Адриан Голдсуорти - Во имя Рима: Люди, которые создали империю

• Название: Во имя Рима: Люди, которые создали империю
• Автор: Адриан Голдсуорти
• Издательство: АСТ
• Жанр: История
• Год: 2005
• ISBN: 5-17-035706-0

Книга посвящена истории Рима и его пятнадцати великим полководцам, охватывает период от начала Второй Пунической войны до эпохи Юстиниана, когда Западная римская империя уже перестала существовать.

Спицнон Африканский и Гай Марий, Помпей Великий и Цезарь, Тит и Траян, Юлиан и Велизарий… Именно под их руководством плохо обученное ополчение превратилось в те железные легионы, которые завоевали полмира.

Книга будет интересна как специалистам, так и любителям истории.

---

В Риме Цезарь нередко оказывался в центре скандалов, хотя не всегда по своей вине. Будучи великим понтификом, он должен был провести в своем доме таинство в честь Доброй богини (Bona Dea) — церемонию, на которой могли присутствовать только женщины[36]. Однако во время празднества в доме обнаружили распутного молодого патриция Клодия, переодетого женщиной. Пошел слух, что у Клодия была интрижка с женой великого понтифика. Цезарь сказал, что эта история не соответствует действительности, но развелся со своей женой, заявив: «На мою жену не должна падать даже тень подозрения».

Он снова сумел подчеркнуть свою исключительность и, несмотря на то, что его обаянию многие поддались, — помимо женщин, ставших его любовницами, — его превосходство сильно ожесточило его противников. Самым известным из них был Катон Младший. Катон во всем старался копировать своего знаменитого предка и создал себе славу сурового и неподкупного поборника добродетели. Его ненависть к Цезарю была больше связана с несовместимостью их характеров, чем с различиями в политических взглядах. Во время обсуждения заговора Катилины в сенате Катон заметил, что Цезарю потихоньку передали какую-то записку, и потребовал, чтобы тот прочитал ее вслух, надеясь, что в ней содержится какой-то намек на связь Цезаря с заговорщиками. Цезарь запротестовал, но после некоторого нажима передал записку Катону. Поборник нравственности был огорчен, обнаружив, что это оказалось страстное любовное послание от его единокровной сестры Сервилии (матери Брута, который возглавит заговор против Цезаря в 44 г. до н. э.).{191}

После пребывания в должности претора Цезарь отправился в качестве наместника в Дальнюю Испанию, где подавил мятеж местных племен и должен был за эту победу удостоиться триумфа. Однако по возвращению в Рим он столкнулся с противодействием со стороны политических соперников и был вынужден отказался от триумфа, чтобы баллотироваться на должность консула. То, как он легко отказался от подобной почести, свидетельствует о том, что Цезарь был уверен в своем избрании, которое давало ему возможность впоследствии еще больше прославиться. Успеху Цезаря содействовала тайная поддержка двух самых могущественных политиков того времени — Красса и Помпея. Великий открыто использовал своих ветеранов, чтобы добиться нужного решения на Форуме. Это привело к тому, что избирательная кампания Цезаря и год его пребывания в должности консула сопровождались беспорядками и насилием. Вскоре всем стало ясно, что эти люди объединились, чтобы господствовать в республике. Второго консула 59 г. до н. э., Марка Кальпурния Бибула, поддерживали более консервативные круги сената, и он поначалу пытался препятствовать действиям своего коллеги. Потомок Венеры ответил тем, что стал применять еще более радикальные методы во время продвижения своей законопроектов, против большинства из которых возражали не из-за их содержания, а просто потому что их предлагал Цезарь. Как-то раз Бибулу вывалили на голову корзину с навозом, и после этого он фактически все оставшуюся часть года не занимался общественной деятельностью. Один остряк заявил, что в этом году было два консула — Юлий и Цезарь.

Сенат по старой традиции распределял провинции среди бывших консулов и преторов, и противники Цезаря, сумев привлечь на свою сторону большинство, напуганное тактикой консула, добились, чтобы ему поручили в будущем году заняться дорогами и лесами Италии. Таким образом у опасного радикала собирались отобрать шанс завоевать богатство и славу, а тем временем по Риму ходили слухи, что его долги достигли фантастических размеров. Этот ход не удался, поскольку с помощью одного из народных трибунов и народного собрания Цезарю предоставили Цизальпинскую Галлию и Иллирию. А затем еще добавили Трансальпийскую Галлию, когда пришло известие о смерти ее нынешнего наместника.

Цезарь получил свои полномочия на пять лет, но затем их продлили до десяти. Хотя этот регион нельзя сравнивать по масштабам со сферой деятельности Помпея — Средиземным морем или Востоком, все же поручение трех провинций одному магистрату было сопряжено с огромной ответственностью. Назначение это было тем более необычным, что в Галлии не велись боевые действия и даже не существовало какой-либо внешней или внутренней угрозы. Следовательно, было трудно оправдать то, что в руках одного человека были сосредоточены такие большие ресурсы.

Цезарь отправился в свою провинцию, отчаянно нуждаясь в славе и захвате большой добычи, но не совсем ясно, каким образом он планировал это сделать. Весьма возможно, что он собирался начать кампанию против сильного и богатого царства Дакия (находившегося примерно на территории современной Румынии). Затем благоприятная возможность неожиданно представилась на границе Трансальпийской Галлии, и Цезарь направил свои усилия туда.{192}

Миграция гельветов, 58 г. до н. э.

В начале весны 58 г. до н. э. племя, известное как гельветы, — галльский народ, живший примерно там, где теперь находится современная Швейцария, — затеяло переселение. Маршрут движения гельветов лежал через реку Родан (Рона) и Трансальпийскую Галлию, бывшую в тот момент римской провинцией. Рост численности населения и потребность в новых плодородных землях заставили их отправиться в поход. Цезарь утверждает, что они собирались двинуться к западному побережью Галлии. Он также утверждает, что гельветы чувствовали себя в родных местах как бы зажатыми в тиски и могли только совершать набеги на своих соседей, так как значительная часть их родной территории была окружена горами.

Воинственность была свойственна галльским и германским племенам. Они часто устраивали грабительские набеги, при этом их вожди завоевали не только славу, но и добычу, что позволяло содержать личные отряды воинов. Многие племена, особенно в Южной и Центральной Галлии, уже превратились из примитивных сообществ в государства со своей политической структурой, с выборными правителями во главе. Однако отдельные представители знати по-прежнему обладали значительной властью, которая основывалась на военной силе. Местные нобили находили поддержку у тех, кто был связан с ними родственными узами или долговыми обязательствами.

В работе Цезаря описано немало попыток таких людей захватить верховную власть в своем племени, а иногда и за его пределами. Один такой человек, некий Оргеториг, чтобы усилить свое влияние, ловко женил родственниц на могущественных представителях знати соседних племен, а затем убедил гельветов начать переселение в 61 г. до н. э. Однако пока гельветы готовились к всеобщему походу, из-за амбиций Оргеторига начался конфликт между ним и правителями племени. После неудачной попытки запугать их, его отдали под суд, и он умер при загадочных обстоятельствах. Несмотря на это, один из родственников Оргеторига, его зять, аристократ Думнориг из племени эдуев, должен был помогать гельветам во время их переселения.

Весьма вероятно, что отдельные группировки в нескольких галльских племенах устраивало подобное развитие событий, так как они надеялись с помощью вновь прибывших захватить власть над своим собственным народом или подчинить соседей. За несколько лет до описываемых событий армия германских племен под командованием царя Ариовиста была приглашена в Галлию народом, называемым секванами, и впоследствии стала господствовать на обширной территории в центре Галлии. Вероятно, у миграции гельветов была политическая подоплека, которую Цезарь решил не объяснять и о которой он, возможно, и сам знал не все.{193}

Смерть Оргеторига не помешала гельветам осуществить свой смелый замысел, и они продолжили готовить провизию к путешествию. Чтобы отрезать себе пути к отступлению, перед отъездом они сожгли свои деревни и поля. Цезарь утверждает, что всего в походе участвовало примерно 368 000 человек, добавляя при этом, что эта цифра основана на записях, хранимых самими гельветами и написанных по-гречески, которые его легионеры захватили в конце кампании.

Как и во многих других случаях, мы не имеем возможности проверить достоверность этой цифры и можем лишь сказать, что в этом переселении участвовало большое количество воинов с семьями. Как прежде кимвры и тевтоны, они передвигались не одной большой колонной, а отдельными группами, рассредоточившись по обширной территории. Цезарь отмечает, что им понадобилось двадцать дней, чтобы перейти реку Арар (современная Сона). Это лишний раз свидетельствует о том, что передвигалось множество отдельных колонн, и этот процесс схож с тем, что происходил на американском западе в XIX веке. В своем повествовании Цезарь постарался устрашить читателей, напомнив им, что некоторые гельветы, особенно племя тигуринов, участвовали в более ранних походах и нанесли поражение армии консула Силана в 107 г до н. э.{194}