Алексей Бессонов - Алые крылья (сборник)

• Название: Алые крылья (сборник)
• Автор: Алексей Бессонов
• Издательство: Ленинград
• Жанр: Боевая фантастика
• Год: 2013
• ISBN: 978-5-516-00045-4

Великую Галактическую Империю ожидает Большая Война. Но ее раздирают внутренние противоречия и дрязги, попирается закон… На этом фоне происходит цепь таинственных убийств, в результате которых планомерно и расчетливо уничтожаются люди, на которых правительство решило сделать ставку в грядущей войне. Что это? Заговор кучки милитаристов, мафиозные разборки или диверсия вероятного противника? В дело вступают офицеры СБ, хранители имперских идеалов, проверенные бойцы. Только они могут распутать клубок жуткой тайны…

 Преданный любимой, незаслуженно преследуемый императором Кай Харкаан, мужественный воин и удачливый космический охотник, переправляется в ХХ век, в год начала Второй мировой войны. Однако "тихая гавань" выбрана им весьма неудачно. Этот ключевой момент земной истории - лакомый кусок для лойта, враждебного всему живому обитателя космоса, который питается энергией умирающих цивилизаций.

Весь цикл «Алые крылья» в одном томе.

Содержание:

Чертова дюжина ангелов

Статус миротворца

Алые крылья огня

---

– Где сейчас находятся Батицкий и Роми?

Молчание. Мьюз задергался, из его глаз вдруг брызнули слезы, и голова допрашиваемого безвольно упала на грудь. Этерлен шумно выдохнул и, пошатываясь, встал на ноги.

– Хик, – сказал он, – мне нужно полежать. Просмотри все, что можно найти на этого гада Батицкого. Слабак он, этот Мьюз. Но… он действительно не знает.

Лоссберг помог Этерлену доковылять до стоявшего в холле дивана и повернулся к Хикки:

– Где твой терминал?

– Идемте вниз, – устало сказал Хикки.

– Он жив? – произнесла Леа, с ужасом рассматривая бесчувственного Мьюза.

– Он придет в себя часа через три, может, больше. Я не поручусь за его психическое здоровье. Некоторые люди плохо переносят такую “промывку”.

Спустившись в кухню, Лоссберг раскупорил бутылку “Крови” из своих личных запасов и запек в печке бутерброды с ветчиной. Хикки не отрываясь выпил почти целый стакан немного сладковатого напитка – Леа смотрела на него с ужасом – и принялся за работу. Войдя в закрытые сети Конторы, он нашел том “Академия” и принялся шарить по отметкам кадровой службы. Отчисленного в этом году кадета Всеслава Батицкого он нашел сразу.

В личном деле парня не обнаружилось никаких записей, свидетельствовавших о его служебной непригодности. Проступков, могущих послужить основанием для отчисления, тоже не было, тем более что кадет Батицкий был отчислен с почетом и правом поступления на старшие курсы любого высшего учебного заведения Империи, включая Академии ВКС и Планетарно-Десантных Сил.

Хикки недоуменно почесался и начал поиск снова. Вскоре ему все стало ясно. В графе “агрессивность”, одной из самых важных при оценке будущего офицера СБ, стояла восьмерка.

– Лосси, – сказал он, придвигая к себе тарелку с бутербродами, – какая “злобность” была у тебя на выпуске?

– Двадцать четыре, – мрачно отозвался генерал. – Самая веселая на курсе.

– А у меня – двадцать, – хмыкнул Хикки.

– Ты к чему это?

– К тому, что нашему клиенту после девятого курса поставили восьмерку. С таким темпераментом ему надо не в Контору, а в монастырь Святого Лаврентия.

– И что, из-за этого его отчислили?

– Разумеется… так, теперь полюбуемся на его дальнейшую личную жизнь. Ты слышал, что даже после увольнения любого, кто был связан с нашим заведением, “ведут” еще в течение трех лет? Сейчас будем рыться в досье: может, оно расскажет нам про его таинственную “психотравму”.

Закончив читать, Хикки некоторое время задумчиво посасывал сигару, а потом налил себе еще виски. По его виду Лоссберг понял, что с парнем случилось что-то достаточно серьезное.

– Что ты там нашел? – спросил он. – Разверни ко мне дисплей.

– Я прочитаю вслух, – сказал Хикки. – Итак… “При переходе с Краба на Аврору корвет типа “Каспер”, принадлежащий компании “Золкин Спейстранс Корп”, вследствие ошибки штурмана не смог выйти в точку рандеву с коммерческим конвоем в составе…” Так, это не интересно, вот, слушайте: “…корвет был атакован пиратским броненосцем типа “Огар” корварского производства. По свидетельству капитана Романы Ренье и экс-кадета Батицкого – единственных, кто сумел выжить после нападения, большинство членов экипажа покончили с собой, осознав бесполезность сопротивления. По ее словам, капитан Ренье застрелила всех остальных пассажиров, так как все они высказали пожелание умереть раньше, чем призовая партия взойдет на борт. В дальнейшем Ренье и Батицкий сумели оказать призовой партии посильное сопротивление и спрятаться в верхнем радарном гнезде. Менее чем через час после нападения они были сняты с корвета “Каспер” экипажем росского патрульного линкора. Броненосец типа “Огар” покинул район атаки и сумел уйти от преследования”.

– Ого-го! – воскликнул Лоссберг. – Я такого еще не видел…

– Это еще ерунда, ты слушай дальше. “Командир линкора Шай-Яур Ворготтир, проведя экспресс-дознание, полностью подтвердил показания Ренье и Батицкого. Экспертиза, проведенная на Беатрис, куда и был доставлен корвет “Каспер”, также не нашла улик, свидетельствующих против показаний пострадавших. Военная прокуратура Беатрис признала возбуждение уголовного дела нецелесообразным; его милость лорд-прокурор генерал Люк выразил капитану Ренье свое восхищение”. Как вам это нравится?

– Я не совсем понимаю, – вмешалась Леа, – как это она застрелила пассажиров?

– Вот так, – хмуро дернул щекой Лоссберг. – Вы, видно, никогда не летали… Если корабль не может больше сопротивляться и “корварец” уже близко, для пассажиров лучше умереть раньше, чем до них доберутся пираты. Корварцы приятные парни, но их пиратские кланы – это что-то, не укладывающееся в наши представления. Черт, если бы я знал, то “Огар” бы от меня так просто не ушел. Ну ничего, у меня еще будет время почесать об него зубы. Я подниму свой дивизион, и тогда мы посмотрим, поможет ли ему его древняя броня.

– Ты уверен, что это тот самый? – бросил Хикки.

– А все другие давно сгнили…

Хикки хлебнул виски и с шумом захлопнул свой терминал. Несколько секунд они с Лоссбергом смотрели в глаза друг другу, потом генерал криво усмехнулся и потянулся к бутылке.

– Выпью за упокой их душ, – решил он. – Такое бывает… и понятно, почему прокурор Люк восхитился действиями этой Роми. Не у всякого хватит нервов убивать беззащитных людей, особенно когда они сами об этом просят. Но все-таки я еще не совсем понимаю, какого ж дьявола этот малолетний негодяй стал крушить ни в чем не повинных “королей”.

– Мы можем только догадываться, – покачал головой Хикки. – Теперь я знаю, что мы с Полом всю дорогу шли не в ту сторону. Когда я увидел рожу этого Мьюза… вот черт, прямо смешно становится. Покойник Иохансон видел в “Околице” Мьюза с каким-то типом и слышал, как они болтали об убийстве лидданского консула и мести за “Каспер”. Пол с его постоянным психозом решил, что речь может идти только о твоем приятеле Кирпатрике. С этого все и началось. Мы метались, как слепцы туманной ночью, – то туда, то сюда! А надо было идти по другому пути… Хотя я до сих пор не совсем понимаю, для чего нужно было убивать несчастного консула.

Леа Малич задумчиво отхлебнула из своего бокала.

– Никогда бы не подумала, что так может быть. А если мы их задержим, то кто будет вести дело – вы или полиция?

– Никакого дела не будет. В таких случаях Контора всегда прячет концы в воду, – уверенно сказал Лоссберг. – Так что вам лучше молчать, Леа. Вы можете лететь домой: по дороге сюда Этерлен вызвал из Стоунвуда особую бригаду “чистильщиков”, и если наша парочка еще в Портленде, то не сегодня-завтра их найдут, и дело будет закрыто. Мьюз, к сожалению, тоже остается за нами. Простите, но в этой жизни так много всяких тайн – не слишком приятных для простого народа…

***

– Выключи, бога ради! – взмолился Хикки.

Портлендские репортеры, еще не успевшие получить команду “отбой”, склоняли его доброе имя на все корки. Сети ломились обвинениями во всех смертных грехах и недоумением по поводу того, что мерзкий и злобный Ричард Махтхольф, возжелавший ради страховой премии угробить свой экипаж и пассажиров, до сих пор болтается на свободе.

Не дожидаясь, когда Ирэн выполнит его просьбу, Хикки поднялся и самолично вырубил проектор.

– Судиться с ними, говнюками, – предложил Этерлен.

– Истинно так, – поддержал его Лоссберг, смотревший неестественно прямо перед собой.

Сегодня господа генералы впервые за все время операции напились по-настоящему. Лоссберг блестяще продемонстрировал, как умеют пить имперские асы, а Этерлен старался не отставать от его темпа. В результате к наступлению темноты он ударился в долгие рассуждения о бренности всего сущего, а Лоссберг, более трезвый, но и более меланхоличный, поддакивал ему странными цитатами из давно почивших мудрецов.

Хикки не особенно прислушивался к их бормотанию. Он смотрел на сидящую перед ним Ирэн и с нежностью думал о том, что у них, наверное, еще будет время отдохнуть на побережье. Он и она, вдвоем, как когда-то… он и она, и целый мир вокруг. Мир, который готовится рухнуть. Но у них будет время, его не может не быть: ведь им всегда везло. С тех самых пор, как он познакомился с нею, их хранили добрые и мудрые ангелы. Они и сейчас здесь, рядом с ними. Они не могут уйти, потому что эпоха неудач давно закончилась…

– И честь, – четко произнес Этерлен, – это не то, что может быть забыто грядущими поколениями. Верность долгу, преданность и самоотречение…

– А-а-а!!! – заревел Лоссберг, боком падая со стула.

И голова Этерлена разлетелась фонтаном брызг. Хикки успел вскочить и даже выхватить из кобуры “моргенштерн”. Он не видел, откуда их атакуют, но все же успел понять, что выстрелы гремят из глубины темного коридора, который вел в холл на первом этаже. Он даже успел вскинуть руку – и рухнул прямо на свою жену, уже мертвую.