Николай Зорин - Сестра моя – смерть
![Николай Зорин - Сестра моя – смерть](/uploads/posts/books/277139.jpg)
Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.
Описание книги "Сестра моя – смерть"
Описание и краткое содержание "Сестра моя – смерть" читать бесплатно онлайн.
Алена Озерская возвращалась домой в полной уверенности, что ее ожидает только одиночество, – смерть матери и расставание с мужем разрушили ее прежний мир. Неожиданная находка насторожила Алену: в квартире кто-то побывал и оставил в сумочке ее паспорт с чужой фотографией. Именно с этим странным документом в жизнь Алены проник настоящий ужас. Неприятности посыпались как из рога изобилия. На глазах у нее произошло самоубийство, следы которого вели в прошлое. Ей не оставалось ничего иного, как начать собственное расследование…
Отзвучала Lakrimosa, яму засыпали толстым слоем извести, сумасшедшего Сальери провезли мимо убитого его рассказом священника – и тут в дверь зазвонили. Я не хотела открывать, оставались последние кадры, мне во что бы то ни стало нужно было их досмотреть. И я не открыла. А в дверь все звонили, звонили.
Фильм кончился. В дверь грохнули кулаком – раз, другой, третий – железным кулаком. Нет, это дверь у меня железная, а кулак, вероятно, простой, человеческий. Ну кому я могла понадобиться до такой степени? Соседи вызовут милицию, если этот грохот продлится еще немного. Может, пусть вызывают?
Милиция мне ни к чему. Особенно сегодня.
Я подошла к двери, заглянула в глазок. На площадке стоял мой отец. За эти полгода после смерти мамы он не пришел ко мне ни разу. Что могло его привести сегодня? В дверь снова грохнули кулаком. Он никогда так себя не вел. Мне стало страшно до дурноты, но дверь я открыла.
– Папа?!
Отец шагнул в квартиру, выглядел он просто ужасно, особенно глаза – совсем сумасшедшие, дикие какие-то глаза. Мне показалось, что сейчас он меня ударит, и я отпрянула в сторону. Он действительно поднял руку, сжал в кулак, но, рубанув ею воздух, опустил.
– Ты убила ее! – Отец всхлипнул, закрыл лицо руками и вдруг – о господи! – стал оседать. Этого я уже выдержать не могла. Я бросилась его поднимать.
– Папа! Что с тобой, папа?
Он оттолкнул меня, посмотрел злобно, с ненавистью, но, слава богу, оседать на пол перестал, выпрямился, снова рубанул воздух рукой, сжатой в кулак.
– Ты убила ее! – громко, отчаянно прокричал он. – Я хочу знать, как ты ее убила.
– Кого? – Я смотрела на него с ужасом, а он на меня все так же, с ненавистью.
– Ты знаешь кого.
Выстрел из тира, которого я не слышала, улица, милицейская машина, тошная гадость в стакане – меня замутило, и шишка на затылке запульсировала болью, и душа запульсировала болью. Я не убивала ее. Но почему, почему он знает уже про эту женщину, кто она такая, почему ее смерть так его беспокоит?
– Я тебе объясню.
– Почему ты ее убила, я знаю, мне интересно знать – как?
– На улице было много народу, – начала я по возможности спокойно – мне хотелось его убедить, что я ни при чем. – Ко мне подошла незнакомая женщина, спросила, как проехать на Прянишникова…
– Что ты несешь?! Она не могла подойти к тебе на улице. Ты убила ее и теперь врешь! Узнала – не представляю уж как, – заманила и убила.
– Я никого не убивала, папа!
– Папа? Я тебе не папа! Ты мне всю жизнь сломала, а теперь убила ее, мою девочку.
– Твою девочку? – Вот оно что! Значит, эта Аристова была его любовницей. Не долго же он скорбел по маме! Он вдруг мне стал до невозможности противен, просто отвратителен, так, что, кажется, сейчас я действительно способна была на убийство. – Пошел вон! – Я распахнула дверь и бросилась на него, выталкивая из квартиры.
– Ах ты дрянь! – Он все-таки меня ударил, я вскрикнула и отскочила в сторону. – Дрянь, тварь, гадина! Она – это все, что у меня было, а ты ее убила! Но знай, я добьюсь обвинения!
Он выскочил из квартиры, шибанув напоследок дверью. Я по стенке опустилась на пол – осела – с горящей щекой, с исковерканной душой. Что мне оставалось делать? Только умереть.
На полу в прихожей я просидела долго – не хотелось никуда перемещаться, даже шевелиться не хотелось. А потом замерзла и все же встала. А потом зазвонил телефон. Я поплелась в комнату, смутно надеясь, что отец одумался, снял с меня страшное обвинение и теперь звонит, чтобы попросить прощения. Но это оказался не он, а какая-то незнакомая женщина со скорбным голосом. Она мне не представилась – наверное, от горя забыла о приличиях, – она приглашала меня на похороны. Завтра, в двенадцать часов. Она так ласково со мной разговаривала, все время называла доченькой, что приглашение на похороны не показалось чем-то страшным, наоборот, захотелось туда пойти, чтобы быть рядом с этой доброй женщиной, поддержать ее в горе и, может быть, рассказать о своем. Женщина плакала, душа моя тоже плакала. Мне было неудобно спросить, кто умер, я только адрес узнала и записала в блокнот. Скорее всего, это кто-то из моих давно забытых друзей.
Я положила трубку и разрыдалась – бурно, сладко, с наслаждением. Моей тоске нужен был выход – выход нашелся: похороны. Но опять зазвонил телефон. Отец? Или эта добрая скорбящая женщина? Это оказалась тетя Саша.
– Аленушка, здравствуй, – заговорила она нарочито жизнерадостно. – Как ты там?
– Все хорошо. – Мне неприятна была ее жизнерадостность, ее навязчивая забота. – Вы не беспокойтесь.
– Новых гостей не было?
Вот ведь дура какая!
– Не было.
– Я завтра к тебе заеду.
– Завтра? Во сколько?
– Часиков в одиннадцать-двенадцать.
– В это время меня не будет, я уезжаю, – сказала я сухо.
– Куда это ты собралась? – Тетя Саша наигранно засмеялась, делая вид, что не замечает моего тона.
– По делу. – Про похороны мне не захотелось ей рассказывать.
– Жаль. Мы с Машкой идем в поликлинику, а заодно и тебя думали навестить.
Машка. Это единственный человек, которому я еще могу обрадоваться. Невероятно обаятельный ребенок. Только очень больная. Полгода назад ей сделали тяжелейшую операцию на сердце, теперь ей гораздо лучше, но все равно. Мы с ней иногда перезваниваемся – с Машкой можно разговаривать совершенно как со взрослой, хоть ей только недавно исполнилось двенадцать. Да она гораздо умнее любого взрослого. И интересней. Нет, Машке я была бы очень рада, даже тети-Сашину заботу как-нибудь ради нее перетерпела бы, да только я действительно завтра не могу.
– Мне тоже жаль. Машку давно не видела, соскучилась по ней, вы не представляете!
– Так сама к нам заезжай, как освободишься. Маша тоже по тебе скучает, вы ведь такие подружки!
– Может быть, и заеду. – Я это искренне сказала, честное слово, ужасно захотелось увидеться с Машкой. Да не может быть, точно заеду. Прямо с похорон. И привезу ей какой-нибудь подарок. Компьютерную игру или еще что. Нет, я куплю ей диск с фильмом «Амадей», ей должен понравиться.
– Хорошо, будем ждать. А что у тебя за дело, если не секрет? Ты там самостоятельное следствие, случаем, не затеваешь?
– Не затеваю.
– Что-то мне за тебя тревожно. – Тетя Саша вздохнула. – Может, ты действительно…
– Да нет, это другое. Меня попросили… У нас скоро встреча выпускников, – выкрутилась я. – Идет подготовка.
Мне казалось, что вранье мое звучит вполне правдоподобно, но тетю Сашу оно не убедило. По-моему, она мне совсем не поверила, насторожилась и еще минут десять изводила просьбами ни во что не влезать. Я клятвенно заверила ее, что ни во что влезать не собираюсь, и при этом совсем не покривила душой: с расследованиями действительно было покончено.
* * *Где находится улица Февральская, куда меня пригласили на похороны, я не знала. Как оказалось, не знал и таксист. Он долго с озадаченным видом рассматривал карту города, качал головой, прищелкивал пальцами и наконец вынес вердикт:
– Такой улицы нет.
– Не может быть. – Я не хотела так быстро сдаваться. – Вы посмотрите получше.
– Да что вы мне голову морочите? – обозлился водитель. – Я не первый год езжу, город знаю, как свою квартиру. Нет у нас никакой Февральской.
Наверное, разумнее всего было поверить таксисту, заплатить ему за беспокойство и несостоявшийся вызов, вернуться домой. Очевидно, меня кто-то разыграл: нет никаких похорон, как нет и улицы Февральской. Да в самом деле, разве существуют улицы с таким названием? Улицы называют в честь кого-то или в честь чего-то, а что такого исторически важного произошло в феврале? Ну конечно, это просто глупый розыгрыш.
– Такая улица должна быть, – из какого-то непонятного мне самой упрямства сказала я. – Вот, у меня записано четко и ясно: Февральская, тридцать семь. – Я протянула водителю блокнот, где вчера записала адрес. – Просто тридцать семь, без квартиры, значит, это частный сектор.
– Тогда ищите сами. – Он перебросил мне карту. – Только поскорее.
Поскорее не получилось: в картах и схемах я разбираюсь плохо, с детства не переносила географию. И все же мне удалось ее отыскать, улицу Февральскую, правда, находилась она в такой дали, что я засомневалась, согласится ли туда поехать водитель.
К счастью, водитель согласился, хоть и без особого энтузиазма, и мы наконец сдвинулись с места. Времени уже полдвенадцатого, на похороны опаздывать неудобно, успеем ли? Надо было выйти из дому пораньше, но кто знал, что с этой Февральской возникнут такие проблемы?
Всю дорогу я пыталась сосредоточиться на предстоящем мероприятии, настроение у меня сегодня было почему-то совсем не похоронное, не то что вчера. Не понимаю, зачем я поехала? Я ведь даже не знаю, кто умер.
Женщина, которая звонила вчера, говорила: «Приходи проститься с моей девочкой». «Моя девочка» меня покоробила, потому что именно так назвал отец убитую Аристову – свою скороспелую до неприличия любовь – буквально за час до этого. Скорее всего, эта «девочка» – моя ровесница, потому что женщина – ее мать – говорила мне «доченька», так трогательно говорила. Меня сто лет не называли доченькой, а отец… Потому-то я и решила поехать.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Сестра моя – смерть"
Книги похожие на "Сестра моя – смерть" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Николай Зорин - Сестра моя – смерть"
Отзывы читателей о книге "Сестра моя – смерть", комментарии и мнения людей о произведении.