Иоганнес Гюнтер - Жизнь на восточном ветру. Между Петербургом и Мюнхеном
Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Описание книги "Жизнь на восточном ветру. Между Петербургом и Мюнхеном"
Описание и краткое содержание "Жизнь на восточном ветру. Между Петербургом и Мюнхеном" читать бесплатно онлайн.
Автор воспоминаний, уроженец Курляндии (ныне — Латвия) Иоганнес фон Гюнтер, на заре своей литературной карьеры в равной мере поучаствовал в культурной жизни обеих стран — и Германии, и России и всюду был вхож в литературные салоны, редакции ведущих журналов, издательства и даже в дом великого князя Константина Константиновича Романова. Единственная в своем роде судьба. Вниманию читателей впервые предлагается полный русский перевод книги, которая давно уже вошла в привычный обиход специалистов как по русской литературе Серебряного века, так и по немецкой — эпохи "югенд-стиля". Без нее не обходится ни один серьезный комментарий к текстам Блока, Белого, Вяч. Иванова, Кузмина, Гумилева, Волошина, Ремизова, Пяста и многих других русских авторов начала XX века. Ссылки на нее отыскиваются и в работах о Рильке, Гофманстале, Георге, Блее и прочих звездах немецкоязычной словесности того же времени.
Вера Федоровна Комиссаржевская стала для меня самым глубоким откровением самого чуда голоса, этого
мощнейшего инструмента театра. Более великой, чем она, актрисы мне видеть не приходилось.
Как только я собрался приступить к комплиментам, она рассмеялась:
Ну, мы для того и существуем, чтобы нравиться поэтам. Поговорим лучше о чем-нибудь другом. Я совсем не знаю Риги, покажите мне Ригу.
Я принес ей цветы.
А вот это я вам запрещаю. Юные поэты не должны дарить цветы старым актрисам. Лучше напишите мне стихотворение.
Я написал ей сначала одно, потом еще несколько. Но она слишком плохо знала немецкий, пришлось переводить. При этом она так смотрела на меня, что мне стало не по себе. Не сказал ли прежде, что она выглядела старой? В этот миг лицо ее было таким нежным и юным, каких я не видел еще никогда.
В эти дни в Риге у меня не было других забот, кроме связанных с ней. Меня спрашивали нередко, была ли она красива. Нет, красивой ее не назовешь. Но она была как хрупкое зеркало, в котором отражались все грани жизни в ее ошеломительно хрупком совершенстве.
Ученики мои актеры были обижены, что я уделял им так мало времени. Но в то же время они и гордились тем, что их маэстро так близок к великой актрисе. Я представил ей свою труппу, и она всех пригласила к себе на чай. Все они были в восторге неописуемом. Они поклонялись этой чудесной женщине. Вся Россия поклонялась ей.
Шесть дней иной раз пролетают невероятно быстро. Настал день, когда ее труппа двинулась дальше, а мы вернулись в Митаву.
Но все это могло быть только интермедией. Пора было ехать к великому князю, меня там ждали. Так через четыре дня я снова оказался на Дюнабургском вокзале.
Кто может разобраться в расписании движения сердца? Я стоял на вокзале, чтобы ехать в Петербург, а поехал в Варшаву. Десять часов пути, двенадцать, а дорога все не кончалась. Кто-то назвал мне отель «Бристоль», с вокзала я поехал туда. Был вечер. Варшава сияла огнями, наверняка спектакль уже шел.
Я купил билет и попытался проникнуть за кулисы. Меня отказывались пропускать, но ведь серебряный рубль имел и в Варшаве хождение, так что вскоре смотритель понес за сцену мою визитную карточку. Минут через десять появился Подгорный.
Возможно ли, Ганс Гансович? Чудесно! Пойдемте.
Он вел меня какими-то темными дворами и закоулками,
составлявшими часть целого комплекса зданий. Когда мы пришли, начался как раз первый антракт. Подгорный повел меня на сцену, Вера Федоровна стояла на другой ее стороне, разговаривая с кем-то из помощников режиссера. Все подняли глаза на незнакомца на сцене, Вера Федоровна тоже. Подгорный не говоря ни слова, сияя, указывал рукой на меня. Наконец она узнала меня, вскрикнула:
Ганс Гансович! — и пропорхнув в своем шелестящем, свободном наряде по сцене, упала в мои объятия.
Через минуту я сидел в ее гардеробной. Но едва мы успели обменяться несколькими словами, как она снова заторопилась на сцену. Все меня спрашивали о том, что я делаю в Варшаве, только она не спросила об этом. Лишь держала меня за руку и смеялась. Никто не спросил, не хочу ли я в зрительный зал. Я сидел в гардеробной и ждал. Она пришла. Потом должна была снова уйти. А я опять сидел в гардеробной.
Во время большого антракта она спросила:
Где вы остановились?
В «Бристоле».
Вы что же, знали, что я там живу?
Нет. Вы живете в «Бристоле»?
Конечно.
Она рассмеялась.
На другое утро звонок:
Вставайте же, соня. Я послала завтрак вам в комнату. Поторопитесь, через полчаса едем в Лазенки.
На парной двуколке мы через всю Варшаву поехали в летний дворец в Лазенках. Сентябрьское солнце, теплый день. Большой парк, черные лебеди на живописном пруду. Потом бесконечно долгий, слишком короткий обед в «Бристоле», во время которого она угощала меня столетней польской медовухой. Старомодные штофы со следами земли, ибо старинная польская медовуха должна содержаться в темной, сырой земле. Но сие питие не опрокинуло меня навзничь, как многих, кто его пробовал впервые.
Дни. Вечера. Вечера. Дни. Я стал частью ее жизни. Однажды Подгорный даже принес в мой номер тяжелый кожаный портфель с вечерней выручкой, не застав Веру Федоровну у себя. Труппа жила в другом отеле, недалеко от «Бристоля».
Невероятно. Все невероятно. Но конечно же чудо.
После длинного турне она в апреле будет в Петербурге. В этой поездке она хочет заработать достаточно денег, чтобы следующий сезон снова провести в своем петербургском театре. И она откроет при своем театре лекторий, где Блок будет читать о поэзии, ее брат Федор Федорович, который сейчас служил в Государственном театре в Москве, — об истории театра, а я — об истории мировой литературы. Ее брат мог бы преподать мне уроки режиссуры, а потом я должен написать для нее пьесу. «Владимир и Рогнеда». Она хотела бы сыграть эту своенравную и прекрасную полоцкую княжну. От моей «Змеи-чаровницы» я сам ее отговорил, а из моих одноактных пьес ее заинтересовал только «Маг». Там есть роль для нее. А мага мог бы сыграть Феона, молодой талантливый исполнитель.
Все было, таким образом, устроено идеальным порядком в день, когда я уезжал из Варшавы. Она сама настаивала на моем отъезде, потому что в последний день гастролей друзья устраивали ужин в ее честь.
В ночь моего отъезда заспанный бой принес мне от нее записку.
В Петербург нужно было ехать почти сутки. С поезда я послал ей длинную телеграмму — Мелисанде от Пелеаса.
Я и теперь, вспоминая о ней, улыбаюсь от смущения и расстроганности. А что подумал отправлявший ее кондуктор?
«Легкое помешательство», — констатировал бы мой отец.
Длительные путешествия по железной дороге были в молодости моим игом. Длинные-предлинные дороги по земле, сотканные из облаков воспоминаний.
Ничего не случилось, случилось все. Итогов я не подводил, все было в становлении, в самом цветении. Я вдруг с узенькой тропы попал на большую дорогу, где не спрашивают о цели, а просто влекутся вперед. Была ли правильной та дорога? Тогда я об этом не спрашивал, меня просто переполняла волна блаженства, которая меня и несла.
На другое утро на Варшавском вокзале Петербурга меня встретил приятель, который снял для меня комнаты.
Когда кучер остановился на Невском проспекте и были выгружены мои чемоданы, мне в лицо ударил ветер с моря. Дул западный ветер, заблудившийся на востоке.
Я был в третий раз в Петербурге.
Глава VII
Мой приятель, учившийся в Петербурге на юриста, разместил меня наилучшим образом. Гостиница «Chambres garnies Riga», в которой я прожил много месяцев, находилась на Невском проспекте, в хорошем месте, наискосок от Гостиного Двора, главной торговой точки Петербурга. Он успел рассказать мне, что в городе только что открылся питейный подвал для художников и что вот-вот начнется издание большого журнала, а затем оставил меня, торопясь в университет.
Пришлось сидеть и ждать, ибо все поезда из Риги прибывали в Петербург рано, до восьми часов утра, а в городе на Неве раньше десяти никто не вставал.
Я отправился немного погулять по городу и хорошо помню, что на Невском проспекте купил на лотке первые в своей жизни бананы, подивившись еще их толстой кожуре. Тогда этот фрукт был немалой редкостью, особенно в Петербурге.
Только около двенадцати я появился у Кузмина. Он меж тем переехал к Вячеславу Иванову, который уступил ему две комнаты. Мне было что рассказать Кузмину из происшедшего за эти пятнадцать месяцев; но меня задело то, что он лишь теперь сообщил мне о затевавшемся новом журнале.
К двум московским журналам — «Весам» Брюсова, которые вот-вот должны были прекратить свое существование, и «Золотому руну», дышавшему на ладан с тех пор, как
Рябушинский утратил к нему интерес, должен теперь добавиться петербургский журнал, в котором принимали участие все мои друзья; мне, однако, сотрудничество никто не предложил.
Назывался журнал «Аполлон», издавал его писатель, поэт и историк искусства Сергей Маковский, с которым я когда-то спорил об Аполлоне и Дионисе. Итак, Аполлон победил — но без меня. В редакции, очевидно, не нашлось мне места, потому как забота о немецкой словесности легла на плечи поэта с немецкой фамилией, Виктора Гофмана. Кузмин, который ездил в редакцию каждый день после обеда, пригласил и меня сопровождать его, но я, с испорченным настроением, отказался.
Едва я прилег на полчасика отдохнуть в своих апартаментах — две комнаты с прихожей на третьем этаже, — как пришел Кузмин. Он сказал обо мне Маковскому, и тот стал горячо уверять, что хочет срочно меня видеть и что давно уже пытается меня разыскать.
Редакция помещалась на втором этаже одного из вельможных дворцов восемнадцатого столетия на живописной набережной Мойки, канала Невы, совсем близко от последней квартиры Пушкина, в которой он умер. Поговаривали, что здесь, по адресу Мойка, 24, разыгралась во время 0НО история, описанная Пушкиным в «Пиковой даме».
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!
Похожие книги на "Жизнь на восточном ветру. Между Петербургом и Мюнхеном"
Книги похожие на "Жизнь на восточном ветру. Между Петербургом и Мюнхеном" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Отзывы о "Иоганнес Гюнтер - Жизнь на восточном ветру. Между Петербургом и Мюнхеном"
Отзывы читателей о книге "Жизнь на восточном ветру. Между Петербургом и Мюнхеном", комментарии и мнения людей о произведении.