Адриан Голдсуорти - Во имя Рима: Люди, которые создали империю

• Название: Во имя Рима: Люди, которые создали империю
• Автор: Адриан Голдсуорти
• Издательство: АСТ
• Жанр: История
• Год: 2005
• ISBN: 5-17-035706-0

Книга посвящена истории Рима и его пятнадцати великим полководцам, охватывает период от начала Второй Пунической войны до эпохи Юстиниана, когда Западная римская империя уже перестала существовать.

Спицнон Африканский и Гай Марий, Помпей Великий и Цезарь, Тит и Траян, Юлиан и Велизарий… Именно под их руководством плохо обученное ополчение превратилось в те железные легионы, которые завоевали полмира.

Книга будет интересна как специалистам, так и любителям истории.

---

Численность войск Помпея, возможно, была в два раза меньше, чем в 66 г. до н. э., и у албанцев было в этом отношении значительное преимущество. У них, несомненно, имелось больше кавалерии, часть которой составляли тяжело вооруженные воины. Поэтому Помпею нужно было найти способ бороться с ними, поскольку царь, очевидно, решил провести решающую битву и двинулся ему навстречу.

Выставив своих собственных всадников в качестве прикрытия, Помпей вышел на равнину, по бокам которой тянулись гряды холмов. Часть легионеров спряталась в теснинах на этих высоких участках и накрыла свои бронзовые шлемы тряпками, чтобы солнце не отражалось от металла и не выдало их местонахождение. Другие когорты легионеров стали на колени за кавалерией, чтобы их не было видно противнику спереди.

Ороз начал наступление, видя перед собой обычный отряд всадников. Помпей повторил тактику, которую он использовал против Митридата, приказав кавалерии смело атаковать, а потом удариться в притворную панику и отступить. Албанские всадники, веря в свое превосходство во всех отношениях, с азартом принялись преследовать отступавших, нарушив боевой порядок. Римские вспомогательные всадники отступили в промежутки между когортами пехотинцев, которые затем встали, и албанцы неожиданно столкнулись со свежими и хорошо построенными пехотинцами, наступающими на них с боевым криком.

Оказавшись за легионерами, римская кавалерия перестроилась и, обогнув когорты своих пехотинцев, напала на вражеские фланги. Тем временем все больше когорт появлялось из теснин, чтобы ударить на врага с тыла. Положение албанцев было безнадежным, но, несмотря на это, они продолжали упорно сражаться. В одном источнике говорится, что Помпей сразился в рукопашном бою с братом царя и убил его в лучших традициях Александра Великого или Марцелла.

Упорное сражение оказалось решающим, и Ороз вскоре принял предложенные ему условия мира.{184}

После победы над албанцами Помпей направился к Каспийскому морю, но, по словам Плутарха, находясь всего в трех днях пути от его берегов, повернул обратно из страха перед районами, якобы кишащими ядовитыми змеями. Помпей направился в Понт, где крепости Митридата по большей части уже не могли оказывать серьезное сопротивление, и захватил там огромную добычу. В одной твердыне вместе с золотом, серебром и произведениями искусства обнаружились подробные записи об убийствах членов семьи и страстные любовные письма, написанные наложницам, а также научные труды царя Понта, которые Помпей приказал перевести на латынь.

Затем он направился в Сирию, уничтожив последние остатки монархии Селевкидов, которая вскоре ненадолго восстановилась после ухода Тиграна. Гражданская война, свирепствовавшая в Хасмонейском Иерусалиме, спровоцировала римскую интервенцию, и Помпей захватил город после трехмесячной осады. Большая часть сражения происходила возле Храма. Во время последнего успешного штурма первым на стену взобрался Фавст Корнелий Сулла, сын бывшего диктатора. После штурма Помпей и его старшие офицеры вошли в святую святых внутри Храма, следуя римскому стремлению быть первыми во всем, но, проявив уважение, ничего там не трогали.

В 63 г. до н. э. последовала кампания против набатейских арабов, столицей которых являлась Петра, но на пути к этому городу Помпея остановило прибытие гонца с новостью о смерти Митридата. Армия еще не закончила установку походного лагеря, и не было места, откуда полководец мог бы обратиться к своим солдатам. Тогда легионеры набросали в кучу седла, и Помпей с этого импровизированного трибунала объявил радостное известие восторженному войску, которое за окончательную победу провозгласило его императором.

Митридат, полностью разуверившись в возможности восстановить свое былое могущество, когда большинство его офицеров и собственный сын пошли против него, приказал телохранителю-галату убить его. Принимать яд было бесполезно, поскольку неоднократный прием противоядий сделал царя невосприимчивым к их действию.{185}

Война, которую Помпею поручили провести на Востоке, была окончена. За последние два года появилось немало поводов для ведения других боевых кампаний против народов этого региона, но Помпей уже добился почти всего, чего хотел. Он, например, решил не начинать войны с Парфией, возможно зная, что эта империя гораздо сильнее в военном отношении, чем те соперники, с которыми Рим сталкивался ранее, и быстро победить ее не удастся. Помпей достаточно прославился в регионе, который всегда ассоциировался с именем Александра, величайшего завоевателя всех времен.

Хотя боевые действия были завершены, задача Помпея не была еще выполнена полностью. Более года потребовалось для того, чтобы восстановить Восточное Средиземноморье. Были организованы провинции, основаны или восстановлены города — включая Никополь, посвященный Нике, греческой богине победы, который должен был увековечить победу над Митридатом, — и налажено управление зависимыми государствами.

Многое из того, что сделал Помпей, сохранится до конца римского правления в этом регионе. Масштаб его деятельности был огромным, и это лишний раз свидетельствует о его гениальном таланте организатора. В некотором смысле Помпей олицетворял римскую имперскую политику, когда после разрушительной и жестокой войны следовало создание стабильной империи с господством закона. Позднее в I веке до н. э. поэт Вергилий устами Юпитера скажет, что Риму суждено «милость покорным являть и смирять войною надменных» (рагсеге subiectis, et debellare superbos), принося в мир закон и порядок. С точки зрения римлян, именно это и сделал Помпей.{186}

Возвращение на родину и Первый триумвират

В 62 г. до н. э. Помпей высадился в Брундизии. Уже за несколько месяцев до его возвращения сенаторы начали опасаться, что Великий может захватить власть силой, как это когда-то сделал Сулла после войны с Митридатом. Красс, предвидя такой поворот событий, покинул Рим и отвез свою семью в сельское поместье, хотя не исключено, что сделал он это, чтобы усилить растущую истерию, а не из страха.

В этот раз ситуация была иной, чем в 83 г. до н. э., поскольку Помпея не ожидали на подступах к Риму войска какого-нибудь соперника, а вернувшийся с Востока полководец скоро ясно дал понять, что не желает становиться диктатором. Он прибыл в Рим и после впечатляющего двухдневного триумфа в конце сентября, венчавшего как победу над пиратами, так и победу в войне на Востоке, распустил свои легионы. Позднее он использует часть военной добычи для строительства первого в Риме каменного театра — комплекса зданий гораздо большего по размеру, чем любой прежний триумфальный монумент. Его достижения как полководца затмили деяния любого его сенатора-современника и, за небольшим исключением, почти всех предшествовавших. Примечательно, что три его триумфа увековечили его победы в трех частях света — Африке, Европе и Азии.

Возвращение Помпея на родину однако не было безоблачным. Почти сразу же он развелся с женой, которая получила скандальную известность своими изменами в то время, как он воевал на Востоке. После этого Помпею не сразу удалось найти ей достойную замену с хорошими связями. Страх, предшествовавший возвращению победоносного полководца, вскоре сменился враждебностью, так как сенаторы ненавидели всех, кто был слишком популярен. Теперь они стали искать способы подрезать Помпею Магну крылья.

Победитель Митридата пытался подкупить избирателей, чтобы они голосовали за одного из его бывших легатов Луция Афрания в выборах на пост консула на следующий год. За это его тут же начали критиковать. Куда более чувствительным поражением было то, что он не смог добиться официального одобрения своих организационных мер на Востоке и предоставить землю тем ветеранам, которых он еще не поселил в Азии. Предложение Помпея нельзя назвать неразумным, оно ни в чем не противоречило интересам республики, но многие влиятельные сенаторы решили помешать этому, и неопытность Помпея в политике снова затруднила воплощение его желаний в Риме.

В конце концов ему пришлось пойти на более отчаянные меры, и в 61–60 гг. до н. э. он заключил тайный политический союз со своим давнишним соперником Крассом и в те дни не слишком известным патрицием Гаем Юлием Цезарем. Чтобы укрепить эту связь, Помпей женился на дочери Цезаря Юлии, и, несмотря на огромную разницу в возрасте, этот брак оказался на редкость счастливым.

Поначалу этот политический альянс, известный как Первый триумвират, был удачным для всех его участников. При помощи денег и влияния своих двух союзников Цезарь стал консулом в 59 г. до н. э. и придал законность организационным мероприятиям Помпея на Востоке и распределил землю между его ветеранами. Но при этом Цезарь решил стать таким же богатым, как Помпей, и добиться таких же успехов на военном поприще. Через десять лет в Римской республике снова вспыхнет Гражданская война, и два бывших союзника станут бороться за лидерство.