Сергей Пономаренко - Час Самайна
Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Час Самайна"
Описание и краткое содержание "Час Самайна" читать бесплатно онлайн.
Новый захватывающий роман любимого клубного автора Сергея Пономаренко!
Час Самайна согласно кельтской мифологии - это время соприкосновения двух миров, темного и светлого, когда разделяющая завеса между Верхним Миром людей и Иным Миром истончается. И на волю вырываются силы хаоса...
Амулет, который был у шамана Данилова. Праматерь всего сущего! — сразу вспомнила Женя. — Божество, которому поклонялись саами в древности.
— А вот и нет. Это копия статуэтки богини Девы — божества, которому поклонялся древний народ тавров. И не только... Она одно время была главным божеством в древнегреческом городе-колонии Херсонесе. Улавливаешь связь?
— Два народа, разделенные тысячами километров, и схожие верования! Или это был один народ, в силу каких-то обстоятельств разделившийся?
— Похоже на то. Там тоже есть менгиры, которые мы встречали в Заполярье. Возможно, и еще что-то, но, думаю, это мы выясним на месте. Вот только народ тавров исчез без следа еще в четвертом веке нашей эры. Это неудивительно — многие народы ушли в небытие, оставив лишь следы своего пребывания на земле. Но с таврами дело обстояло не так просто. Предание, сохранившееся в письменных источниках татарского народа, говорит, что остатки народности тайно жили в горах вплоть до XV века, когда Крым попал под власть турок. В этом предании рассказывается, как объединенный отряд турок и татар загнал жителей селения тавров в пещеру, откуда не было выхода. Когда завоеватели вошли туда, то обнаружили множество тел без признаков жизни и молодую жрицу, которая рассказала, что тавры не умерли, а ушли в Иной Мир. Но придет их час, и они вернутся.
— Иным Миром может быть и смерть, — заметила Женя. — Пример массового самоубийства — возможно, с использованием яда, — чтобы не попасть в руки жестоких завоевателей. Такие факты в истории были.
— Согласен. Тебе и придется с этим разобраться. В крымских горах, в тайнике, обнаружены древние свитки. Возможно, это единственные уцелевшие письменные источники народа тавров. Глеб Иванович выделяет лучших криптографов для их расшифровки, а ты будешь координировать эту работу, фактически возглавлять. Вряд ли следует напоминать, что это сверхсекретная работа, о которой никто не должен знать.
— Александр Васильевич, я один раз оступилась, но больше этого не произойдет. Можете поверить. Тогда на меня словно наваждение нашло: ведь знала, что собой представляет Блюмкин, и все же надеялась на чудо.
— Хорошо, Женечка, я тебе верю. А что касается Иного Мира, то это могут быть подземные пустоты. Шаман Федоров показал мне подземный ход, который вел в пустоты, расположенные под Сейдозером. Сам со мною не пошел, остался у входа в пещеру. Я отправился в одиночку, но уже через десяток шагов испытал нарастающее чувство страха. Пульс участился, сердце готово было выскочить из груди, ледяной озноб пробегал по коже. Затем началась фантасмагория образов и ужас, сковавший тело и в следующий миг отдавший команду: «Бежать!» Не раздумывая, не выбирая направление! Безразлично, вглубь пещеры или назад... Пришел в себя в сумерках короткого полярного дня. Я лежал на мхе, а рядом сидел Федоров и невозмутимо курил трубку. Он сказал: «Я знал, что пещера и Старик отпустят тебя — ты живой. Но больше не ходи в них. На моей памяти из вошедших туда только двое вернулись: ты и мой брат, шаман с Ловозера. Остальных они не отпустили». — «А ты разве не входил в нее?» — «Нет. У меня нет уверенности в себе. Я еще не настоящий тойн». — «Я ведь тоже не тойн». - «Да, ты не тойн, но я знал, что Старик отпустит тебя». — «Почему?» — «Они так решили, вот я и знал». — «уже темнеет. Я долго был без сознания?» — «Нет. Ты недолго лежал — тебя долго не было».
Барченко замолчал, задумавшись. Женя нетерпеливо спросила:
— Как думаете, что это была за пещера? Не верить же сказкам старика Федорова, что там обитал легендарный Старик Куйва!
— Не знаю. Могу лишь догадываться, что там скрыто нечто важное и тщательно охраняется. Я об этом никому, кроме Наташи, не рассказывал, а теперь тебе. И ты молчи об этом.
— Александр Васильевич, я ведь...
— Знаю, поэтому делюсь. Страшно в себе все это держать. Жизнь человеческая хрупка и недолговечна, зависит от случайностей. Сколько бесценных знаний пропало со смертью их носителей! Я долгие годы пишу «Дюнхор», в котором стараюсь дать ответы на вопросы, волнующие человечество... А о пещере молчи. Узнают власти, пошлют туда войска, постараются силой побороть силу. А это неправильно — нужно знанием. Для этого я жил в дацане, изучал восточную мудрость. Для этого передаю все, что знаю, тебе. Потребуется время, очень много времени... Многое ты сможешь освоить, но понять... Возможно, с подобными загадками нам придется столкнуться и в Крыму.
— Спасибо, Александр Васильевич, за доверие. Я буду стараться.
—30 —Как -то вечером к Жене неожиданно явился Блюмкин.
— Прими мои соболезнования. Леха был и моим другом. Поверь, я все сделал для его спасения, но вина была слишком велика...
За время, пока они не виделись, Блюмкин очень изменился, похудел. Отпустил бороду, которую, как и волосы красил в черный цвет, И теперь В его облике было что-то восточное. В словах он тоже стал сдержаннее, Жене даже показалось, будто внутри его — сжатая пружина и он боится неосторожным словом позволить ей раскрутиться.
— Бог тебя простит, Яков, — сказала Женя. — Алексей никогда не был твоим другом. Не думаю, что ты пытался что- нибудь сделать для его спасения... Только спекулировал им, чтобы я дала нужную информацию.
— Он был руководителем заговора! Если бы хоть рядовым членом, то отделался бы несколькими годами тюрьмы... Здесь я уже ничего не смог сделать. Поверь мне, — упрямо сказал Блюмкин.
— Барченко не едет в Тибет. Это тоже твоя работа, Яков?
— При чем здесь я? Я тоже должен был с его экспедицией отправиться. Так, выходит, и я пострадал.
— Хорошо, оставим эту тему. Яков, а ты мог бы сказать правду, как к тебе попал амулет? Подозреваю, это очень древняя реликвия, и хотелось бы проследить ее историю. Для этого надо узнать, кому она принадлежала раньше.
— Я уже говорил, что старой цыганке. Она подарила его мне в благодарность за спасение табора от погрома.
— Не хочешь говорить правду... А старая цыганка не предсказывала тебе судьбу?
— Нет. Что ты хочешь этим сказать?
— Ничего. Хотя... Алексей умер почти в возрасте Христа, а ты и до него не дотянешь. И смерть у тебя будет такая же, там же, в Бутырской тюрьме, у стенки. Расстреляют тебя свои, а перед этим ты познаешь позор и унижение. Любимая женщина предаст тебя, и никакой талисман не поможет.
— С каких пор ты стала ворожеей? Что, вместе с Барченко помешалась на мистике? Лучше расскажи другое. Сейчас готовится экспедиция в Крым. Какова ее истинная причина?
— Все та же. Поиски древней цивилизации.
— Женя, не крути. Вспомни, у меня находятся все твои рапорта о Барченко! Подумай, как он поведет себя, если они попадут к нему в руки.
— Я сказала правду. А ты уж сам решай, как поступить...
— Ладно. Вижу, ты слишком нервной стала, в другой раз продолжим беседу. Если что захочешь сказать, я еще два дня буду в Москве, а потом уезжаю. Прощай.
На следующий день содержание этого разговора Женя передала Барченко. Тот внимательно посмотрел на нее сквозь очки, стекла которых, как ей показалось, весело блеснули.
— Я так и думал, что Блюмкин не оставит тебя в покое. Но не сомневался, что ты ему больше не поддашься.
— Это все так, Александр Васильевич, но у меня дочь... Поэтому лучше, если он не будет знать, что я все вам рассказала. Пусть остается в уверенности, что я буду выполнять все, что он прикажет.
— Хорошо, Женя. Пожалуй, ты права.
—31 —Как-то ноябрьским вечером Женя решила проведать Галю Бениславскую, которую не видела с лета. Та ее встретила нервно, настороженно, была слегка пьяна. Женя старалась сдерживаться, не отвечать на резкие выпады, и ей удалось успокоить Галю, разговорить.
— Отчего такая дикая тоска и такая безысходная апатия? Потому ли, что я безумно, бесконечно устала? Или оттого, что нет со мной Сергея? Или я просто потеряла его прежнего, которого любила и в которого верила, для которого ничего не было жаль? — пожаловалась Галя.
— Галя, это потому, что ты, вместо того чтобы залечить рану, каждый день сдираешь с нее корочку. Бесконечная пытка, которой ты подвергаешь себя ежедневно, ежеминутно. Есенин женился на Толстой, ты разорвала с ним отношения, вот и живи своей жизнью, а он пусть живет своей. Начни все сначала.
— Устала, нет сил начинать жить заново. Именно начинать. Если начну, тогда уже не страшно. Я себя знаю. Чего захочу — добьюсь. Но не знаю, чего хочу!
—Захоти жить. Влюбись, наконец. Ведь у тебя был Лев, так вроде его зовут?
— Мы расстались. Он далеко, с семьей.
— Неужели на Есенине свет сошелся клином? Только он и никто другой?
—Ты меня не понимаешь, Женя. Дело не в том, что я люблю Есенина до сих пор, а в том, что со своим главным капиталом— беззаветностью и бескорыстием — я оказалась банкротом. Вместо радости — лишь сожаление о напрасно растраченных силах, сознание, что это никому не нужно. Да и не знаю, стоил ли Сергей того богатства, которое я так безрассудно ему дарила. Я думала, ему нужен друг, а не собутыльник. Человек, который ничего не требует в ответ. Думала, Есенин умеет ценить это. Даже не предполагала, что из-за этого Сергей, напротив, перестанет считаться со мной. Верила, что для него есть вещи ценнее ночлежек, вина и гонораров. А теперь усомнилась. Трезвый — не заходит, забывает. Напьется — сейчас же... С ночевкой. В чем же дело? Или у пьяного чувство просыпается? Или оттого, что Толстая ему противна? У пьяного нет сил ехать к ней, а ночевать где-нибудь надо... А обо мне он просто не задумывается. И я больше не могу терпеть. Я ведь не хуже его. Если раньше я думала, что передаю ему то ценное, что есть во мне, поэтому была снисходительной и кроткой, то сейчас дорожу собственным спокойствием больше, чем его. Я думала, что он хороший, но жизнь показала, что нет ни одного «за», только тысячи «против». Иногда я думаю, что он мещанин и карьерист, причем удача так тесно переплелась в нем с неудачей, что сразу не определишь, насколько он неудачлив. Строил из себя красивую «фигуру», Пушкину, а вышло все убийственно некрасиво. Хулиганство и озорство вылились в безобразие, скотство, скандалы, за которыми следует трусливое ходатайство о заступничестве к Луначарскому, которому два года назад он не подал руки. Поехал за границу с Дункан, и теперь его знают там, пишут в газетах, что спутник танцовщицы медленно спивается в Москве. Погнался за именем Толстой... Все его жалеют и презирают: не любит, а женился. Ради чего, спрашивается? Говорит, что жалеет ее. Но почему жалеет? Ради фамилии. Не пожалел же он меня. Не пожалел Риту Лифшиц и других, которых не знаю. Он сам обрекает себя на несчастья! Спать с женщиной, противной физически, из-за фамилии и квартиры — это не фунт изюму. Я бы никогда не пошла на это. Может, в нем вино убило даже намек на порядочность? Не знаю.
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Час Самайна"
Книги похожие на "Час Самайна" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Сергей Пономаренко - Час Самайна"
Отзывы читателей о книге "Час Самайна", комментарии и мнения людей о произведении.