Александр Розов - День Астарты

• Название: День Астарты
• Автор: Александр Розов
• Жанр: Социально-психологическая фантастика

«День Астарты» — это, в псевдо-хронологическом смысле, продолжение «Депортации», «Чужой в чужом море» и «Созвездия эректуса». Но, это новелла не столько об одном из вариантов будущего одной страны (или региона), сколько о том, как формируется то или иное историческое будущее. Кстати — термин «историческое прошлое» является более-менее устоявшимся, а вот термин «историческое будущее», видимо, новый.

Напоминаю: Меганезия — это страна, объединяющая архипелаги в большей части Тихого океана, плюс кусочек Антарктиды, и плюс незначительные островки в Индийском океане. На современной политической карте мира она отсутствует, как и ряд других стран, упоминаемых в тексте (Сайберия в Евразии, Нуэва Гранада в Южной Америке, и Мпулу, Шонао и Зулу в Центральной Африке).

Итак, время действия: Немного не доходя до середины нашего XXI века.

Место действия: Наша планета, а также ее окрестности.

Антураж: Прогнозируемые события в области технологии (за что я их купил, за то и продаю, практически — ничего личного).

Вопрос: Как глобальные события влияют на людей, и как люди влияют на глобальные события. Как локальные события превращаются в глобальные — и наоборот.

Есть древнее китайское проклятие: «чтоб тебе жить во время перемен».

Мир, только вчера казавшийся понятным, устойчивым и связным, внезапно распадается, превращаясь во множество фрагментов мозаики. Привычные представления о политике, экономике, и даже о быте, в общем — об образе жизни, становятся неадекватными. Когда-нибудь, наверное, этот паззл снова сложится, и получится что-то понятное. Но это когда еще будет… А люди живут именно сейчас. В то самое «время перемен», которое они сами и создают своими действиями (иногда — осмысленными, иногда — не очень).

Время перемен, время нестабильности, отличается еще и тем, что любое, даже очень незначительное на первый взгляд, действие некого человека (иногда — совершенно не выдающегося), может поменять то самое «историческое будущее».

Потом (когда паззл сложится) историки будут строить глубокомысленные версии о том, почему цепочка событий стала раскручиваться именно так, а не иначе. Но пока, длится время перемен, никому не известно, кто, как и на что повлияет…

Новелла «День Астарты» — о том, как это происходит с точки зрения разных людей, живущих в разных условиях и преследующих, разумеется, разные цели.

---

Водители, понукаемые паническими криками людей, сидящих в кузовах, начали разворачивать свои грузовики, или просто давать задний ход. Прежде, чем старшие командиры успели разобраться в ситуации, машины на мосту двинулись назад, все сильнее уплотняясь, а с запада — стали въезжать на мост совершенно бесконтрольно, практически корпус к корпусу. Мост выдерживал этот вес, пока плотное скопление грузовиков не заняло всю его середину. Только тогда массивные стальные опоры, рассчитанные на полуторакратную перегрузку, начали медленно сминаться. Настил накренился и треснул. Машины полетели вниз, как сброшенные со стола игрушки, а затем, мост завалился вбок и вниз, и стал грудой обломков на дне каньона…

Организованное отступление вооруженной группировки превратилось в паническое бегство. Едва авианалет закончился, часть группировки, оказавшаяся на западной стороне каньона, продолжила движение к заливу Купанг, но уже не как колонна, а как медленно ползущая пробка, в которой все стараются проехать побыстрее, а машины, двигатели которых заглохли, сталкивают с дороги, и бросают на произвол судьбы. Те бойцы, которые остались на восточной стороне, бросая технику, в полной темноте, беспорядочной пешей толпой двинулись к южному берегу по сужающейся до восьми миль полосе между каньонами рек Минэ и Иасау. Им казалось, что это спасение, что кхмеры так далеко не пойдут… Они глубоко заблуждались. Штаб обороны СРТЛ не упустил возможности добить врага. За оставшиеся до рассвета два часа, небольшой мобильный отряд, высадившись с трех летающих лодок в той части побережья, куда устремились бегущие, провел встречное прочесывание местности на несколько миль вглубь Тимора. Пленных они, разумеется, не брали. На рассвете, выполняя директиву штаба, все отряды и все авиа-звенья вернулись на свою территорию, а все батареи прекратили огонь. После десяти часов непрерывной канонады, на острове наступила тишина, нарушаемая лишь треском пламени разгорающихся все сильнее пожаров….

* * *

Батарея на острове Батек прекратила огонь значительно раньше — просто потому, что стрелять было больше не во что. Весь прибрежный участок дороги, четыре городка, вытянувшиеся вдоль нее, и поселки на две мили от моря, были стерты с лица земли.

По приказу Даом Вада, плавучая батарея была замаскирована в узкой (полста метров шириной) протоке между юго-западным берегом островка и короткой полосой рифов. Сверху могло показаться, что здесь стоят брошенные рыбацкие плоскодонки и свалена куча строительного мусора, а с моря эта протока вообще не просматривалась.

В центре островка, на бывшем индонезийском опорном пункте (два фанерных сарая, склад-ангар и кухонный навес) нашлось какое-то количество продуктов и цистерна с пресной водой. Кухонный инвентарь уцелел — вчерашний короткий бой при захвате островка кхмерами обошелся почти без стрельбы: индонезийское подразделение, не ожидавшее атаки, погибло тихо… Даом Вад разрешил бойцам разжечь найденный примус, вскипятить воду и заварить чай. Когда это было сделано, он, в знак уважения, лично притащил «товарищу военспецу-инженеру» кружку чая и армейские галеты.

— Спасибо Вад. Это очень кстати, — Микеле покрутил в руке металлическую кружку и прочел вслух надпись, нацарапанную на ее боку: «Bendaku Bintangi Pasarpan».

— Что это значит? — спросил кхмер.

— Это значит: кружка принадлежала парню по имени Бинтанги Пасарпан. Бинтанги на бахаса — звездочка, — Микеле сделал глоток, и продолжал, — … Если подробнее, то лет двадцать назад родился мальчик, и мама с папой выбрали ему красивая имя. Пели ему колыбельные. Дарили игрушки. Радовались его первым словам и первым шагам. Они думали: он вырастет, познакомится с красивой девушкой, у них будет дом, семья. Не исключено, что он с этой девушкой уже успел познакомиться, до того, как попал сюда. Здесь были армейцы или «Тахрир»?

— Были в индонезийской форме, — ответил Даом Вад.

— Значит, Бинтанги пошел в армию, — заключил Микеле, — Через несколько дней, его родным придет бумажка: Так и так, пропал без вести в ходе боевых действий. Они, наверное, будут еще долго надеяться, что мальчик найдется. Так иногда бывает…

— К чему ты это говоришь, товарищ Микеле? — спросил Даом Вад.

Агроинженер пожал плечами, откусил кусок галеты и запил чаем.

— Просто задумался о жизни. В моем возрасте это нормально… Куда вы их…?

Младший командир молча показал рукой в сторону моря.

Микеле посмотрел туда и кивнул.

— Понятно… Значит, так и будет пропавшим без вести. Мальчик по имени Звездочка.

— Это война, — нерешительно заметил кхмер, — Так было надо.

— Это очень хуево, что так было надо, — ответил Микеле, и бросил взгляд на северный берег Тимора, затянутый шлейфами черно-коричневого дыма, — Натворили мы с тобой дел, Даом Вад. У людей были дома, это строилось много лет, даже много поколений…

— Вот победит социализм, и все будет построено лучше, чем было, — уверенно возразил младший командир, — И жить люди будут счастливее, в новых домах.

— У тебя есть семья? — спросил Микеле.

— Откуда? — искренне удивился Даом Вад.

— Гм… А сколько тебе лет?

— Наверное, больше двадцати.

— А тем мальчишкам? — Микеле кивнул в сторону Ана и Хина, которые хлебали чай, не отрываясь от ноутбуков, связанных со спай-дронами. Вообще-то юниоры выполняли разведывательное патрулирование акватории, но сейчас было видно, что они просто в восторге от игры с управляемыми самолетиками.

— Наверное, меньше двадцати, — ответил кхмер.

— Я и сам вижу, что меньше, — проворчал агроинженер, — А как они будут жить после войны? И как ты сам будешь жить? Ты думал об этом?

Даом Вад отрицательно покачал головой.

— Не думал. При социализме все будет понятно. А если нет, то командир объяснит.

Микеле прожевал галету и сделал еще пару глотков чая.

— Наверное, я некорректно поставил вопрос. Лучше так. Эта война кончилась, а новой войны в обозримом будущем не предвидится. Ты в резерве. Твои действия?

— Отдыхаю, подгоняю снаряжение и устраняю неисправности, проверяю, чтобы мои бойцы тоже это сделали, контролирую, чтобы у них была еда и место для сна, пополняю ресурсы боеприпасов и материалов. Жду приказов командира.

— Гм… Похоже, я опять не так поставил вопрос.

Карпини задумался над формулировкой, и в это время Хин крикнул:

— Тревога! Индонезийский флот!

— Где? — спросил Даом Вад, мгновенно оказываясь рядом с операторами спай-дронов.

— Вот! Вот! — мальчишки тыкали пальцами в экраны, не очень представляя себе, как соотнести наблюдаемые боевые корабли с географическими правилами.

— Дайте-ка мне… — вмешался Микеле.

Через полминуты диспозиция стала предельно понятной. Эскадра, состоящая из двух крупных военных кораблей и двух поменьше, на полпути от Флореса к Тимору, шла курсом юго-восток. До берегов эксклава Оекуси ей оставалось чуть более полста миль. Спорный островок Батек, лежащий в пяти милях от берега, находился у нее на пути.

— Наше преимущество это закрытая позиция и орудия, приспособленные чтобы вести высокий навесной огонь, — произнес Даом Вад, — Мы подпустим их на 8 миль.

— Если они подойдут ближе, чем на 10 миль, — спокойно сказал Карпини, — то от нас останется только фарш, — Вообще-то, они могут достать нас ракетами даже со своей теперешней позиции. Поэтому, я не думаю, что нам сейчас надо суетиться.

— Лучше умереть сражаясь! — возразил Даом Вад.

— Лучше жить, — отрезал агроинженер, вынимая мобайл из кармана.

— Что ты хочешь делать? — подозрительно спросил младший командир.

— Проверить, достаточно ли внимательна фронтовая разведка на Атауро… — пояснил Микеле и сказал в трубку, — …Aloha foa, вы видите эскадру, четыре штуки, на восемь-девятнадцать, сто двадцать шесть — два?… Почему спрашиваю? Ну, понимаете, я на Батеке, и эти штуки идут ровно в мою сторону… Я не беспокоюсь, просто спросил… Какие-то меры принимать надо?… Ну, конечно, посмотрим… Aita pe-a, maeva po-a.

Он убрал трубку обратно в карман и закурил сигарету.

— Что ты узнал, товарищ Микеле? — нетерпеливо спросил Даом Вад.

— Ничего нового, Вад. Разве что, направление, в котором интересно смотреть.

— Какое направление?

— Восток — северо-восток. Собственно, я так и думал.

— Я ничего не понимаю, — признался младший командир.

— Я сейчас объясню, — сказал Микеле, — Пока вооруженный контингент Индонезии, в основном, соблюдал нейтралитет… Скажем так, с незначительными отклонениями… Другие крупные контингенты тоже не особо вмешивались, чтобы не обострять. Но открытое выдвижение группы из вертолетного авианосца, эсминца и пары ракетных катеров, это уже совсем другое дело, и все, кто стоял на низком старте…