Александр Бирюк - Совершенно секретно

• Название: Совершенно секретно
• Автор: Александр Бирюк
• Жанр: Публицистика

В эпопее "Совершенно секретно" одесского писателя Александра Бирюка собраны различные загадки мировой истории. Это издание включает в себя 5 книг, посвященных расследованию самых загадочных случаев в истории XX века.

"По следам ненайденных сокровищ"

"Секретные материалы"

"Расследование продолжается"

"Великая тайна УФОлогии"

"Тайны международного шпионажа"

Ненайденные сокровища, загадка "Марии Целесты", тайна гибели линкора "Императрица Мария", что на самом деле было скрыто в недрах острова Оук, и куда все это в конце концов делось, что произошло 5 декабря 1945 года в Бермудском Треугольнике, и какова была истинная подоплека "Филадельфийского эксперимента" — темы книг Александра Бирюка. Помимо этого, освещён широчайший спектр загадок, связанных с "феноменом НЛО", следы которого ведут на ледяной Шестой континент и в коридоры секретных служб всего мира и вскрыты загадки сражений 2-й Мировой Войны на Тихом Океане. В 5-й книге описываются тайные операции разведок мира, к которым были приложены огромные усилия, чтобы тайное никогда не стало явным…

Все материалы этой книги взяты с сайта http://macbion.narod.ru на котором некоторые темы раскрыты значительно подробней, а также описано многое из того, что не вошло в эту эпопею.

---

…Когда на переломе ХIХ и ХХ веков богатая железными рудами страна испанских басков обогнала в промышленном развитии все остальные провинции Испании, здесь раньше, чем в других подвластных Мадриду районах появился класс рабочих, и следовательно — хорошо организованные профсоюзы горняков и металлистов. Баски как нация стали требовать от правительства неограниченного самоуправления в целом, и уравнивания прав баскского и испанского языков в частности. Но Король Испании Альфонс ХIII, науськиваемый глупыми царедворцами и политиками, ввел закон, запрещающий какие бы то ни было попытки националистического разгула в стране, тем самым дав понять смутьянам, что "французских вольностей" (то есть порядков, введенных французами в своей части Басконии) у себя в стране не позволит ни одной этнической группе, населяющей территорию, заключенную в политических границах Испании или ее коло ний.

Ответ на непопулярный закон последовал незамедлительно. 12 марта 1912 года в Бильбао (столице Басконии) произошло убийство полицейского комиссара — баски, правда, до сих пор открещиваются от этого деяния, заявляя, что оно являлось наглой провокацией со стороны правительства, однако механизм репрессий заработал без промедления… В провинцию были введены войска, и военные власти объявили чрезвычайное положение. В крови была потоплена забастовка баскских горняков, на что бунтари ответили серией тяжелых террористических актов, проведенных в Баракальдо, Португалетте и Сан-Себастьяне. В Мадриде начались громкие процессы над зачинщиками беспорядков, но это только подлило масла в огонь готовой разгореться гражданской войны. В горах Басконии срочно создавались регулярные части "баскской повстанческой армии", в отдаленных уголках побережья по ночам разгружались шхуны и бригантины, нагруженные винтовками и боеприпасами под самую завязку…

Не остались, естественно, в стороне и французские баски — они толпами пробирались через границу на юг и вливались в ряды мятежников. Иберию наводнили всякие международные бунтари, прибывшие из стран, "страдавших" подобными проблемами — в штабе генерала Хозепа (ныне национального героя басков) околачивались бесчисленные личности итальянского, латиноамериканского, бурского и прочих происхождений с раздувающимися от возбуждения ноздрями и горящими от возмущения глазами…

До открытого восстания дело, тогда, правда, не дошло. У испанского правительства хватило все же ума не доводить реакцию до неуправляемого состояния. Драконовский закон был отменен, но пружина восстания была взведена — карманы каждого баска были набиты патронами и бомбами, которые обязательно должны были быть использованы, не так, так иначе… И вот проблема этого самого ИНАЧЕ была решена самым простым образом.

В самом начале следующего, 1913 года по многим городам Северной Испании и Южной Франции прокатилась серия… нет — самая настоящая лавина дерзких вооруженных ограблений. Были очищены сейфы десятков почтовых контор, сотен коммерческих и государственных банков, опустошены кассы тысяч магазинов и табачных лавок. За три первых месяца нового года от рук бандитов погибла почти тысяча человек. Только ценностей и денег было похищено и отнято на сумму более десяти миллионов франков. Стало ясно, что испанское правительство вовсю пожинало плоды собственной недальновидной политики. Многие пойманные бандиты оказались баскского происхождения, но среди них было и немало иностранцев, которых за различные преступления разыскивали следственные органы более пятидесяти государств мира.

Наиболее жестоким и беспощадным из грабителей был главарь одной крупной шайки — индиец по имени Шаураштра Сингх. Хайдарабадские власти с удовольствием бы вручили испанцам обещанные за поимку этого "борца за независимость Индии" 100 тысяч рупий, если бы те рискнули выпустить бандита из своих рук живьем. Но преступления Шаураштры Сингха в долине Арагона были столь чудовищны, что королевский прокурор Каласпарра не соблазнился громадным вознаграждением, и прежде чем выдать тело бандита на родину (где тот, к слову, "наследил" гораздо больше, чем в Испании), приказал казнить его публично после довольно условного и быстрого суда.

Аналогичные "процессы" были проведены и над другими попавшими в руки правосудия иностранцами, в том числе и итальянцами. Однажды Картер заглянул во Дворец Правосудия в Париже и имел возможность "погрузиться" в архивы почти вековой давности. Очень скоро он прочитал документ, составленный на двух языках — французском и итальянском, который являлся ни чем иным, как просьбой к французскому правительству о выдаче итальянским властям некоего Леонардо Ористано, "сепаратиста, вора и убийцы с Сардинии", если таковой будет пойман на территории Французской республики. Бумажка была датирована февралем 1913 года, и содержала приметы этого самого Ористано. Картер внимательно изучил эти приметы, и снова обратился к "письму Кастроново"…

Обе приметы, содержащиеся в имеющейся у американца копии письма, как нельзя лучше подходили под описание интересующей его личности. Это были: маленький рост да глаза навыкате, больше выжать из письма Кастроново Картеру ничего не удалось, ему приходилось довольствоваться тем что есть и довериться исключительно собственному журналистскому чутью.

Глава 12. Леонардо Ористано

Биография этого Леонардо Ористано во многом типична для многих бандитов всех времен и народов, прикрывающих свою деятельность "борьбой за национальные интересы". В этой биографии имелось место эпизодам, когда часть награбленного безвозмездно раздавалась местной бедноте и порочим малоимущим, правда, в официальных документах подобные факты интерпретировались совсем иначе, но и так было понятно, о чем именно речь идет. После недолгой "стажировки" на родной Сардинии этот авантюрист предложил свои услуги бурскому правительству в Южной Африке, возглавив отряд так называемых "сардинских волонтёров", готовых к действию против английской армии, вторгшейся в пределы независимого Трансвааля. Однако вскоре буры поняли, что от этого "отряда" проку не будет никакого, даже совсем наоборот. Быстро отыскав общий язык с местными зулусами, которые не собирались терпеть на своих землях ни буров, ни британцев, Ористано принялся грабить зажиточных землевладельцев по обе стороны фронта. Зулусы, имевшие с этого "промысла" немалую долю, всячески содействовали "сардинским волонтёрам", предоставляя им базы и тайные тропы для отхода после успешно проведенных операций. Когда же репрессии английской армии обрушились и на туземцев, Ористано со своим отрядом эвакуируется из Африки через Виндхук, принадлежавший немцам, и долгое время о нем ничего не слышно.

Зато в 1903 году "сардинец Леонардо" высаживается с небольшим отрядом в устье Ориноко и примыкает к сепаратистам, поднявшим восстание в двух венесуэльских провинциях Гвайяна и Матурин с целью отделения их от страны. Однако наибольшие потери от отряда Ористано несут вовсе не правительственные войска, а окрестные плантаторы. Когда восстание было подавлено, Леонардо оказывается в каракасской тюрьме "Сан-Карлос", где ожидает вынесения смертного приговора. Но буквально накануне суда авантюристу удается бежать через экстренно прорытый его оставшимися на свободе сообщниками подземный ход.

В этом деле самым интересным аспектом было открытие того факта, что Ористано сидел в той же самой камере № 23 сектора Ф-2, что и спустя 63 года — Теодоро Мачадо, один из лидеров венесуэльской коммунистической партии. (Оставалось только выяснить, почему на повторный подкоп понадобилось целых три с лишним года, тогда как первый был проделан всего за три недели? За ответом далеко лезть не пришлось — в 1964 году Венесуэла и СССР подписали ряд выгодных торговых договоров, срок которых истек незадолго до побега бунтовщиков в январе 67-го. Совершенно очевидно, что ранее этого срока советские братья-коммунисты побег устроить никак не могли, чтобы не "нервировать" венесуэльского партнера).

Так или иначе, а Ористано через некоторое время очутился в Басконии, где намечался следующий разгар национально-освободительной борьбы". Однако вооруженное выступление сорвалось, и сардинскому бунтарю-экспроприатору побряцать оружием так и не пришлось. Если он и принимал участие в разбойных набегах "невостребованной армии" в 1913 году, то об этом в официальных кругах ничего не известно. Хотя итальянское правительство предвидело то, что Ористано несомненно всплывёт в Басконии, послав соответствующие запросы во Францию и Испанию. Но Ористано "на горячем" тогда явно не попался. Наверняка Ористано и был тем "итальянцем Леонардо", похитившим Кастроново и заставившим художника снять с "Джоконды" копию, и в пользу этого предположения говорит также тот факт, что в деле с Моной Лизой "засветился" человек, совершивший вместе с Ористано побег из тюрьмы "Сан-Карлос" — это был один из главарей венесуэльских мятежников, испанец баскского происхождения Маттен Барох. Вернувшись из Венесуэлы, этот самый Барох поселяется во Франции, и к 1913 году он становится добропорядочным помещиком, завязавший с бурным "революционным" прошлым и не чуждый всяких эстетических удовольствий. У него имеется небольшая, но хорошо "укомплектованная" картинная галерея, содержащая работы многих известных художников, и он поддерживает связи со многими торговцами живописью, в том числе и с известным нам Альфредо Джери из Флоренции, тем самым Альфредо Джери, который 13 декабря 1913 года получил от небезизвестного Винченцо "Леонарда" Перуджи письмо с пожеланием возвратить обществу утерянную "Джоконду"…