Генри Мортон - От Иерусалима до Рима: По следам святого Павла

• Название: От Иерусалима до Рима: По следам святого Павла
• Автор: Генри Мортон
• Издательство: Эксмо, Мидгард
• Жанр: Путешествия и география
• Год: 2009
• ISBN: 978-5-699-37933-0

«Я с упоением шептал вслух волшебные имена — Тарс, Эфес, Филиппы, Коринф, Антиохия, Иконий, Саламин, Пафос! В моих ушах они звучали небесной музыкой. И я подумал, какое это счастье: стоять на палубе в утреннем сумраке и предвкушать грядущее приключение — долгое путешествие по Древнему миру, где некогда шествовал апостол Павел»

(Генри В. Мортон).

---

Очевидно, подобной абсурдной системой и объясняется то страшное запустение, которое царит в восточных городах. Множество неплохих домов ветшают и разрушаются просто оттого, что толпа собственников — а подчас это двадцать или тридцать родственников — не могут прийти к согласию по поводу условий продажи.

Теперь, когда в вопросах наследования Турция приняла за образец швейцарский Гражданский кодекс, у собственников появилась возможность передавать свое имущество конкретному наследнику, который будет достойно заботиться о недвижимости и содержать ее в надлежащем порядке. Может, именно поэтому в наше время появилось множество каменных домов, в то время как в старой Турции в основном строили из дешевых пород дерева.

Вскоре на вечеринке прибавилось народа — в гости зашла семейная пара, друзья наших хозяев. Муж оказался застенчивым молодым человеком, который говорил только по-турецки; жена же — очаровательное болтливое создание — напомнила мне туберозу в полном цвету. Подобно многим пропорционально сложенным женщинам, она обладала кошачьими повадками, и я с восхищением наблюдал, как грациозно она передвигается в загроможденной гостиной. Она тоже прошла курс обучения в Американском колледже, но, в отличие от хозяйки дома, не сильно продвинулась в овладении английским языком. Говоря откровенно, ее познания в данной области не выходили за пределы детсадовской группы.

— Мадам, вы говорите по-английски? — деликатно поинтересовался я.

Женщина энергично закивала и, устремив на меня взгляд своих прекрасных темных глаз, старательно продекламировала:

— Кошачка, кошачка, где ты бывать?
Я бывать в Лон-дон.
Кошачка, кошачка, что ты там видать?
Я видать маленький мышка
Под королевский трон.

Ну, что тут скажешь? Я вежливо поаплодировал даме и, возможно, с излишней педантичностью исправил пару ошибок. Тем временем остальные гости прервали светскую беседу и с откровенным интересом прислушивались к нам.

— Скажите, разве такое возможно? — серьезно спросил Хассан. — Чтобы под троном английской королевы сидела мышка?

— Вряд ли, — ответил я.

Он удовлетворенно кивнул.

— Я так и думал, но на всякий случай решил спросить.

К тому времени, как наш вечер подошел к концу, я обогатил багаж туберозы еще одним детским стишком, который она мне и зачитала на прощание:

— Ты мигай, маленько звезд…

Хозяин дома вооружился крепкой суковатой палкой и объявил, что непременно проводит нас до гостиницы. Мы всячески отнекивались, но он настоял, объяснив, что в ночное время по улицам бегает большое количество одичавших собак. На этом вечеринка окончилась. Мы раскланялись с хозяйкой дома и покинули гостеприимный особняк.

Ночная Конья представляла собой очаровательное зрелище: лунный свет заливал узкие улочки и четко обрисовывал очертания крепостных стен. Все было погружено в зеленоватый полумрак. Уже завернув за угол, мы услышали пронзительный свист и увидели массивную тень стражника, которая появилась из темноты в овчинном тулупе с револьвером на поясе.

Глава шестая По Галатии

Достопримечательности Антиохии Писидийской и Дервии, а также мое путешествие в горы, где находится потерянный город, и через равнину, где я увидел людей с жертвенным бараном. Позже, в тишине Икония, я перечитываю Послание к Галатам.

1

К тому моменту, как святые Павел и Варнава появились в Антиохии Писидийской с проповедью Евангелия, город уже на протяжении полувека являлся римской колонией. Это была одна из шести колоний, которые император Август избрал для утверждения закона и порядка в Южной Галатии. С некоторых пор в этой части империи развелось огромное количество разбойничьих шаек, и для борьбы с ними требовались стационарные опорные пункты.

Как и во всех римских колониях, в Антиохии Писидийской проживали немало бывших солдат: в основном это были алауды — ветераны Пятого легиона. Юлий Цезарь сформировал этот легион в основном из трансальпийских галлов, и легионеры носили на боках шлемов перья, напоминавшие хохолки жаворонков. На полковых штандартах также изображались эти птички, широко распространенные в северной Галлии. Следует отметить, что империя не забывала своих солдат, и бывшие легионеры, нынешние жители Антиохии, обладали рядом важных гражданских привилегий.

В Антиохии Писидийской римляне унаследовали город с долгой и интересной историей. Это была одна из шестнадцати Антиохий, которые Селевк Никатор основал на просторах эллинистического мира и назвал в честь своего отца Антиоха. Место для города было исключительно удачное — на холме над Антиохийской равниной, которая заканчивалась у подножия горного массива Султан-Даг. Там, меж гигантскими пиками, залегали укромные лощины, в которых снег не таял даже в середине лета.

Переход в ранг римской колонии для Антиохии Писидийской означал конец демократической греческой традиции. Отныне городу предстояло развиваться по римскому образцу. Главенствующее положение занимали бывшие легионеры, которые — независимо от национального происхождения — считались в большей степени римлянами, чем сами коренные римляне. Свои постановления они издавали на латыни, вся муниципальная деятельность тоже строилась на римский лад. Тем не менее Антиохия оставалась многонациональным городом, и наверняка роль интеллектуальной элиты принадлежала греческому населению. Здесь также имелась еврейская торговая колония, которая сложилась еще в эллинистические времена. Недаром ведь старинная пословица гласила, что за флагами всегда следует торговля. Ну и, конечно же, в Антиохии было немало рабов — в основном из числа коренных анатолийцев.

Антиохия апостольской эпохи — достойное порождение воинственного Рима: неприступный, обнесенный высокими стенами город, служивший военной столицей провинции Галатия. Чтобы попасть сюда, Павлу пришлось проделать тяжелый многодневный путь по горной дороге. И вот он наконец-то в Антиохии: ходит по улицам, рассматривает латинские надписи на многочисленных статуях и публичных зданиях. Можно было вообразить, что он попал в саму столицу мира, в великий Рим (или уж, во всяком случае, оказался ближе нему, чем когда-либо прежде). К тому моменту Павел уже имел миссионерский опыт: он проповедовал в Сирии, в Киликии, на Кипре, но вот в римскую колонию попал впервые. Укладываясь спать в антиохийской гостинице, он слышал за окном громкие голоса — это перекликалась на латыни ночная стража. Здесь, на холмах Малой Азии, явственно ощущался отблеск величия далекого Рима.

Сразу по прибытии в Антиохию Павел и Варнава связались с местными евреями и получили приглашение выступить перед общиной на субботнем собрании. Две субботы подряд они говорили перед иудеями и вначале были приняты вполне благожелательно. Но затем ортодоксальные евреи резко воспротивились проповеди Евангелия. Вот тогда-то апостолы и сделали заявление, которое стало переломным:

«Вам первым надлежало быть проповедану слову Божию; но как вы отвергаете его и сами себя делаете недостойными вечной жизни, то вот, мы обращаемся к язычникам»22.

Так далекая Антиохия Писидийская стала городом, где свершилось одно из важнейших событий христианской истории. Давайте проследим всю цепь событий с момента Распятия. Первый город в списке — Иерусалим, где принял смерть Стефан, первый христианский великомученик. За ним следует Дамаск, где произошло крещение Павла, и Яффа, где крестился Петр. Далее следует упомянуть Антиохию Сирийскую, где возникла первая миссионерская церковь. И вот теперь — Антиохия Писидийская, где Павел своим заявлением широко распахнул двери и всем желающим открыл доступ в христианскую религию. «То вот, мы обращаемся к язычникам». Отныне, чтобы стать христианином, не надо было сгибаться перед дверьми синагоги. Здесь, на этом маленьком клочке Рима, два проповедника «преисполнились смелости» и основали всеобщую христианскую церковь.

Я думаю, если бы Микеланджело взялся живописать эту сцену, то он изобразил бы Антиохию Писидийскую, а высоко в облаках над нею начертал образ святого Петра.

Если заглянуть в Деяния апостолов, мы увидим, что последние три стиха тринадцатой главы и первые четыре стиха главы четырнадцатой посвящены бегству Павла и Варнавы — сначала из Антиохии Писидийской, а затем из Икония, следующего города, который они посетили. В обоих случаях к бегству принудили ортодоксальные евреи, но любопытно, что в каждом случае они использовали различные методы, чтобы избавиться от неугодных проповедников.

Антиохийские иудеи действовали «подстрекнувши набожных и почетных женщин». Возникает закономерный вопрос, почему они прибегли к косвенному способу? А все дело в том, что жили они в римской колонии и попросту не посмели открыто выступить против христианских апостолов. Упомянутые «набожные и почетные женщины» принадлежали к числу прозелитов, группировавшихся вокруг антиохийских синагог. Многие из них были достаточно высокопоставленными особами, женами и дочерьми влиятельных чиновников. Евреи прекрасно понимали: если они прямо обратятся к городским властям с просьбой изгнать из города Павла и Варнаву, то, скорее всего, наткнутся на отказ. Их спросят: «А что, эти люди нарушили какие-то законы?» И евреи вынуждены будут признать, что нет, никаких законов христианские проповедники не нарушали.