Джеймс Хоган - Сибирский эндшпиль

• Название: Сибирский эндшпиль
• Автор: Джеймс Хоган
• Жанр: Научная Фантастика

---

- Я слышала, вы говорили офицерам, что вы ученая.

Ольга поколебалась и села обратно.

- А в чем дело?

- И английский вы знаете так хорошо поэтому, - Ольга кивнула, но не сказала ни слова, а она продолжала:

- Что может здесь делать ученый? Я хочу сказать, здесь можно работать головой, думать? Вы можете с кем-то поговорить?

- Естественно. Это космическая станция и ее ресурсы ограничены. Людей не везут сюда просто так, чтобы они просто запирали двери и пересчитывали людей по головам.

Пола набрала полную грудь воздуха.

- Я тоже ученая, - в этот момент она решила, что ее откровение не принесет никому вреда, тем более что Протворнов и его команда уже давно, наверное, выяснили это.

- Что ж, это хорошо, и я уважаю вас, как коллегу и профессионала. Но я не вижу...

- У вас есть влияние. Вы можете убедить людей. Послушайте, я работаю в вонючей кухне, соскребаю с тарелок грязь и мою полы, день за днем. Вы ведь можете поговорить с кем-нибудь, чтобы меня перевели отсюда? Я могу принести гораздо больше пользы для колонии, и мне будет легче.

Ольга нахмурилась:

- Вы хотите сказать, что согласны работать на них? - Пола обратила внимание на это местоимение: "них", а не "нас".

- Я не говорю о том, чтобы перейти на их сторону, - пояснила Пола. Я просто хочу работать, как нормальный человек - где-нибудь в гражданской области. Здесь должно быть такое. Вы только что сказали, что ресурсы здесь ограничены. Зачем их тратить зря? Я могу учить детей, может быть - ведь в колонии есть дети, или что-то связанное с медициной агрономией... что угодно...

Ольга выглядела растерянной.

- Я не знаю, могу ли я вам чем-то помочь... - Она поймала умоляющий взгляд Полы и от этого сделалась только более замкнутой. Она поднялась и повернулась к двери.

- Мои проблемы - это одно, я могу кричать о них во все горло. Но вмешиваться в политику, или что-то вроде этого - совсем другое. Мне очень жаль, но я думаю, что у вас все успокоится само с течением времени.

Она остановилась, как будто вспомнив о чем-то.

- Какая у вас специальность?

- Электронные коммуникации. Компьютеры...

- Где вы учились этому?

- Мне не хотелось бы говорить это.

- Хмм... - Ольга заинтересованно смотрела на Полу. - Вы что-нибудь понимаете в коммуникационных протоколах и операционных системах? Процедуры шифрования, аппаратные микропрограммы?

- Немного, - осторожно ответила Пола.

- А как насчет русского оборудования?

- Приходилось работать.

- Ясно, - Ольга взялась за подбородок и пристально посмотрела на Полу. Потом она все-таки решилась:

- Я ничего не могу обещать, и чудес я не делаю. Так что не надейтесь особенно. Но что-нибудь - попробую, - с этими словами она повернулась и вышла из комнаты.

Немного спустя с процедур вернулись две соседки Полы, и за ужином она старалась изо всех сил, чтобы болтать так же беззаботно, как и они. А когда ужин закончился, те же самые двое охранниц, которые водили ее на работу, пришли, чтобы забрать Полу с собой. Анастасия с Таней сунули ей коробку конфет, которой они лакомились.

- За дружбу американцев и русских, - прошептала Анастасия. Таня улыбнулась ей и ободряюще погладила по плечу. Пола поцеловалась с ними и почувствовала, как ее глаза наполняются слезами.

- Если нас оставят в покое, мы будем дружить, - ответила она. Затем, борясь с растущим в ней чувством ужаса, она вернулась к кровати и взяла свою сумку. Охранницы с каменными лицами ждали у двери.

В этот момент в коридоре раздались торопливые шаги и вошел доктор Рубаков, старший терапевт, со стопкой бумаг.

- Хорошо, она еще здесь, - Рубаков повернулся к охране. - Приказ отменен, американка остается здесь еще на три дня, будет отдыхать и выздоравливать. Вот приказ, все бумаги, все подписано и разрешено. Можете идти, - он протянул бумаги старшей охраннице. Та взяла стопку, внимательно прочитала верхний листок, вернула их врачу, и, наконец, пожав плечами, кивнула второй. Они ушли, захлопнув за собой дверь.

Помилование было столь неожиданным и ошеломляющим, что в какой-то момент Пола думала, что она снова упадет в обморок. Задрожав, она уселась на край кровати. Рубаков довольно улыбался.

- Я рад, что они передумали. Вам необходимо еще немного отдохнуть. Он подошел поближе и несколько секунд внимательно изучал Полу, поглаживая усы.

- Возможно, мы сможем договориться? - спросил он неожиданно низким голосом. - Я могу достать хорошую косметику, настоящую французскую, не меньше. Вы будете выглядеть и чувствовать себя совсем по-другому. Ну как, заинтересованы?

Пола вздохнула и закрыла глаза.

- Заинтересована в чем?

Рубаков был удивлен и растерян:

- Нет, нет! Вы меня неправильно поняли. Я хочу, чтобы вы позанимались моим английским!

23

Это было словно помилование от смертного приговора. У Полы не было уверенности, что эта перемена в последнюю минуту была делом Ольги, и сейчас она пыталась полностью использовать возможность прийти в себя ответы на вопросы она будет искать в свое время. В глубине души у нее теплилась надежда именно на Ольгу, хотя она боялась признаться в этом даже себе, боялась жестокого разочарования в будущем. Пола повеселела, стала приветливей к другим.

Уже на следующий день доктор Рубаков осыпал ее роскошью в виде крема для рук, лосьона и даже лака для ногтей, и еще помады, коричневато-розовой, как раз для ее лица. После завтрака - вареные яйца, ветчина с острым гарниром из картошки и лука, поджаренный хлеб с маслом и настоящий кофе - Пола честно принялась выполнять свою часть договора и провела с доктором импровизированный урок английского. Через час он ушел на дежурство и вернулся снова во время обеденного перерыва, а потом еще раз, вечером.

- Я и не думал, что это так, так... ужасно?

- Ужасно, - подсказала Пола по-английски.

- Йес, ужасно! - Рубаков всплеснул руками, в отчаянии глядя на листки бумаги, лежавшие перед ним и Полой.

- Здесь слова пишутся одинаково, а читаются по-разному, а вот тут наоборот, звучит одинаково, а пишется совсем по-другому. В чем тут смысл? Откуда вы знаете, как что писать? И как этому учатся дети?

- Я же не выдумываю это. Я просто объясняю вам, как это есть, ответила Пола. - Может быть, поэтому ваши парни и наши парни никак не могут договориться.

Они рассмеялись.

- Это все из-за древних диалектов, - по-русски вмешалась Таня, прислушивавшаяся к разговору, сидя на кровати.

- Что вы имеете в виду? - спросил Рубаков.

- Давным-давно, еще у римлян и греков возникали проблемы: как разговаривать с рабами, которых привозили из покоренных племен, объяснила Таня. - Домашние и слуги говорили на диалектах - упрощенной смеси языков, в которой смешивались все странности оригиналов. Проходили века, волна беглецов от религиозных и политических преследований и тому подобное, достигла Британии, и все говорили на своих языках. Они селились в разных местах, и когда наконец встретились вместе и нашли общий язык, то больше никто ничего менять не стал. Так что английский - это диалект диалектов всей Европы.

- А сейчас Америка добавляет туда немного идиш, немного испанского, немного негров, индоамериканцев и Бог знает, кого еще. Получится какой-то суперязык, - ответила Пола.

- Ну, у русских-то такой проблемы никогда не возникало, прокомментировала от дальней стены Анастасия. - Никто не рвется к нам. Наоборот, все рвутся наружу.

На следующее утро Рубаков сказал Поле, что днем прибудет генерал Протворнов, который хочет с ней поговорить. Это вернуло ее к действительности и на целых два часа у нее пропало настроение. Она думала о будущем в смешанных чувствах, колеблясь между сдерживаемой надеждой и отчаянием. Протворнов прибыл незадолго до обеда, сопровождаемый майором Ускаевым. Они взяли с собой Полу и закрылись в комнате дежурной сестры, рядом с палатой. Протворнов уселся за стол, и показал Поле на стул напротив. Ускаев сел сбоку у стены.

Протворнов тяжко вздохнул; Поле он почему-то напомнил мишку косолапого. Он облокотился на кресло и потер виски пальцами.

- Я слышал, что вы виделись с товарищем Ошкадовой, - сказал он наконец.

- Ошкадовой? Это Ольга, ученая из Новосибирска?

- Достойная женщина, пусть даже в чем-то заблуждающаяся. Вашего склада ума, я бы сказал. Вы, собственно, сказали ей, что вы тоже ученая.

Пола пожала плечами.

- И кажется, вы это тоже знали.

- Да, науку вы цените высоко, ...лейтенант Брайс? - ответил Протворнов.

Тот факт, что они знали ее настоящее имя, еще не давал ей повода признаться в этом. Тот же Эрншоу, если бы он и нашел путь связаться с ней, искал бы ее по прикрытию.

Протворнов продолжал:

- Вы ведь так привержены идеалам науки?

- Да, я ценю настоящие знания, я ценю верные пути овладения знанием. То, что действительно хоть что-то значит.

- А идея, право, общественные формации и методы управления ими разве это ничего не значит?