Александр Зорич - Сборник "Круг Земель"

• Название: Сборник "Круг Земель"
• Автор: Александр Зорич
• Издательство: Эксмо
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2010
• ISBN: 978-5-699-39917-8

Наступит год, когда над Сармонтазарой взойдет огненная комета. Под знаком ее родятся трое великих воинов-магов, и назовут их Звезднорожденными, и воплотятся в них давно ушедшие боги. И, воплотившись, боги начнут новую войну. Так гласило древнее пророчество. И оно сбылось. Элиен, сын Тремгора, стал Белым Кузнецом Гаиллириса. Октанг Урайн пошел в служители темного Хуммера. А Шет окс Лагин избрал путь полководца. И от его выбора зависел исход Войны Богов. Но когда в смертельной схватке сошлись Свет и Тьма - свой выбор должен сделать каждый. И не только великие чародеи и полководцы, но и простой воин Герфегест. В его руках оказался могущественный магический артефакт. Не щадя ни себя, ни других, Герфегест обязан сохранить Семя Ветра от враждебных сил. Во имя Круга Земель. Во имя победы людей в великой Войне Богов. Знаменитая фэнтези-трилогия "Знак разрушения", "Семя ветра", "Пути Звезднорожденных" под одной обложкой! Содержание: 1. Знак Разрушения (роман) 2. Семя Ветра (роман) 3. Пути Звезднорожденных (роман)

---

Хоц-Аае —центральное поселение паттов посреди болот к югу от Малого Междуречья.

Хоц-Дзанг —крупная крепость смегов.

Хоц-Ман —укрепленное поселение смегов, сожженное в VII в. во время мятежа касты “патт”.

Хоц-Мориам —горная крепость смегов.

Хуммер —одна из наиболее активных Высоких Сущностей, связанная по преимуществу с извращением природного порядка вещей и процессами разрушения-обновления.

Хуммера Воинство —совокупность кутах.

Хуммера Обруч– магический предмет для управления кутах.

Цинор —обширный полуостров, примыкающий к Варану с севера и населенный сметами.

Шилол —Высокая Сущность Варана. Связан со стихиями воды и горных недр.

Щитоносцы грютские. —В 603 г . Эстартой был создан отряд из 216 отборных воинов для личной охраны. Их отличительной чертой были щиты с золотым навершием и шестоперы, украшенные серебряной чернью.

Эвероноты —реликтовая раса разумных двоякодышащих земноводных полулюдей, населяющая Хеофор.

Эдар —первый зимний месяц харренского календаря.

Эррихпа Древний(1092—1018 гг.) – царь Ре-Тара, одна из знаменитейших исторических личностей Эпохи Войн Хуммера. Основатель Тардера ( 1051 г .), строитель Башни Оно. Участник войны Первого Вздоха Хуммера. Один из немногих, кому удалось войти в Диорх и вернуться обратна в мир Солнца Предвечного (по всей вероятности, Эррихпа был Звезднорожденным). Уцелевшая часть надписи в усыпальнице Эррихпы гласит:

“…Цветущий,

Возвысил народ [надо всеми], Из царствовавших величайший, Воздвигший могучие стены, Закон подаривший народам, Великий Эррихпа! О мудрый! Ты дал нам поля и скотину, Ты мудрой рукою отвадил От нас и врагов, и болезни…”

Эсон —второй весенний месяц харренского календаря.

Эстарта(630—591 гг.) – грютский царь и военачальник, объединивший разрозненные полукочевые племена орт– и аурт-грютов. Отец царя Наратты. Возглавлял грютскую армию в ре-тарских войнах.

Эюд– первый осенний месяц харренского календаря.

Я выражаю искреннюю признательность Анастасии Архангельской, создавшей первую Энциклопедию Круга Земель, вдохновившей меня на создание данного глоссария и оказавшей неоценимую помощь в его подготовке.

Александр Зорич

Александр Зорич Семя ветра

ПРОЛОГ

Забытье завладело памятью Герфегеста, и прошлое перестало существовать для него. Осталось только родовое имя – как маяк в ночи, как стук сердца.

Он был Конгетларом – в этом у него не было никаких сомнений. Но ничего больше Герфегест не помнил. Семь долгих лет, проведенных в Сармонтазаре, не возвратили ему памяти о Конгетларах. Только три раза ему пришлось назваться Конгетларом, и ни разу имя его Дома не вызвало ни в ком даже тени понимания. Это имя было чужим в Сармонтазаре.

Память вернулась Герфегесту только вместе с Семенем Ветра, которое попало к нему в руки после долгих лет, проведенных в скитаниях и жестоких битвах. Вначале оно принесло ему знание о Ветре. Затем – о Пути Ветра. И наконец – о идущих Путем Ветра, мужчинах и женщинах его Дома, Дома Конгетларов, восьмого и самого своеобычного из Благородных Домов Алустрала.

В снах перед Герфегестом раскрывались картины ушедших в небытие дней. Безбрежные моря Синего Алустрала, гордые крепости, многоярусные корабли, штандарты, гербы и символы… Ученичество в Обители Ветра и жестокие схватки. Иногда – за победу, чаще – за жизнь. Звон стали, посвист стрел, надсадный крик, медленно уходящий в стон…

В некоторых картинах прошлого он видел свое лицо. В остальных – лица своих родичей. Они проступали сквозь алую пелену непоправимого. Они повествовали о Падении Дома Конгетларов.

Семя Ветра, наиденное им в подземельях цитадели Тайа-Ароан, возвратило Герфегесту утраченную книгу родовой памяти. И все страницы этой книги были обагрены кровью.

Живя в аскетическом уединении среди Хелтан-ских гор, Герфегест не знал, стоит ли радоваться обретенному знанию. Едва ли оно способно изменить его жизнь к лучшему. Едва ли такая тяжесть по силам последнему отпрыску испепеленного Дома.

Так думал Герфегест, вдыхая ледяной воздух гор. Он был уверен, что путь в Алустрал закрыт для него навсегда. Потому что Врата Хуммера непроницаемы. Потому что в Алустрале его уже четырнадцать лет дожидается смерть. Потому что – и это самое главное – пропитанный страхом и ненавистью мир Алустрала не стоил даже сухой былинки под его, Герфегеста, ногами.

Герфегест не сомневался в том, что горькие воспоминания об Алустрале, подаренные ему Семенем Ветра – последнее прощание с землей его предков. Но судьба распорядилась иначе.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ МИР СУШИ

Глава первая ПОСЛАНЦЫ АЛУСТРАЛА

1

Врата Хуммера не пропускают живых тварей. Только мертвых. Человек может, если знает правильные слова на Истинном Наречии – прикинуться мертвой тварью и остаться живым. Лошадь – нет. Поэтому прошедшие через Врата были пешими. Они перемещались совершенно бесшумно, и им не нужно было беспокоиться о том, что конский храп выдаст их в безмолвный предрассветный час. Слепец, который был с ними, нетерпеливо грыз прутья стального намордника. Он чуял Семя Ветра лучше самой натасканной ищейки, он привел их сюда и жаждал получить причитающееся ему по праву. Его уже давно не кормили ничем вкусным. Очень давно.

Круглое строение, прилепившееся к краю каменистого холма среди корней исполинской сикоморы, было окружено полностью. Предводитель отряда произнес слова, ошибиться в которых означало умереть. Слепец ответил едва различимым голубым проблеском в трех буграх на его омерзительной голове. Предводитель – сейчас его звали Мелет – не ошибся. Он хорошо помнил заклинание.

Мелет снял со Слепца намордник, освободил его передние роющие лапы от кожаных перевязей и отстегнул поводок вместе с кованым стальным ошейником. Теперь Слепец был предоставлен самому себе. Не прошло и минуты, как он исчез под землей.

Пластинка лунного камня, врезанная в ошейник Слепца, просветлилась, и в ее молочно-белых недрах Мелет теперь мог видеть нить бытия страшного паука-убийцы, которого Врата Хуммера пропустили в этот мир без малейшего неудовольствия. Слепец не был живой тварью. У него не было жизни – лишь бытие.

2

В эту ночь к нему в сны снова пришел Алустрал. Герфегест уже успел привыкнуть к этим снам, привыкнуть к тому, что любая ночь может принести страшную реальность прошлого. Каждый сон рассказывал ему что-то новое о его жизни в Алустрале, и каждый раз он проклинал непрошеное вторжение прошлого в свою мирную спокойную жизнь последних лет.

Это была страшная война. Страшная и жестокая. Так не истребляют крыс. Так люди могут истреблять только людей. Весь мир против Дома Конгетларов. Армия против отряда. Флот против галеры. Сорок убийц против одного человека с секирой на длинном и легком древке. Таком длинном, таком легком…

Герфегест видел смерти всех членов своего Дома, видел, как плавились камни цитадели Наг-Туоль, видел, как исполинские каракатицы, послушные флейтам Пастырей, сокрушили трехмачтовый корабль его отца. Видения сменялись с непостижимой быстротой. Но вдруг бурные потоки его сна, будто наткнувшись на преграду, замедлили свой бег…

Вечер. Древнее круглое святилище, прилепившееся у корней исполинской сикоморы. Он, Герфегест, сидит на камне, погрузив ног.и в ледяной ручей, в двадцати шагах от своего дома. В его руках – меч, его глаза закрыты, солнце медленно погружается в океан серых, лишенных листвы деревьев. Это не Алустрал. Это Сармонтазара.

Уже совсем темно, но все-таки Герфегест видит, как стремительная вода несет к нему что-то новое. Еще не опасность, но уже ее тень, ее эхо. Большой дохлый паук, светящийся на поверхности ручья, как в пучинах синих морей Алустрала светятся орды гигантских медуз и полчища жирных креветок, которых на южных островах называют «крак», а на северных – «эльор». Паук совсем близко, меч Герфегеста словно бы невзначай проворачивается в его ладонях, и вот уже две половинки паука, рассеченного лезвием вечной волосяной заточки – гордостью Элиена, Белого Кузнеца Гаиллириса – продолжают путь вниз по течению.

Сон обнажает свои черные, как смоль, клыки. Четыре бронзовые статуи-хранительницы в жилище Герфегеста разрываются в оглушительном стоне.