Александр Розов - День Астарты

• Название: День Астарты
• Автор: Александр Розов
• Жанр: Социально-психологическая фантастика

«День Астарты» — это, в псевдо-хронологическом смысле, продолжение «Депортации», «Чужой в чужом море» и «Созвездия эректуса». Но, это новелла не столько об одном из вариантов будущего одной страны (или региона), сколько о том, как формируется то или иное историческое будущее. Кстати — термин «историческое прошлое» является более-менее устоявшимся, а вот термин «историческое будущее», видимо, новый.

Напоминаю: Меганезия — это страна, объединяющая архипелаги в большей части Тихого океана, плюс кусочек Антарктиды, и плюс незначительные островки в Индийском океане. На современной политической карте мира она отсутствует, как и ряд других стран, упоминаемых в тексте (Сайберия в Евразии, Нуэва Гранада в Южной Америке, и Мпулу, Шонао и Зулу в Центральной Африке).

Итак, время действия: Немного не доходя до середины нашего XXI века.

Место действия: Наша планета, а также ее окрестности.

Антураж: Прогнозируемые события в области технологии (за что я их купил, за то и продаю, практически — ничего личного).

Вопрос: Как глобальные события влияют на людей, и как люди влияют на глобальные события. Как локальные события превращаются в глобальные — и наоборот.

Есть древнее китайское проклятие: «чтоб тебе жить во время перемен».

Мир, только вчера казавшийся понятным, устойчивым и связным, внезапно распадается, превращаясь во множество фрагментов мозаики. Привычные представления о политике, экономике, и даже о быте, в общем — об образе жизни, становятся неадекватными. Когда-нибудь, наверное, этот паззл снова сложится, и получится что-то понятное. Но это когда еще будет… А люди живут именно сейчас. В то самое «время перемен», которое они сами и создают своими действиями (иногда — осмысленными, иногда — не очень).

Время перемен, время нестабильности, отличается еще и тем, что любое, даже очень незначительное на первый взгляд, действие некого человека (иногда — совершенно не выдающегося), может поменять то самое «историческое будущее».

Потом (когда паззл сложится) историки будут строить глубокомысленные версии о том, почему цепочка событий стала раскручиваться именно так, а не иначе. Но пока, длится время перемен, никому не известно, кто, как и на что повлияет…

Новелла «День Астарты» — о том, как это происходит с точки зрения разных людей, живущих в разных условиях и преследующих, разумеется, разные цели.

---

Рон Батчер пригляделся к одной из картин.

— А это что за фейерверк?

— Ты что? — удивился его непонятливости Шрек, — Это зеркало-лабысло! Его ставят на спутнике и пускают солнечный зайчик. Вот, в углу написано: «Лабысло Упернавика». Упернавик это островок в Гренландии, которая у вас нарисована на флайке.

— Артисты, — фыркнул Монти, — Гренландию рисуют, а про зеркало-лабысло не знают.

— Вы гоните, — возмутилась Пума, — Мы были рядом с Гренландией в прошлом году, и никакого лабысла не видели! Скажи, Рон?

— Вообще-то Черная кошка, мы были на Баффиновой земле, по другую сторону моря.

— Тоже мне, море. Триста миль шириной. А Упернавик там как раз напротив, да!

— Лабысло подвесят только в апреле этого года, — вмешался Дейл, — А тут его авансом нарисовал Дако Парадино, художник с Аотеароа, друг тети Сатти и дяди Эдо.

— Откуда известно, что подвесят? — поинтересовался лейтенант Теллем.

— Утето с Такуме говорит, — ответил Чип, — А ему папа сказал. Его папа зря не скажет.

— Его папа — Жерар Лаполо? — уточнил преторианец.

— Ага, — мальчик кивнул, — А его мама Хани Хироа. Она экологический инспектор, она иногда нас катает на патрульном «Пингвине» до Пукапука или до Тепото! А вы нам обещали дать прокатиться на вашем пузыре и пострелять из этой прикольной фигни.

Мальчишка похлопал ладонью по чехлу «карманного пулемета», прицепленному к комбинезону на правом боку экс-спецназовца.

— Если ваши взрослые разрешат, — пунктуально уточнил Рон.

— Ага! — радостно согласился Чип и, повернувшись к стене, ткнул пальцем в еще одну картину, — А вот это — эластикайт. А это (он ткнул в соседнюю картину справа), муха-одуванчик. Они так рядом, чтобы все врубались, как одно получилось из другого.

— Похоже на бумажный самолетик с резиномотором, — заметил лейтенант Теллем.

— Эластико-бумажный, — поправил мальчишка, — Видишь, у него пропеллер это просто растопыренный кусочек носа? Все из одного листка, а нос закручен. В этом и фишка.

— На спор придумали? — предположил Рон.

— Ага! Дядя Эдо ловко обставил комми. Они думали, они самые креативные. Фиг там! Правда, муху-одуванчик они потом сами придумали. Она вырастает на специальном кусте, как цветок, отрывается и улетает. А месяц назад ее в натуре сделали, вот!

— Откуда в кустах резиномотор? — недоверчиво спросила Пума.

— От инженерии с генами. Муху-одуванчик будут разводить на Ктулху, когда долетят, поэтому картина называется: «Летающие цветы Ктулху». Их можно посадить в одном месте, а дальше они сами везде разлетятся. Это как раскидать семечки с флайки.

— Я все равно не поняла про гены и резиномотор.

— Это совсем просто! — встрял Шрек, — Есть растения, в которых каучук. Надо только, чтобы он вырастал закрученный, а когда он раскручивается, то крутит пропеллер.

Не слишком рассчитывая на убедительности собственных слов, юный баджао начал сплетать пальцы изображая, каким образом вырастает закрученный каучук, и в этот момент в холл-галерею своей «утиной» походкой вошел Эдо Раамуа.

— Не каучук, а резилин или его аналог, эламид, а так все правильно. Для инфо: резилин есть у прыгающих и летающих насекомых. Это крайне эластичный белок, его полосы выполняют функции механического аккумулятора и резиномотора.

— Типа арбалета? Взводишь медленно, отпускаешь быстро? — предположил Рон.

— Да. Только в резилине можно запасти энергии гораздо больше и надолго. Например, взводишь месяц, отпускаешь за день. Саранча пролетает около тысячи миль на одном заряде. Пчела летит не так далеко, зато может подзаряжаться полмиллиарда раз.

— Ты еще и биохимию знаешь? — удивилась Пума.

— Нет, так случайно совпало, — ответил Эдо, и покачал вверх-вниз своей искусственной рукой, — У меня тут эламидовые шнуры на сгибателях, поэтому я заинтересовался.

— А он дорогой, этот резилин, или эламид? — практично спросила она.

— Не очень. Раза в три дороже каучука. А получается так же, из ГМ-фитопланктона. И давайте уже завтракать. Стол накрыт, Сатти всякой вкусной флоры притащила…

* * *

Столовая — терраса второго этажа под солнцезащитным навесом, была именно таким местом, где можно с аппетитом перекусить в это время дня. Экваториальная жара, нарастающая по мере превращения раннего утра в позднее, пока еще практически компенсировалась легким прохладным морским ветерком. Ближе к полудню здесь начнется пекло — но до полудня достаточно времени…

— Хорошего солдата узнают по обстоятельности питания, — весело заявила хозяйка, наблюдая, как трое гостей орудуют ложками и китайскими палочками.

— Так точно, Сатти, — Рон кивнул, — А еще хорошего солдата узнают по близости его работы к военной технологии. Эти ваши мухи-одуванчики — неплохое оружие, и оно растет на грядках само собой, практически даром.

— Мы придумали только прототип, на спор, — напомнила она, — И я слабо представляю, какое у этих фито-мух может быть военное применение.

— По-моему это напрашивается, — заметил экс-коммандос, — Если считать, что эти мухи растут, как высокопродуктивная зеленая масса — скажем, двадцать тонн на гектар, то урожай с квадратного километра уже является серьезной военной силой. Миллиард согласованно летящих объектов массой по одному — два грамма — это то же, что стая саранчи. Это возможность тихого и внезапного выведения из строя боевого крейсера, уничтожения в воздухе эскадрильи самолетов, блокирования наземной магистрали…

— У мух-одуванчиков нет согласования, — возразил Эдо, — это неуправляемые микропланеры с резиномоторным пропеллером, которые летят случайным образом.

Рон эмоционально взмахнул в воздухе палочками с зажатым в них кусочком краба.

— Ну, это дело времени. Сегодня — неуправляемые, завтра — управляемые. Кстати, я говорил пока только о нейтральной биомассе. А ведь эти фито-мухи, как и обычные растения могут содержать какие-нибудь эффективные токсины или, например, легко воспламеняющиеся эфиры. Главное научить их добираться до цели разрозненно, и собираться в кучу только непосредственно в момент атаки, и дело в шляпе!

— Тигра, а что, если в каждую фитюльку засунуть капельку того урана, который для бомбы? — спросила Пума, — Фитюльки потом соберутся в критическую массу, и бум!

— Хрен их знает… — задумчиво сказал Рон, — … Надо попробовать посчитать.

Хозяйка дома изумленно покачала головой.

— Гм… Мы ни о чем таком даже и не думали, когда заключали то пари. Верно, Эдо?

— Вообще-то, — ответил он, — дело было так. Мы в мото-клубе пробовали новые формы полужестких пластиковых крыльев. Это выгодная штука, дешевая и надежная. Но то теория, а на практике получалась, в основном, фигня. При этом, тесты каждой формы стоят денег, и жалко выкидывать их на ветер. Наверное, точнее будет сказать, что мы придумали эластикайт не столько на спор, сколько из жадности.

— В точности, как «palmagun»! — сказала Пума, — Жадность двигатель прогресса, да!

— Мощный афоризм! — оценила Сатти, обгладывая косточку манго.

— Интересная штука, — заметил Эдо, глядя на два «карманных пулемета (все оружие, по обычаю Tiki, было снято перед едой и лежало на сервировочном столике), — это ведь пневматика, если мне не изменяет сообразительность?

— Магнитоэлектротермопневматика, как выражается Фонси, — ответил Рон, — Это шеф филиала. Он фанат пневматики и считает огнестрельное оружие реликтом палеолита. Когда мы получили заказ на очередную малобюджетную войну под ключ…

Лейтенант Теллем остановил руку с круглым румяным пирожком на полпути ко рту.

— Как ты сказал? Малобюджетную войну под ключ?

— Да, а что? — Рон кивнул, хватая палочками кусок омлета с тунцом, — Это третий по частоте вид заказов. Чаще бывает только техническое перевооружение и обучающая стажировка личного состава. Бывает, мы инициативно бросаем на рынок какую-то новинку совместно с «Interdyn», партнерами-шведами из Гетеборга, но это уже реже.

— И где война на этот раз? — спросил преторианец.

Экс-коммандос, пережевывая тунца, равнодушно пожал плечами.

— Нам сообщают только ландшафт, климат и характер планируемых боевых действий.

— А нам обещали дать пострелять, — пискнула Фиона.

— Правда? — спросил Эдо и, после утвердительного кивка Рона, взял со столика один «карманный пулемет», — Так-так… Калибр 8 мм, вращающийся блок из трех стволов. Мини-фантазия на тему многостволки Гатлинга. Весит фунта четыре. Он заряжен?

Пума сделала большие глаза. Для нее носить незаряженное оружие было нонсенсом.

— Ну, да, а как же? Полный боекомплект.

— Понятно. А какие пули?

— Просто свинцовая картечь, — Пума вынула из бокового кармана своего комбинезона сетчатую коробку размером с пачку сигарет, набитую тускло блестящими серыми шариками, — Здесь двести штук по три грамма. У тебя там, в бункер справа от ствола вставлена точно такая же. Хватает на 13 секунд непрерывного огня. Три секунды на замену магазина, и работай дальше. Машинка не заедает, только греется. Топливный элемент перезаряжай по инструкции. Электротермический агрегат делает четыреста атмосфер только так. Скорость на срезе ствола полкилометра в секунду.