Александр Розов - День Астарты

• Название: День Астарты
• Автор: Александр Розов
• Жанр: Социально-психологическая фантастика

«День Астарты» — это, в псевдо-хронологическом смысле, продолжение «Депортации», «Чужой в чужом море» и «Созвездия эректуса». Но, это новелла не столько об одном из вариантов будущего одной страны (или региона), сколько о том, как формируется то или иное историческое будущее. Кстати — термин «историческое прошлое» является более-менее устоявшимся, а вот термин «историческое будущее», видимо, новый.

Напоминаю: Меганезия — это страна, объединяющая архипелаги в большей части Тихого океана, плюс кусочек Антарктиды, и плюс незначительные островки в Индийском океане. На современной политической карте мира она отсутствует, как и ряд других стран, упоминаемых в тексте (Сайберия в Евразии, Нуэва Гранада в Южной Америке, и Мпулу, Шонао и Зулу в Центральной Африке).

Итак, время действия: Немного не доходя до середины нашего XXI века.

Место действия: Наша планета, а также ее окрестности.

Антураж: Прогнозируемые события в области технологии (за что я их купил, за то и продаю, практически — ничего личного).

Вопрос: Как глобальные события влияют на людей, и как люди влияют на глобальные события. Как локальные события превращаются в глобальные — и наоборот.

Есть древнее китайское проклятие: «чтоб тебе жить во время перемен».

Мир, только вчера казавшийся понятным, устойчивым и связным, внезапно распадается, превращаясь во множество фрагментов мозаики. Привычные представления о политике, экономике, и даже о быте, в общем — об образе жизни, становятся неадекватными. Когда-нибудь, наверное, этот паззл снова сложится, и получится что-то понятное. Но это когда еще будет… А люди живут именно сейчас. В то самое «время перемен», которое они сами и создают своими действиями (иногда — осмысленными, иногда — не очень).

Время перемен, время нестабильности, отличается еще и тем, что любое, даже очень незначительное на первый взгляд, действие некого человека (иногда — совершенно не выдающегося), может поменять то самое «историческое будущее».

Потом (когда паззл сложится) историки будут строить глубокомысленные версии о том, почему цепочка событий стала раскручиваться именно так, а не иначе. Но пока, длится время перемен, никому не известно, кто, как и на что повлияет…

Новелла «День Астарты» — о том, как это происходит с точки зрения разных людей, живущих в разных условиях и преследующих, разумеется, разные цели.

---

Дальше пошла тяжелая работа. Аккуратно установить контейнер, выверить угол его наклона и ориентацию, выполнить пуск. Отдохнуть полминуты, наблюдая, как яркие факелы движков уменьшаются вдали и исчезают среди звезд в черном небе. Дальше — опять установка, наклон, ориентация, пуск. И полминуты отдыха. Начав эту работу примерно в 10 вечера, бойцы младшего командира Лон Бусана завершили ее около часа ночи. У бортов тонули последние сброшенные в воду контейнеры. Люди буквально валились с ног от усталости, но были счастливы. Они хорошо выполнили задание чрезвычайной важности для победы революции. Лон Бусан отдал приказ: «спустить шлюпки, покинуть суда». Еще полчаса тяжелого труда и вот, паруса подняты, можно отдохнуть, покурить и тихо поболтать со своими товарищами. Два брошенных судна неустановленной принадлежности, медленно и торжественно погрузились на дно на глубине 2000 метров. Кому интересно — пусть попробует поднять. Флаг ему в руки…

Разумеется, все станции слежения зафиксировали пуск 96 ракет из точки в 13 милях южнее Тимора, с апогеем 25 километров, но гуманитарная катастрофа еще не была объявлена, и никто даже пальцем не пошевелил, чтобы выяснить, куда и зачем они полетели, что было в боеголовках и каковы результаты их попадания.

Итак в 10 часов вечера 16 марта. В городке Кефаменано, расположенном прямо на транс-тиморской магистрали восток-запад, в 10 милях к югу от границы провинции Оекусси (выделенной территории СРТЛ), раскинулся лагерь центральной ударной группировки Тахрира с вооружением и боевой техникой. Формировалась автоколонна для движения к границе Оекусси и последующей атаки. В той стороне наблюдалось зарево — там что-то горело после массированного арт-налета ракетами «Кассам». В лагере царила обычная шумная суета, всегда сопутствующая таким массовым войсковым перемещениям.

На серию слабых хлопков в небе никто даже не обратил внимания, а это распались кассетные головные части первого ракетного залпа «Astros» и теперь вниз летело множество самостоятельных 3-фунтовых мин. Послышался нарастающий вой, и тут, конечно, кто-то крикнул «налет» и «воздух». Бойцы, как и положено, шлепнулись на грунт, потом раздались взрывы (почему-то очень слабые). В разных концах лагеря послышались вопли и хрип — кого-то зацепило. Многие бойцы начали кашлять (как показалось в начале — от поднявшейся пыли). Прошло четверть минуты, и несколько человек, хватаясь за горло, забились в судорогах, как при эпилептическом припадке. Количество кашляющих и бьющихся в судорогах, стремительно росло. Никто еще не понимал, что происходит. Облачка тумана над лопнувшими минами невозможно разглядеть в темноте. Санитарные команды не могли понять, куда ранены люди, явно впадающие в кому. На них не было заметно никаких внешних повреждений. В этой обстановке раздалась новая серия хлопков, затем вой и опять серия разрывов мин. И лагерь, и улицы были покрыты кашляющими и корчащимися людьми, а многие уже лежали неподвижно, извернувшись перед смертью каким-то немыслимым образом. Наконец, кому-то пришло в голову объяснение, и раздался вопль «газы!».

За Кефаменано, транс-тиморская магистраль идет на восток, затем изгибается дугой к северу, через городок Атамбуа, выходит к морю в порту Атапупу (в 30-мильной полосе северного берега, отделяющей эксклав Оекусси от основной Ист-Тиморской территории). Далее магистраль пролегает по берегу, через границу, и соединяется с Ист-Тиморской сетью дорог. Ясно, что эта трасса стала главным направлением движения атакующей армии, и ее авангард разместился в Атамбуа и Атапупо. Вторая по значимости Вест-Тиморская магистраль идет на восток по южному берегу, через городки Нунколо и Бесикама. Эти магистрали соединяются на востоке — в Атамбуа, а на западе — в Сое. Западнее Сое, до Купанга идет единственная широкая дорога. Эта простая дорожная география определила и пункты сосредоточения наступающей тахрировской армии, и цели ракетной атаки: Кефаменано, Атамбуа, Атапупу, Нунколо, Бесикама, Сое. Как впоследствии рассчитали эксперты, каждая цель получила примерно по 8 тонн ОВ «Зарин» — простого в производстве, эффективного нервно-паралитического вещества.

Зарин производится с 1939 года в полсотне стран, но никто ни разу не признался, и поэтому, зарин всегда возникает на мировой арене, как бы, из ниоткуда. Тем не менее, известно, что запасы зарина в средней развитой стране 3-го мира составляют 50 — 100 тонн. Из-за невысокой стойкости этого вещества, эти запасы приходится возобновлять каждые 2–3 года, а старые запасы — уничтожать по довольно дорогой технологии. Тот зарин, который был применен в данном случае, судя по химическому анализу, отжил большую часть срока, отведенного ему законами химии, и вооруженные силы некой страны сделали выгодный бизнес, избавившись от него таким вот способом.

Остров Батек. Спорная тиморская территория.

Успешное прибытие к острову Батек получилось для Микеле совершенно не таким знаменательным событием, как он себе представлял. Все было очень по-деловому. Стремительно возникшие из темноты надувные моторки с солдатами — кхмерами. Дисциплинированный и спокойный офицер Даом Вад. Четко понимающий, что и как делать, капитан Хэнк Худ, который сначала поставил к причалу свой мото-понтон с прицепленной баржей, а потом сменил Микеле за штурвалом и проделал такую же операцию со вторым мото-понтоном и прицепом. После этого, Микеле, само собой, оказался центральной фигурой разворачиваемой батареи.

А потом, когда с работами на батарее все стало все более-менее понятно, как-то само собой получилось, что Микеле занялся другими делами, свойственными менеджеру в условиях военного времени.

Восстановление мобильной связи.

Выяснение точек и путей снабжения.

Инвентаризация ресурсов.

Инвентаризация транспорта.

Организация логистики.

Проще всего оказалось наладить связь. Стандартные «Летающие соты» в контейнерах были в полном порядке. Задать на ноутбуке сетку размещения с шагом восемь миль, и включить модули автономного энергоснабжения, а дальше — дроны сами надуются, превратившись в пятиметровые дирижабли, сами уплывут по воздуху на заданные позиции, сами бросят там контрольные якоря, чтобы не сносил ветер, и сами отрапортуют: «Hei foa, если кто-то хочет кому-то позвонить, то мы к вашим услугам».

Скоро капитан Хэнк Худ, носился на добытом где-то катере с подводными крыльями между Батеком, Маквелабом и Ситрана, говоря по двум мобайлам одновременно. Три тиморских юниора — Сезар, Ришо и Тодо — были назначены «группой снабжения» и, с фермерской обстоятельностью, занялись этой работой. Поехал — загрузил — привез — разгрузил. Знакомое, дело — и не важно, делается оно в мирное время или на войне.

Карпини, который вырос в глазах кхмерских бойцов до уровня «главного военспеца округа, товарища инженера Микеле», получил под командование двух ординарцев — мальчишек лет пятнадцати, которых звали Ан и Хин (по крайней мере, их имена, в восприятии Микеле, звучали так, а они отзывались на эти имена в его исполнении).

СРТЛ. Дили. Штаб обороны.

Эффект от применения почти 50 тонн зарина «второй свежести», штаб обороны СРТЛ имел возможность оценить по данным радиоперехвата. На огромном столе, рядом с экраном-картой, валялась куча листочков, с довольно однообразными текстами:

«2-й заместитель командира корпуса Кефаменано-центр. Попали под газовую атаку. Потери — каждый шестой. Половина живых — небоеспособна. Продолжают умирать».

«Комендант Атапупу. При бомбардировке ядохимикатом, сводный отряд потерял примерно треть состава. Много отравленных в разной степени. Пришлите медиков!».

«Командир автоколонны Сое-центр. Нас обстреляли химическими минами. 2/3 моих людей — отравлено, много убитых, не могу наладить управление. С востока через нас бегут бойцы и жители, на трассе затор. Дайте подкрепление и скажите, что делать».

Комбриг Ним Гок пробежал глазами десяток листков и повернулся к доктору Немо.

— Сколько времени местность будет отравлена?

— Вероятно, 2–3 часа. В жарком морском климате это вещество быстро разрушается.

— Три часа слишком долго. Надо атаковать сейчас, иначе мы потеряем инициативу.

— У нас есть противогазы и защитные плащи, — заметил Ройо Исо, — И нашим людям не придется лезть в места максимального заражения, так что, опасность не велика.

— Мои люди не обучены воевать в противогазах и тяжелых плащах, — сказал комбриг.

— Давайте определимся с задачами контратаки, — предложил доктор Немо, — Мы же не собираемся захватить и удержать западно-тиморские территории. Завтра регулярная индонезийская армия вытеснит нас оттуда. У нас есть всего несколько часов, и я бы предложил использовать их для разрушения инфраструктуры противника.