Сергей Жилин - Иоанниты

• Название: Иоанниты
• Автор: Сергей Жилин
• Жанр: Фэнтези

---

– За братски протянутые руки! – взорвался мой собутыльник очередным тостом.

Я поспешил отвернуться, чтобы Рассел меня не заметил. Меня заинтриговал его знакомый, захотелось проследить за ними. Нутро подсказывает, что парочка собралась не шоколадки детям раздавать.

Пришлось осушить очередной стакан вина и продолжить партию. Я сразу же развернул стул, чтобы оказаться к столику с Расселом и неизвестным чёртом вполоборота. Так не выглядит подозрительным мои взгляды как бы невзначай.

Мой собутыльник продолжает что-то вещать – мне остаётся лишь кивать время от времени да бездумно переставлять фигуры. Рассел с неизвестным о чём-то переговариваются. Оба спокойны, словно предметом разговора выступает унылая обыденность. Меня-то не обманешь, я убеждён, что это не так.

Они даже ничего не заказали. Вяло жестикулируя, они понемногу склоняются над столом. В какой-то момент коротышка тыкает двумя сложенными пальцами в столешницу. Его собеседник отрицательно качает головой, но Рассел настаивает на своём, ударяя ещё и ещё раз с нарастающей силой. В конце концов, он начинает озираться, проверяя, не привлёк ли яростный стук внимания к нему – я поднял руку к виску и спрятал лицо.

Всё заканчивается тем, что собеседник иоаннита вынужден недовольно закатить глаза и лезть во внутренний карман. На секунду на столешнице мелькает конверт, но Рассел жадно его хватает, прижимает к себе и загораживает полученное всем своим небольшим телом. По ритмичному движению локтей понятно, чем он там занят – считает купюры.

Это мне совсем не понравилось.

У меня не успело созреть ни одной идеи, за какие такие дела Рассел получил деньги от этого мерзавца, как коротышка спрятал конверт в кармане и протянул что-то собеседнику. Я не поверил глазам, еле удержался от того, чтобы вскочить и кинуться к клятому столику. Выронил ферзя, пришлось подбирать и шлёпать абы куда на доску. По правилам ли ход – не имеет значения.

Рассел положил на столешницу вазу. С виду простая, украшенная нехитрыми узорами, спиралями вьющимися на глине. Однако это не банальная поделка с гончарного круга – чёртов карлик передал гнусному ублюдку самый настоящий артефакт. Налить воды, поставить цветы, и они никогда не завянут, болезни не тронут растения.

Если Рассел нашёл себе способ подзаработать распродажей артефактов, то он совсем обнаглел!

Коротышка холодно распрощался с покупателем, встал и направился к двери. Только он вышел, я схватил шляпу и вскочил из-за стола.

– Прошу прощения, но мне срочно нужно идти, – бросил я, неожиданно покидая джентльмена.

Что-то он сказал в ответ, но мне было уже неинтересно. Чуть не натыкаясь на посетителей, я таранным ходом добежал до двери и выскочил на улицу. Слева, справа… вот он, перебирает коротенькими ножками. Раздувая ноздри, словно паруса, наполняемые гневным ветром, я ринулся следом.

Спина Рассела приближается. Захотелось с разбегу прыгнуть вперёд ногой и повалить ублюдка, но ограничился тем, что схватил наглеца за плечи и швырнул в ближайший переулок. Вытанцовывая в попытке поймать равновесие, он-таки сшиб мусорный бак и повалился в грязь.

– Ох, дерьмо! – закричал, поднимаясь, Рассел. – Ты не представляешь с кем связа… Август? Поганец, ты чего творишь?

Коротышка как иоаннит сильнее меня в разы. Если ему совесть дозволит размазать меня по стенке, в честном бою я ничем ему в этом помешать не смогу. В эту секунду мне на это плевать. Я сцапал гадёныша за грудки, легко оторвал от земли и припечатал лопатками к кирпичам. Ножки у карлика задрыгались в воздухе.

– Совсем мозги потерял? – выпучивая глаза и багровея, пропищал донельзя возмущённый Рассел.

– Это я-то мозги потерял?

– Пусти!

С этими словами он выбросил руку вперёд – меня ударила тонкая веточка молнии. Несмертельный, но весомый разряд пробежал по моему телу, заставляя дёрнуться, как марионетка у пьяного кукловода. Я разжал руки и отшатнулся к противоположной стене, хватаясь за кирпичи, чтобы не упасть.

Коротышка, второй уже раз побывавший на грязи, поднялся и загомонил, переполняемый едкой яростью:

– Сукин сын! Вы посмотрите на этого сукина сына! От тебя пасёт! Все твои достижения в Ордене свелись к тому, что нашёл способ нажраться? Уж это даже магистрам было не под силу.

– Я видел тебя в трактире, Рассел! – борясь с непроизвольным подёргиванием конечностей, попытался я выпрямиться.

Низкорослому иоанниту тут же расхотелось тягаться со мной в искусстве брани. Испуганно округлив глаза, он некоторое время пялился на меня, после чего отвёл взгляд и отмахнулся:

– Да что ты там видел…

– Ты продал Вазу Флоры! Я это, чёрт меня подери, видел!

– Ерунду мели… Твою ж мать, убери руки!

Я накинулся на коротышку, легко добрался до его внутреннего кармана, где притаился пухлый конверт. Выдернув его, я оттолкнул Рассела, после чего вскрыл улику, вытащил две пачки денег и швырнул их в морду коротконогому.

– Это тебе мама подарила? Подонок!

Рассел понимает, как глубоко он вляпался, ещё бы ему не понимать. Не по колени, а по самый пояс, пусть и не такой высокий. Глаза, в которых воплотился сам Сатана, пытаются сжечь меня. Не исключено, что коротышка подумывает разделаться со мной, пока я не сообщил другим.

В итоге он вновь отвёл взгляд, чмокнул губами и наклонился поднять свои грязные во всех смыслах деньги.

– Всего лишь ваза… – сам не веря своему аргументу, чуть слышно брякнул он.

– Тебе артефакт вдруг стал «всего лишь»? Мы по всему Континенту мотались, вырывали их у этих ворюг, чтоб ты карманы свои набивал? Сколько ты уже всего продал?

– Ты за кого меня принимаешь? – топнул ножкой коротышка. – Это был первый и последний раз! За ту работу, что нам находит Франц, платят гроши – мне осточертело жевать хлебные крошки!

– У нас нормальные кров и еда…

– Для тебя, босяк, может быть, – каркнул озверевший Рассел. – Мне осточертело! Я иоаннит, а не нищий из Чудо-города! У меня есть гордость!

У меня ещё много есть чего сказать поганцу, но его контрвыпад вышиб меня из колеи, обвинения застряли в горле. Словно бы на мгновение стало стыдно так набрасываться на товарища. К тому моменту, как ошибочный стыд прошёл, Рассел зашёлся новой тирадой:

– Да, это ошибка, так нельзя… Но сколько ж можно? Не воровать же. И продал-то какую-то бесполезную вазу! Как будто в Ордене кому нужны цветы! Ты видел в Ордене хоть один цветочек, Август?

– При чём тут цветы? Что ты за оправдания себе ищешь? Думаешь, Франц станет разбираться, мелочь ли ты продал?

– Ты собираешься Францу сказать? – по-настоящему испугался Рассел. – Ты с ума сошёл? Франц же помешан на Кодексе и всей той ерунде, что там написано! Он как узнает, что я сделал… ты же прекрасно знаешь, что я для него стану не лучше Тешмара! Вспомни, что с ним сделали.

– Убивать он тебя не станет.

– Кто его знает, он же принципиальный до безумия! Не смей ему говорить! Ты… ты не докажешь! Кого он станет слушать: тебя, никчёмыша, или меня, второго в Ордене?

– А деньги? – скрестил я руки на груди.

– При чём тут деньги? Я их спрячу, и где тогда будут твои аргументы?

– Вот тогда мы все вместе отправимся в тайник и поищем Вазу Флоры.

Коротышка понимает, что загнан в угол. Поначалу это вынудило его давить на меня. После того, как я выстоял, ему ничего не остаётся, как перейти ко второму варианту: резко погрустнев и сжав свой лоб, он принялся уговаривать:

– Слушай, Август, это же глупость. Не надо этим Францу голову морочить.

– Никакая это не глупость.

– Я понимаю, но… слушай, убивать он меня не станет, но мне не нужны неприятности, я не хочу, чтобы моя репутация пострадала, не хочу всех этих сложностей с Францем. Ты понимаешь?

– Хочешь, чтобы я молчал? – вздёрнул я подбородок.

– Не надо никому об этом знать. Я сделал это всего один раз, больше и не собирался. Схожу в нормальный ресторан, поменяю свою сгнившую рубашку и всё, мне многого не надо. В Ордене всё не слава богу, зачем лишние проблемы на пустом месте? Франц же сам себя накрутит, всех запишет в предатели – он и так нервный последнее время.

Я призадумался. Минуту назад я даже и подумать не мог, что войду в положение Рассела. Наверно, слишком мягок, деликатен. Кто-то скажет «великодушен», но в данном случае я своё поведение не готов оценить с положительной точки зрения.

Чёртово трепло этот карлик.

– Если ещё раз…

– Да ты меня за лавочника принимаешь? Я же сказал, что это не повторится!

– Ладно, никто не узнает, – произнёс я и отвернулся, пока вид Рассела не заставил меня передумать или пожалеть.

Тот облегчённо выдохнул, голос его стал мягким, каким я его никогда не слышал:

– Спасибо, Август, я твой должник. Серьёзно, если возникнут трудности, могу помочь. Может, сейчас что нужно?