Пётр Волкодав - Булава скифского царя

• Название: Булава скифского царя
• Автор: Пётр Волкодав
• Жанр: Фэнтези

---

— Это грим.

— А ваш плащ? Я таких плащей не видел.

— Теперь видите, — усмехнулся Степан. — Последний писк моды и нанотехнологий. Плащ бога Гора. — Страж недоумённо посмотрел на удаляющуюся фигуру и пожал плечами.

— Кто это — поинтересовались экскурсанты. — Как он похож

— Кино снимают про… - ответил страж.

Не дойдя до "глобуса", Степан остановился и недолго постоял у каменной скульптуры — изваяния скифского воина,

— Похож… - задумчиво произнёс он. — Привет Асей. — Страж и посетители с гидом обернулись на слова.

— Вы сказали — Асей? — спросила гид. Степан не ответил, а повернулся и зашагал к шахте лифта.

В просторном холле было пусто, за исключением девушки — администратора.

Инга, в который раз просматривала списки приглашённых на праздник и делала заметки, когда услышала голос и вздрогнула. Голос показался знакомым. Она подняла глаза на посетителя и чуть не лишилась чувств.

— Ввы похожи — она запнулась, поглядев на белые волосы.

— Мы снимаем фильм о Степане, девушка. Мне сказали, что Вера Ивановна здесь. Пригласите ее, пожалуйста.

— Да, — улыбнулась Инга, — Вера Ивановна здесь, но зачем она вам?

— Девушка, я хотел бы, чтобы Вера сравнила меня со Степаном. Завтра праздник, а времени мало. — Степан озорно подмигнул девушке и продолжил: — А где я могу отдохнуть и подождать?

— А вон там — указала администратор, — находится диван, а на столике напитки… Степан Михайлович…

Степан приложил палец к губам. — Тсс. Пожалуйста, никому пока ни слова? И пожалуйста, приготовьте чай и.. — Не дожидаясь ответа впавшей в столбняк и непрерывно кивающей Инги, он закрыл капюшон и направился к дивану. Инга не успела позвонить, как он устроился на диване и мгновенно заснул. А напротив гостя, над входом в музей — мозаичное панно, где Степан шёл к сфинксу в белом кимоно, забросив на плечо альпинистский рюкзак.

Исход.

.

… Нас не нужно жалеть,

Ведь и мы никого б не жалели…

В. С. Высоцкий.

300 г до р Христа.

Один из притоков Борисфена.

Он наклонился и подбросил в костёр толстую ветку. Огонь жадно накинулся на добычу, а человек снова расположился прямо на земле; протянул руки к костру и ощутил приятное тепло, а потом смотрел и смотрел на костёр, будто хотел разглядеть в причудливых, не повторяющихся языках пламени, будущее. Стороннему наблюдателю показалось бы, что в этом взгляде отсутствует осмысленность и разум, но это было совсем не так. Человек просто смертельно устал, а времени на отдых тела и души нет… Неизвестность нависла дамокловым мечом и неопределённостью будующего, несмотря на успешный день и выполненную задачу, поставленную на совете царей… А сколько таких дней впереди, наполненных неизвестностью? На этот вопрос пока нет ответа. Уж очень немало проблем и вопросов приходится решать, проблем о которых он раньше не подозревал и… просто не мог себе представить… Рассчитывать на одну удачу безрассудно и глупо, а просчитать все возможные варианты поведения в чужих землях не так просто, хотя и земли эти принадлежат соузникам и братьям. Царица ушла в себя и ни с кем не разговаривает и никого не пускает к себе. Она недвижно сидит всё это время и смотрит в одну точку — в сторону хвоста колонны-змеи повозок и телег, растянувшейся на тысячи локтей; туда, где осталась родина-степь и погасшие надежды на возвращение.

Двое с лишним суток прошло с того дня, как народ сколотов, ведомый им, по приказу царя Зиммелиха покинул родные места, гонимый безвыходностью положения и бессилием перед суровой действительностью жизни.

Народ сколотов оказался едва ли не впервые за свою многосотлетнюю историю бессилен оказать сопротивление врагу — сильному и мощному врагу… Многочисленное войско сарматов и их соузных племён, перешли Тану. Длинноголовые долго ожидали этого часа, и дождались — скифы оказались бессильными против армады, сметающей всё на своём пути и перенявшими всю стратегию и тактику ведения войн, не считая перенятых у скифов воинского снаряжения и оружия. Длинные копья сарматских катафрактариев и длинные мечи всадников не самое страшное. Саиое страшное — количество сармат и их умение вести войну.

Зиммелих с Ассеем все последние годы прилагали усилия, чтобы отттчнуть как можно дальше войну, но всему приходит конец: — семьдесят тысяч врагов вторглись на земли сколотов, в степь, родную и всегда неповторимую в своём волшебстве. Двое суток… Он мучительно искал ответ на единственный вопрос и не находил. "В кого мы превратились? В изгоев на своей земле. Последнее десятилетие о том, что война неизбежна знали все цари. Зиммелих и Ассей всеми силами старались оттянуть это время, и вот оно пришло. Сарматы переняли весь комплекс вооружений скифов и приёмы ведения боевых действий. Их тяжеловооружённая конница катком продолжает катиться на запад — к Борисфену, сметая всё на своём пути и истребляя всех мужчин-скифов. Они поступают таким же образом, как поступили столетия назад скифы, организовав форпост на Тамани, Крыму, в северном Причерноморье и Приазовье. Каток катится на запад и к контролю над боспорским царством.

Отблески огня заплясали на уставшем лице, начинающей седеть голове и ранних бороздах морщин.

— Может, скупаешься? — спросила с надеждой жена, коснувшись как можно ласковее его плеча. — Освежись, муже. — Он не ответил, будто и не было вовсе тех слов и её. Мужчина поправил боевой пояс, булаву, а потом подпёр кулаками подбородок и на мгновенье смежил веки. Хотелось не думать ни о чём и позабыть на часок-два про обязанности, просто про всё. Не услышал он и приглушённый шёпот сотника. — Не будите его. Пусть отдохнёт. — Молчаливые охранники, исполняя приказ, осторожно обходя ветки на земле, отошли от костра предупредить посторонние шумы и копошения людей.

Полсотни воинов молчаливо рассеялись и словно растворились в ночи на расстоянии в пятьдесят локтей и образовали своеобразный круг. Оршес — советник воеводы остановился на полпути к костру и подозвал сотника. — Передай по кругу — приказал он — остановиться всем, выставить дозоры. Отдых нужен всем… Ему нужен отдых — последние слова нарушил одинокий топот. Оршес поднял над собой факел и описал им круг. Топот затих. Немного погодя подошёл спешившийся верховой.

— Оршесе, как он? — как можно тише спросил плечистый, лет пятидесяти скиф.

— Он молодец Тертее. — так же тихо ответил советник — пока ты отсутствовал, он заключил договор о мире с несколькими народами. Они сами прибыли к нам.

— Как? — удивился Тертей.

— Тебя ведь не было весь день. Как там? — Оршес кивнул в южную сторону

— В дне езды никого нет. Я проверял в трёх направлениях. Мы сумели проскользнуть незаметно, слава Папаю.

— Слава Папаю, — ответил Оршес и облегчённо вздохнул. — Мы уже начали переживать за тебя и твой отряд. Ты принёс хорошую весть Тертее, а теперь о договоре… Они приехали как официальные послы. Мы приняли их подобающе и объяснили, почему идём на север. Они ответили, что знают причину и беспокоятся сами о своих родах. Хорсил пообещал послам нашу военную помощь в случае необходимости и сказал, что мы не желаем зла их племенам. У костра был скреплён договор.

— И это за несколько часов? — У Тертея расширились глаза.

— Да, Тертее. Хорсил нашёл нужные слова и не только. Само собой наши гости не уехали без подарков, дорогих подарков. В трёх днях пути мы разобьём место нашей будущей родины. Пятьсот наших воинов станут на страже от набегов бандитов и врагов.

— Молодец! — восхищённо прошептал Тертей. — Ни я, ни ты, навряд ли так справились бы. Зиммелих не ошибся в выборе. — Тертей затряс плечи друга, но внезапно перехватил выражение лица и застыл. Он долго глядел прямо в глаза и, наконец, до него дошло. — Она жива?

— Жива Тертее, но жизнь едва теплится в ней. Пришлось забрать всё оружие и приставить усиленную охрану. Вот такие дела.

— Но как это случилось Оршесе?

— Она долго разговаривала с дочерями, а потом произнесла странную фразу "Ваш отец ранен". Совершенно случайно я оказался поблизости и успел выхватить нож из её руки. Сейчас она недвижно сидит и смотрит в пустоту. В её глазах больше не горит огонь жизни. Я думаю, что наша царица не вынесет известия о смерти Зиммелиха. Она уже сказала, что решение принято ею, и никто не вправе помешать. Накра хочет поступить так, как раньше поступали жёны царей… Сходил бы ты, Тертее, возможно она и захочет выслушать тебя. Хорсил пытался, Анта, я, но всё безрезультатно. Она приказала готовиться к погребению.

— Даже так. — помрачнел Тертей. — Я схожу к ней, прощусь, пожалуй…

— Что!? — вздрогнул Оршес. — Тыы?

— Да сколе. Моя задача выполнена и теперь я возвращаюсь в степь. Переговорю с Накрой и своей семьёй и ухожу.