Элвин Тоффлер - Война и антивойна

• Название: Война и антивойна
• Автор: Элвин Тоффлер
• Издательство: АСТ
• Жанр: Философия
• Год: 2005
• ISBN: 5-17-028463-2, 5-9578-1467-9

Элвин Тоффлер — известный американский философ, автор книг «Метаморфозы власти», «Шок будущего», «Третья волна».

Новая книга Элвина и Хейди Тоффлер посвящена проблеме войны, которая рассматривается с точки зрения концепции волн социального развития. Это книга о будущих войнах и борьбе с ними. О мире — но войне в тех условиях XXI века, которые мы сами создаем в совместной гонке к враждебному будущему…

---

Рассматриваются еще более поразительные возможности. В июле 1992 года генерал-майор Сидни Шэчноу из командования специальных операций запланировал к 2020 году нечто вроде разработки «идентификации скрыто добытой ДНК», «полной замены крови» и даже «синтетической телепатии».

Что-то из этого может оказаться всего лишь фантастикой. Но другие новшества, не менее поразительные, наверняка ждут впереди. Мир должен сейчас начать думать не только о таких технологиях, но и о будущем «нишных войн» вообще и о форме войн Третьей волны, частью которой эти «нишные войны» являются.

О более глубоких последствиях «нишных войн» Третьей волны едва ли даже задумываются правительства, борцы за мир и подавляющее большинство военных мыслителей. Каковы геополитические и социальные последствия быстрого развития сложных технологий «нишных войн»? Что будет с десятками тысяч обученных солдат специальных сил, выпущенных в гражданское общество?

Не продают ли войска спецназа наполовину распавшегося бывшего СССР свое искусство другим странам? А что там с тысячами молодых арабов и иранцев, хлынувших когда-то в Афганистан для помощи моджахедам против Советского Союза? Многие из них были обучены партизанской войне и навыкам воинов специальных сил. Но собственные их правительства, в том числе в Египте, Тунисе и Алжире, затруднили им возвращение домой из страха, что обретенные умения будут поставлены на службу антиправительственным революциям.

Специальные войска — элита вооруженных сил. Но военная элита как таковая — не представляет ли угрозу самой демократии, как утверждают некоторые авторы?

Другие считают, что специальные операции, основанные главным образом на обмане, аморальны сами по себе. Но столь же аморальны и многие ситуации, которые в быстро надвигающемся будущем потребуют их применения. Ничего нет морального в этнических чистках, в агрессии против соседних стран, в контрабанде оружия массового уничтожения, в разворовывании медикаментов и продуктов из гуманитарной помощи, в войнах наркоторговцев и тому подобном.

Защитники специальных операций утверждают, что это — точное оружие, которое можно использовать превентивно: предупреждать разрастание конфликтов, сдерживать малые войны в их границах, уничтожать оружие массового поражения, а также для других достойных целей.

Но даже если не трогать вопросы морали, значение нишного военного дела приобретает растущую важность, поскольку для правительств разных стран оно оказывается дешевым вариантом — по сравнению с выводом на поле битвы больших обычных сил — для достижения цели. Его можно использовать не только в тактических, но и в стратегических целях. Когда-нибудь его пустят в ход не только правительства, но и международные организации, даже сама ООН, и даже негосударственные актеры мировой сцены, от транснациональных корпораций, скрыто использующих наемников, и до движений религиозных фанатиков.

Те, кто мечтают о более мирном мире, должны перестать муссировать старые кошмары «ядерной зимы» и более свежим взглядом, давая волю воображению, подумать о политике, морали и военных реалиях «нишных войн» двадцать первого столетия.

Глава 12. Космические войны

В пятнадцатом — шестнадцатом веках энтузиазм европейских держав в трансатлантических исследованиях рос и падал, но как только был открыт Новый Свет, возврата назад не стало. Точно так же может теперь расти и падать наша тяга в космос, но конкурирующие армии разных стран слишком зависят теперь от ракет и спутников, чтобы упускать из виду небеса. Сама просторность космоса — ключевой фактор для будущих форм войны.

Война в Заливе, как пишет полковник Алан Кэмпен, бывший директор отдела политики командования и управления в Пентагоне, «является первым примером, когда боевые силы в больших масштабах развертывались, поддерживались и управлялись по спутниковой связи».

Как утверждают сэр Питер Энсон и Деннис Каммингз из британской компании «Матра Маркони Спейс ЮК лтд»: «Впервые была испытана в условиях войны двухсотмиллиардная космическая машина США, и впервые оправдались в бою миллиардные вложения в военный космос Британии и Франции».

Самый первый спутник-шпион США был запущен в августе 1960 года. К моменту войны в Заливе «машина» военного космоса США включала спутники «Кихоул-11» для космических съемок с высочайшей разрешающей способностью, сверхсекретные спутники «Магнум» для подслушивания чужих телефонных разговоров, спутники «Лакросс» для радарных съемок чужой территории, космический корабль «Проджект уайт клауд» для обнаружения кораблей противника, сверхсекретные спутники «Джампсит» для обнаружения чужих электронных передач, плюс еще многочисленные другие спутники связи, погоды и навигации. Всего коалиция использовала напрямую около шестидесяти союзных спутников. Никогда еще в истории ни одна армия так не полагалась на события, происходящие так высоко над землей.

Четвертое измерение

«Космос добавил четвертое измерение к войне, — говорят Энсон и Каммингз. — Он оказал влияние на общий ход конфликта и сохранил много жизней. Космос… давал детальные изображения иракских сил и результатов союзных атак с воздуха. Он давал раннее предупреждение о запуске ракет „Скад“. Космос обеспечил навигационную систему потрясающей точности, повысившую эффективность действий любого солдата, танка, самолета, ракеты и корабля». Спутники идентифицировали цели, помогали наземным силам избегать песчаных бурь и измеряли влажность почвы, давая командующему союзными силами генералу Шварцкопфу знать, где по пустыне могут двигаться танки.

И даже маленькие и тихо-тихо действующие специальные силы, несомненно, выигрывают от наличия космических данных. Как говорит Кен Йорк, издатель газеты «Тактикал текнолоджи», спутники помогают специальным силам «определить прибрежные глубины для групп высадки, потенциальные зоны приземления вертолетов, действий войск и т. д.». То есть во всем спектре военных действий, от массированных передвижений наземных сил и до скрытного проникновения малых групп парашютистов или вертолетных десантников, космос играет критическую роль.

И сегодняшний тур бюджетных сокращений никак не снизит важность космоса. Генерал-майор Томас Мурман указывает, что «Космическое командование — одно из двух командований ВВС США, которое сейчас расширяется. Второе — командование специальных операций». А генерал Дональд Дж. Кутана, глава космического командования США, утверждает, что «при будущих уменьшенных, преобразованных силах мы еще больше будем полагаться на космос. Космические системы вооружения будут на авансцене». Растущее значение космоса меняет весь баланс мировых военных сил.

Почти не замеченный общественностью и прессой, главным разделом, который сегодня углубляется, является раздел между «космическими» и «некосмическими» державами. Последние дружно твердят, что космос принадлежит всем и что блага мирной деятельности в космосе, какая бы страна их ни финансировала, являются «общим достоянием» человечества. Некоторые предлагают организовать космическое агентство при ООН для управления космической деятельностью и раздачи выгод. Битвы за контроль над использованием космоса в мирных целях будут усиливаться параллельно с его исследованием для целей военных.

Иногда будет трудно отделить одно от другого. По мере нарастания глобальной конкуренции разведки всего мира все больше переносят свои усилия в область экономической и технологической разведки. Системы военных спутников позволяют прослушивать, фотографировать и иными способами следить за соперниками, а потому становятся не только военным, но и экономическим оружием.

Однако военное значение космоса вряд ли сводится только к спутниковому наблюдению. В 1987 году было произведено всего 850 запусков ракет и космических кораблей. Из них на долю США и бывшего СССР приходится примерно 700; все остальные страны выполнили лишь 100–150 запусков. К 1989 году общее число запусков выросло до 1700. Из них уже около тысячи было выполнено другими странами. Иначе говоря, не сверхдержавы за два года удесятерили число запусков.

Быстро растущий список стран, имеющих или разрабатывающих ракеты, включает такие государства, как Иран, Тайвань и Северная Корея. Ракеты у них различаются. Йемен, Ливия, Сирия развертывают ракеты «Фрог-7», имеющие дальность 70 миль и несущие боеголовку весом в тысячу фунтов. Индия в 1989 году испытала гигантскую ракету «Агни», несущую боеголовку весом в 2000 фунтов на 2500 миль — достаточно, чтобы ударить не только по Пакистану — враждебному мусульманскому государству за северной границей, — но и по Африке, Ближнему Востоку, России, мусульманским республикам бывшего Советского Союза, а также по Китаю и многим странам Юго-Восточной Азии.