Дим Край - Идеaльный мир

• Название: Идеaльный мир
• Автор: Дим Край
• Жанр: Научная Фантастика

---

Она пригласила Паута прогуляться по улицам города. Отличная идея! Он как раз собирался пройтись по улицам этого необычного города, а то ноги уже затекают. Когда он согласился, девушка схватила его за руку и, весело смеясь, они пошли на юг.

Виктория всё время держалась за его плечо. Шла она медленно и её пошатывало. Прямо как тех двоих парней, которых повстречал Паут на дороге. Почему они шатаются, и почему у них нарушена координация? По любому это от той жёлтой жидкости в стеклянных разноцветных бутылках. После употребления они чувствуют себя весело, счастливо, но это, вероятно, вызывает побочные эффекты — как потеря координации, сил, устойчивости и балансировки. К тому же вызывает отвратительный запах изо рта того, кто испробовал этот напиток.

Девушка очень много говорила по-русски. Изредка она вспоминала, что он — вообще-то, иностранец и не понимает её слов. Тогда поспешно переходила на неразборчивый английский. Её слова смазывались, сжёвывались, недоговаривались особенно на последних звуках, становились гортанными и разобрать что-либо было трудновато. Поняв, что так разговор потечёт лениво или не потечёт вообще, она встряхнулась, собралась, успокоилась и стала разговаривать более-менее внятно.

Взяв за руку, Паут заметил, что рука её дрожит. Ночная прохлада, — подумал он. Температура опустилась до семи градусов. И она начинает замерзать, так как её курточка лёгка, из простейшей ткани, не снабжённой обогревающими элементами и водоотталкивающим покрытием. Он снял свою, точнее Алексеевскую курточку, и накинул ей на плечи.

— Спасибо, — приятно поблагодарила Вика. — Джентльмен…

Он развёл руками, мол мог бы и лучшее решение предложить, но увы нет.

— А ты не замёрзнешь? У тебя свитер… тонко… холодно… — поинтересовалась она, с трудом подбирая слова по-английски.

— Нет. Всё в порядке. У меня тёплый свитер, — успокоил её Паут.

— Какой у тебя… — она взглянула на его сверкающий металлом пояс. Наверное не могла вспомнить как называется по-английски этот предмет.

— Пояс?

— Да… — кивнула она, оглядывая серебристый широкий пояс обтягивающий комбинезон. — Красивый, — она погладила холодный металл.

Пару кварталов они шли молча. Девушка вела его на юг, к тому самому месту, откуда он пришёл. Вскоре они прошли 'Квадрант' — компанию, где работает Алекс и из которой пару-тройку часов назад вышел Паут. На металлической позолочённой табличке у входа в трёхэтажное здание было написано название фирмы кириллицей. Паут оглядел здание. В сравнении с другими домами, этот дом выглядел получше и наружнее освещение у него было неплохим. Весьма хорошее состояние дома.

Виктория, похоже, знала куда надо прогуливаться. И вела его всё прямо, строго на юг. Через квартал они вышли на набережную какой-то неширокой тёмной реки, схваченной в гранит, или, может быть, канала. Широкая набережная. На ней было много машин. Они носились по набережной, ослепляли прохожих фарами. Кто-то из них издавал сигналы, предупреждающие или информационные — трудно было с ходу определить. Они прошли по мосту и перешли на другой берег. Девушка опять заговорила:

— Ты где живёшь?… Здесь?

Тупиковый вопрос. Паут не знал, что на него ответить. Сказать, что он нигде не живёт в этом мире — было бы подозрительным. Даже если он себя выдаёт за приезжего из далёкой страны, то он должен был поселиться в гостинице. А иначе-то как? Ведь скоро ночь… Какие, интересно, здесь гостиницы есть и где они находятся? Он поглядел по сторонам. Ничего путного не заметил. Да… Деликатная ситуация, он не имеет представления, где он теоретически может остановиться.

— Здесь недалеко, — неопределённо ответил Паут.

— Понятно, — удовлетворилась ответом Вика, потом продолжила. — Извини… Я напилась… ужасно. Мне не удобно… Мне стыдно… Очень жаль.

— Ничего страшного, — он утешил её, а сам думал какое ещё может иметь значение слово 'пить'? — Наверное, у Вас был праздник.

— Да, — поразилась она. — Мы отмечали День рождения!

— Твой?

— Нет. Другого человека.

— Понимаю.

— Паут, а сколько тебе лет? — неожиданно поинтересовалась Вика.

Паут не сразу нашёл подходящий ответ. В самом деле, назвать свой истинный биологический возраст, 34 года, он не мог. Он вспомнил, что его внешний вид, как померянина, соответствовал возрасту 23-летнего парня.

— Двадцать три года, — убедительно соврал он.

— Я так и думала! — воскликнула Вика, — А мне девятнадцать.

Здорово, что он не ошибся со своим выводом. Они прошли ещё пару кварталов и она вдруг остановилась возле блеклого пятиэтажного здания в сером кирпиче. Здание выглядело отталкивающе отвратительно, неказистое, угрюмое, тёмное. Наружного освещения возле здания не было вовсе. Окна черны и мрачноваты. Но местами, кое-где ещё горел свет. Совершенно не понятно для каких целей здесь построили это здание. В небрежной кирпичной кладке проступали трещины. Тротуарные дорожки разбиты и представляли собой нахламление рваных камней и асфальта, сквозь которые пробивались ростки травы. Почему они здесь остановились?

— Мы пришли, — победно заявила Вика.

— Куда? — поинтересовался он.

Вика сняла куртку и отдала Пауту:

— Спасибо!.. Это мой дом.

— Это твой дом?! — наступило время изумляться ему. — Ты здесь живёшь?

— Да, — тихо произнесла Вика, заметив недоумение.

— Но это ужасно!.. — отметил Паут.

— Да… — согласилась Виктория. — Я знаю… Выбора нет. Это… Общежитие. Я — студентка… Учусь. Второй курс. Приехала из Новосибирска. Что дали — тому рада.

Паут с трудом понимал рваные предложения Вики. Однако он умело домысливал картину. Она приехала из Новосибирска. Судя по интонации, это находится далеко, словно на другой планете. В данный момент она учится, должно быть, в институте, академии или университете. Студентка. И ей предоставили такое общежитие без вариантов, без возможности выбора. Да. Печально.

Он кивнул, понимая сложность ситуации. Подумал. Зачем она предложила ему прогуляться до своего дома? Судя по потерянной координации, ей нужна была помощь, чтобы дойти до этого дома… Как же ужасен этот дом — Паут ещё раз взглянул на хмурую пятиэтажку — ни за что бы он не согласился жить в таком захолустье. И неужели нет абсолютно никакого выбора?

Вика игриво подмигнула. Сказала:

— Соседки нет. Уехала… Зайдёшь на чай?

Паут было изумился вопросу, но быстро собрался, понимая, что пора заканчивать диалог с аборигенткой, уж очень он затянулся, отрицательно покачал головой:

— Спасибо, но мне нужно идти.

Девушка печально на него посмотрела, но не расстроилась. Улыбнулась и сказала очень не разборчиво и тихо. Паут не сразу понял смысл сказанных слов: 'Поцелуй меня'. Это просьба, предложение или приказ? Он понимал, что очень похож на померянина, и девушки-померянки, как правило, ошибались в своих выводах, принимали его за чистокровного померянина и начинали с ним флиртовать. В таких случаях, он честно признавался, что — альверец и померянки он него разом отставали.

Данный случай ему ничем не мог помочь. Признайся, что он — альверец, это не вызовет никаких ассоциаций у девушки, равно как слово 'уругваец'. В 21 веке ещё не было деления на померян и альверцев. Целовать накрашенный ядовито-алой краской рот из которого к тому же исходит ужасный запах, Пауту, если честно, никак не хотелось. Но признаться в этом он стеснялся и нашёл оптимальное решение:

— Не могу. Мы едва знакомы.

— Правда? — обвела она его дурманным взглядом и сказал несколько слов по-русски.

Она нерешительно постояла возле него упираясь в плечо, но через несколько секунд сказала:

— Ты — замечательный…

И больше ничего. Пауту никто честно не признавался, что он замечательный. Во многих случаях, где он проявлял вежливость и галантность по отношению к женщинам — никто не говорил ему что он чем-то хорош или замечателен. И так понятно. Так принято в обществе — этикет. Этот странный комплимент от померянки его затронул. И он не мог сдержать слов:

— Ты тоже замечательная.

Да. Сквозь алые и чёрные краски лица, зловонные запахи, нелепый наряд — он видел её красоту, которая скрывалась в ней. Он знал, что в ней должно быть красиво. Другого быть не может. Она была честна с ним. И он хотел хоть чуточку быть честным. Внешнее обличие — это лишь маска, чтобы соответствовать обществу, которое напридумывала эти ужасные правила: носи это, пей то, вдыхай дым, крась лицо.

Она посмотрела на него и её взгляд сосредоточился. Она смотрела прямо в глаза. А он видел в её глазах в свете фонарей грусть и тоску, по чему-то безнадёжно далёкому, недоступному.

Пьяное состояние потихоньку покидало Викторию. Она уже начинала что-то понимать, осмысливать. Прохладный ветер действовал отрезвляюще. Хотя она не совсем помнила, как познакомилась с иностранцем, но искренне верила он самый замечательный и чуткий мужчина на этом свете. С каждой минутой он производил на неё всё более хорошее впечатление. А Барбос — урод! Он бросил её, посреди тёмного города. Одну. Страшно пьяную… А он, который стоит рядом, прямо, выпучив грудь с неподражаемым смелым видом — проводил её до самого дома. Проходя по тихим улочкам, она видела кучки людей, которые стояли в отдалении, шевелящиеся тени, странные звуки чьих-то далёких шагов, глухие голоса. Или ей мерещилось всё это?.. От страха, она жалась к нему в плечо. А он ничего не боялся и нежно придерживал её. Уверенно шёл вперёд. Необычайно смелый мужчина!