

Генрих махнул рукой и кинулся со всех ног к сражающимся. «Жаль, нет со мной «Блеска Отваги», - подумал он. - С мечом бы я показал карликам, что значит вторгаться на чужую территорию».

- Тесните их к яме! - закричал он. - Заставьте их отступить, сбиться в кучу. Этим мы помешаем выбраться из Врат остальным!

- Чудовища Большого Мидгарда! Чудовища большого Мидгарда! - вдруг раздались со всех сторон испуганные возгласы карликов. - Вурдалаки, оборотни!

Генрих вспомнил, что в спешке они с Олафом позабыли снять карнавальные маски, и мысленно поблагодарил судьбу. Если бы карлики увидели двух мальчишек, спешащих на помощь древнерожденным, у них бы от смеха случилась истерика. «Надо как можно дольше корчить из себя всякую чертовщину!»

- У.у! - завыл Генрих не своим голосом. Он широко расставил руки, заковылял точно на ходулях.

- Это что, правила игры такие - выть, как чудовища, и горбиться? - удивленно спросил Олаф. - Хм. В этом что-то есть!

И он принялся разыгрывать из себя вампира. Насколько удалась ему роль Дракулы, ни он сам, ни Генрих не знали, но то, что вампир Олаф не уступал вампирам из самых крутых ужастиков, сомнения не вызывало. Он высоко подскакивал, плотоядно чмокал, а когда растягивал руками полы черного плаща, то казалось, что за его спиной трепещут самые настоящие крылья. Добежав до призраков, Олаф в нерешительности остановился. Цель была достигнута, но противников он так и не видел и потому не знал, как быть дальше. Но вот он вдруг дико взвыл, получив удар дубиной по бедру. Карлик, решившийся на удар, заслышав этот полный бешенства вой, решил, вероятно, что сейчас вампир разорвет его на клочки и, выронив дубину, бросился наутек.

- Бей, бей! - заорал Генрих. - Бей куда попало, иначе - крышка!

Он попытался пробиться к Олафу, но перед ним вдруг встал один из командиров десятка. Это был старый вояка, весь в шрамах, с черной повязкой на месте выбитого глаза. Здоровый глаз карлика пылал яростью, и Генрих понял, что этот боец не отступит ни перед оборотнем, ни перед самой смертью.

- Да сожрет тебя Нидхегг! - прорычал карлик на ломаном «эхте» и, замахнувшись мечом, двинулся к Генриху.

«Конец мне!» - пронеслось в голове Генриха. Он стал лихорадочно озираться, надеясь подобрать хоть какое-то оружие, но кроме решетчатых железных оград, врытых в землю крестов да неподъемных каменных памятников ничего не увидел.

- Позвольте-ка! - неожиданно Генриха бесцеремонно оттолкнули в сторону. - Вам, господин Герой, славы уж хватит, а я почти старик, но подвигов за мной еще ни одного не числится. Будьте так любезны, уступите один. - Гном Ильвис взвесил в руках свой молот.

- Ну что, одноглазый, второй глаз потерять не жаль?

Карлик рванулся вперед, но гном ловко увернулся в сторону, отведя удар рукояткой.

- Да ты малый шустрый, как я погляжу, - весело сказал Ильвис. - Но тебе ли, горбатому, тягаться с гномом?

Глаза карлика полыхнули гневом, на губах выступила пена. Зеленошкурый горбун проверил защиту Ильвиса несколькими ложными выпадами, затем выдвинул ногу вперед и немного в сторону. Ильвис, вместо того чтоб отступить, лишь немного присел. Карлик ухмыльнулся, а затем в стремительном порыве перенес вес тела на выдвинутую ногу. Его меч широкой дугой понесся к шее гнома. В желании дотянуться до противника карлик сильно прогнулся спиной, и это было ошибкой. Ильвис прыгнул, рискованно крутнулся на ногах и оказался за спиной карлика.

Бум! - молот врезался в спину чужака между лопатками. Что-то хрустнуло, скрэб всхлипнул и, выронив меч, полетел мордой на землю. Но, видно, он и вправду был настоящим бойцом так как тут же стал подниматься.

- Упрямый гад, - гном хмыкнул. - Придется добавить.

Он со всего размаху треснул карлика молотом в бок и, не глядя на Генриха, радостно объявил:.

- Вот как у нас в Регенсдорфе встречают незваных гостей!

Пренебрежительно сплюнув, Ильвис бросился в гущу карликов.

Генрих торопливо поднял с земли меч поверженного врага, взвесил в руке. В голове пронеслась мысль, что он давненько не держал в руках настоящее оружие, но для колебаний времени не оставалось - к нему мчались сразу три скрэба. Близость опасности вытеснила из головы все мысли, кроме одной - бороться. И вот тогда началась работа. Настоящая мужская работа.

Тело Генриха сжалось в пружину, а когда карлики оказались на расстоянии удара и занесли над головами дубины, Генрих шагнул им навстречу. Коротким движением снизу он подцепил рукоятью меча подбородок одного из противников. Удар оказался для карлика настолько неожиданным, что скрэб не успел отреагировать и с занесенной за спину дубиной полетел вверх, задрав ноги. Генрих увернулся от дубины второго карлика, подставил скрэбу подножку, и тот, потеряв равновесие, покатился кувырком.

- Ну что, зеленошкурый братец, - обратился Генрих на «эхте» к третьему противнику. - Поиграем или сразу убежишь?

- Ступай к Нидхеггу, животное! - рявкнул в ответ уродец.

Похоже, правду говорили о карликах - нет предела их ярости, ничто не способно их испугать. Карлик не стал метить в голову высокого противника, а атаковал его в ноги. Дубина несколько раз с шумом рассекла воздух в паре сантиметров от коленных чашечек Генриха. Не имей Генрих боевого опыта, он бы вмиг распрощался со своими ногами, а потом и с жизнью: в руках скрэбов таилась огромная сила. Но не зря Генриха обучал в свое время лучший боец Берилингии - рыцарь Скурд! Генрих знал, вернее, чувствовал, что и когда следует делать.

Опытному бойцу известно, что шпагу-«молнию» невозможно обогнать прыжком, если ты не кузнечик. Профессионал не станет блокировать мечом дубину, ибо нет занятия бессмысленней, чем пытаться ударом доски остановить набравшего скорость быка. Вот почему Генрих, не вступая в поединок, отступал зигзагообразным шагом.

Поведение врага взбесило карлика. Горбун не привык к тактике подобного рода: противник не убегал, но и не атаковал; держался так, как будто битва для него была всего лишь игрой. Карлик в ярости клацнул клыками.

- Сражайся, трусливый пес! Что ты выплясываешь передо мной? Дерись, как мужчина!

- Вы уверены, что хотите этого, господин скрэб? - с улыбкой спросил Генрих. - Ну что ж, воля ваша.

Генрих сделал вид, что отступает, а когда карлик в азарте подался вперед, оттолкнулся отставленной ногой и длинным шагом обошел карлика. Скрэб слишком поздно понял, что его провели. Прикрыться тяжелой дубиной он не успевал и потому попытался отскочить, но Генрих оказался быстрее. Меч тонко свистнул, а в следующее.мгновение… Нет, Генрих не решился на убийство. В последний момент он повернул меч и хлестнул противника плоскостью клинка. Удар прозвучал, как пощечина. Штаны на карлике лопнули, брызнула кровь. Скрэб вскрикнул, выронил дубину и подскочил высоко вверх. Генрих потерял к противнику интерес, оглянулся, отыскивая Олафа, а увидев друга живым, с облегчением вздохнул. Олаф стоял на одном колене, яростно раскручивая над головой дубину, отобранную у какого-то карлика. Вокруг лежал десяток стонущих, копошащихся, как черви, зеленых тел. Хотя Олаф бился вслепую, широкие взмахи его дубины подсекали наглых недругов, как коса.