Роберт Крейс - Река Вуду

• Название: Река Вуду
• Автор: Роберт Крейс
• Издательство: Эксмо, Домино
• Жанр: Боевик
• Год: 2011
• ISBN: 978-5-699-46367-1

Элвис Коул — один из самых успешных детективов в Лос-Анджелесе — хорошо умеет хранить чужие секреты… Именно поэтому к нему обращается с конфиденциальной просьбой популярная телезвезда Джоди Тейлор. Она умоляет Коула найти ее биологических родителей, которые тридцать шесть лет тому назад отдали Джоди на удочерение. Но, когда Коул прибывает в Луизиану, место, где обитают гигантские черепахи, чтобы разыскать уже не молодую пару, пустяковое дело преподносит ему неприятный сюрприз. Было уже несколько желающих пойти по следу родителей телезвезды, и некоторые из них заплатили за это своей жизнью…

Роберт Крейс — автор сериала об Элвисе Коуле, самом популярном частном детективе последнего десятилетия. Его книги издаются огромными тиражами. Они получали премии Энтони и Эдгара По, не раз удостаивались титула «Лучший детектив года».

---

Мы купили в уличном киоске пару булочек с ломтиками мяса и сыра, зашли в маленький магазинчик, прихватили там ящик со льдом, диетическую колу и продуктов для сэндвичей, чтобы продержаться несколько дней. Пайк выбрал сыр и ореховое масло, а я консервированные курятину и ветчину. Увидев, что я покупаю ветчину, Пайк только головой покачал. Он был ярым противником консервированной ветчины еще до того, как стал вегетарианцем. Продавщица решила, что мы отправляемся на рыбалку, и мы не стали ее разубеждать. Она сказала, что краппи сейчас отлично клюет и что ее муж прошлой ночью поймал две дюжины на озере возле Шатеньер. Мы поблагодарили продавщицу и сказали, что обязательно туда съездим. Когда мы вышли, Пайк спросил:

— А что такое краппи?

— Думаю, что-то вроде американского лаврака.

Пайк фыркнул.

— Здесь даже панцирников едят, — заметил я.

Пайк понимающе на меня посмотрел.

Люси раздобыла для нас адрес Лероя Бенетта. А адрес «Дома у реки» мы получили в справочном бюро. Мы с Пайком решили, что днем поделим между собой Лероя и ферму лангустов, а ночью вдвоем понаблюдаем за «Домом у реки». Итак, сперва мы отправились к Лерою.

Лерой Бенетт жил на узкой улочке в западной части Вилль-Платта, в крошечном каркасном доме. Вокруг царила жуткая грязь, все заросло сорняками. Дома на улице были маленькими, но перед большинством из них были аккуратно подстриженные лужайки и подъездные дорожки. А у Лероя сорная трава разрослась до восьми дюймов, а может, и того больше. Посреди двора чернели две колеи, на одной темным пятном выделялось место, где стояла «полара» и натекло машинное масло. Конечно, рядом имелась подъездная дорожка, но зачем она нужна, если можно оставить машину прямо на траве? Я рассчитывал, что мы найдем машину Лероя, а вместе с ней и его самого, чтобы Пайк мог на них взглянуть, но нам не повезло. Конечно, машина могла быть спрятана за деревьями.

— Лерой живет здесь, — сказал я.

— Надо же так себя не уважать, — покачал головой Пайк.

Я остановился возле въезда на участок Лероя.

— У него золотистая «полара», сильно выгоревшая на солнце. — Я оглядел улицу. Машины были припаркованы по обеим сторонам. — Лучше всего поставить машину через квартал, под тем дубом.

Пайк посмотрел и одобрительно кивнул. Во дворе соседнего с Лероем дома какой-то старик полировал дверцу коричневого «шевроле шевелл» 1964 года. Его дом и лужайка были в безупречном состоянии, но сорняки со двора Лероя заползали на его территорию, точно длинные волосы — на воротник рубашки. Старик оторвался от своего занятия и внимательно на нас посмотрел, так что мы сочли за благо поскорее убраться.

Мы направились на ферму лангустов, принадлежащую Милту Россье, и я медленно проехал мимо ворот, дав возможность Пайку осмотреть ферму, а потом припарковал машину на узкой грунтовой дороге, примерно в четверти мили.

Мы прошли между деревьями по границе владений Милта и присели возле упавшей сосны. Отсюда открывался превосходный вид практически на все хозяйство — от прудов и зданий, где шла переработка, слева, и до дома Милта на небольшом возвышении, справа.

— Вся банда в сборе, — заметил я.

Так-так-так.

Лерой Бенетт разговаривал с грузной женщиной возле бараков, где перерабатывали рыбу, а Милт Россье ехал между прудами на маленьком карте, какими обычно пользуются на полях для гольфа. Рядом с ним сидел худощавый рабочий. «Полара» Лероя была припаркована у дома, а Рене Лаборд устроился на лужайке в белом шезлонге — то ли дремал, то ли изучал свою промежность. Увидев Рене, Пайк прищурился.

— Да, прямо-таки боевая группа.

— Угу.

Мы наблюдали, как люди входили в пруды, очевидно, разбрасывали корм, а также очищали дно от водорослей. Возле других прудов стояли грузовики с лебедками, которые вытаскивали сети, полные блестящих серых зубаток или темно-красных лангустов, ссыпали их в открытые кузова. Среди рабочих встречались чернокожие женщины, но большинство были низкорослыми, коренастыми латиноамериканцами. Двое жилистых белых парней постарше в широкополых соломенных шляпах переходили от одного пруда к другому, давая указания. Старшие менеджеры.

— Ну, все видел? — спросил я.

Пайк кивнул.

Мы вернулись к «тандерберду» и поехали по шоссе номер десять к «Дому у реки», расположенному чуть западнее Вилль-Платта, рядом с Редделлом. Это было небольшое белое строение, стоявшее в стороне от дороги, на поляне, расчищенной в лесу. Неподалеку находился брошенный магазинчик с заколоченными окнами, на стенах которого огромными буквами было написано «ЛЕД и ЧЕРВИ». Площадка перед входом была усеяна битыми ракушками, поросла травой и сорняками. Все это живо напомнило мне жилище Лероя Бенетта. Тошнотворно. На ржавом стальном шесте возле бара красовалась вывеска с надписью «ШЛИТС».[38] «Дом у реки» совсем не походил на гнездо преступности, но тут никогда нельзя сказать наверняка.

Мы съехали с дороги неподалеку от магазинчика, остановились и огляделись. Было около половины четвертого. Сбоку от дома стоял голубой «форд рейнджер», напротив — грузовик фирмы «Лоун стар». Если неподалеку и имелась река, с дороги ее было не видно. Парень в голубой форме «Лоун стар» выкатил из бара ручную тележку, вслед за ним появилась женщина с блокнотом. Роскошная копна рыжих — не без помощи «Клерола» — волос, красные ногти и красная губная помада. У нее были узкие плечи и широкие бедра, которые обтягивали трещащие по швам белые джинсы; если они и были ей как раз, то лет десять назад, не меньше. Женщина что-то сказала парню, перетаскивавшему груз из тележки в грузовик. Потом парень сел в грузовик и уехал, а она постояла, глядя ему вслед, а затем вернулась в бар.

— Похоже, это ее «форд», — заметил Пайк. — Кто пойдет проверять?

— Я.

Мы объехали дом, припарковались возле вывески «Шлитс», и я вошел внутрь. У дальнего конца прилавка стояли шесть ящиков «Лоун стар», а женщина хмуро смотрела на латиноамериканца, складывавшего их за прилавком. В зале было установлено восемь или девять маленьких квадратных столиков. У дальней стены, у двери с надписью «ТУАЛЕТ», пристроился музыкальный автомат. Задняя дверь была распахнута. Женщина посмотрела на меня и сказала:

— Извини, милый, мы закрыты.

— У меня здесь встреча с одним парнем. Когда вы открываетесь?

— Около пяти. Кого ищешь? — призывно улыбнулась она.

Ей было около сорока пяти, но выглядела она старше, от улыбки кожа у нее на лице натянулась. Латиноамериканец прекратил работу и уставился на нас, раскрыв рот.

— Да так, одного приятеля, — «Мистер Таинственность».

— Это секрет или как, милый? Я здесь все время. — Тут она заметила, что латиноамериканец глазеет на нас, и набросилась на него: — Проклятье, нечего стоять без дела! Кончай с ящиками! Шевелись!

Латиноамериканец с яростью атаковал ящики.

Похоже, он не понял ни слова из того, что сказала женщина, но уловил, что она явно недовольна. Королева «Клерола» с отвращением махнула на него рукой.

— От мексикашек никакого прока. Уж лучше иметь дело с ниггерами.

— Парень по имени Лерой Бенетт говорил, что я могу его здесь найти.

Она вновь заулыбалась и оперлась бедром о стойку бара. Вероятно, эта поза безотказно действовала на пожилых мужиков, перебравших пива.

— О да. Лерой здесь постоянно околачивается. Если хочешь, могу ему что-нибудь передать.

— Нет. Я еду в Билокси. Встречусь с ним на обратном пути.

Я вернулся в машину и уселся рядом с Пайком.

— Они открываются в пять. Лерой здесь постоянно околачивается.

Проехав по дороге мили полторы, мы развернулись и двинулись обратно. В сотне ярдов от магазинчика я съехал на обочину, Пайк вышел из машины, прихватив с собой свою брезентовую сумку, и скрылся за деревьями. Еще через четыреста ярдов я свернул на проселок, выходящий на деревянный мост. Здесь я остановился, запер машину и направился к магазину. Пайк уже устроился внутри, наблюдая сквозь мутное стекло за баром.

Возможно, «Дом у реки» и открывался в пять, но до шести никто не пришел, потом заявились загорелые молодые парни в бейсболках, которые, похоже, после работы заскочили выпить пива перед возвращением домой. Без девяти минут семь кто-то включил музыкальный автомат, и мы услышали, как Дуг Кершо запел по-французски.

Мы с Пайком сделали себе холодные сэндвичи и съели их, запивая диетической колой и продолжая наблюдать за входящими и выходящими людьми. Однако среди них не было Милта Россье, Лероя Бенетта или Рене Лаборда. Возможно, здесь и было гнездо преступности, но мы пока что ничего не видели.

Магазинчик, где мы устроились, превратился в пустую оболочку с остатками прилавков и несколькими полками. Пол здесь был цементным. Мы сидели на полу, вокруг валялись куски фанеры странной формы и миллион крысиных катышков. Все вокруг было покрыто толстым слоем пыли, пахло плесенью.