Александр Зорич - Сборник "Круг Земель"

• Название: Сборник "Круг Земель"
• Автор: Александр Зорич
• Издательство: Эксмо
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2010
• ISBN: 978-5-699-39917-8

Наступит год, когда над Сармонтазарой взойдет огненная комета. Под знаком ее родятся трое великих воинов-магов, и назовут их Звезднорожденными, и воплотятся в них давно ушедшие боги. И, воплотившись, боги начнут новую войну. Так гласило древнее пророчество. И оно сбылось. Элиен, сын Тремгора, стал Белым Кузнецом Гаиллириса. Октанг Урайн пошел в служители темного Хуммера. А Шет окс Лагин избрал путь полководца. И от его выбора зависел исход Войны Богов. Но когда в смертельной схватке сошлись Свет и Тьма - свой выбор должен сделать каждый. И не только великие чародеи и полководцы, но и простой воин Герфегест. В его руках оказался могущественный магический артефакт. Не щадя ни себя, ни других, Герфегест обязан сохранить Семя Ветра от враждебных сил. Во имя Круга Земель. Во имя победы людей в великой Войне Богов. Знаменитая фэнтези-трилогия "Знак разрушения", "Семя ветра", "Пути Звезднорожденных" под одной обложкой! Содержание: 1. Знак Разрушения (роман) 2. Семя Ветра (роман) 3. Пути Звезднорожденных (роман)

---

Он пока еще совсем не устал. Он плевать хотел на глубокий надрез, оставленный острием чьей-то неучтенной секиры на предплечье. Он мог себе позволить до поры до времени не замечать рваную рану между ребрами и кровавое пятно на месте снятого лоскута кожи с ягодицы. Проведя серию обманных выпадов, Герфегест ранил еще одного и оказался наконец там, где ему следовало бы быть с самого начала – в дверях святилища, служившего ему домом последние семь лет и, похоже, становящегося теперь усыпальницей для него и для Тайен. Здесь можно было продержаться еще какое-то время. Зачем? Зачем вся эта кровавая бессмыслица, если против него еще девять совершенно здоровых и готовых к схватке головорезов? Этого Герфегест не знал.

Люди Алустрала, убедившись, что Герфегест – почти непобедимый противник в рукопашной – расступились, предоставив трудиться лучникам. Новые три стрелы искали сердце Герфегеста, но он не дал им убить себя. «Веером бражника» прогудел его меч, и стрелы, перерубленные, измочаленные, сломанные, застучали по деревянной двери.

– Никому не вверяй Семя Ветра, Герфегест. Никому.

Это были последние слова Тайен. Она умерла у его ног, по щиколотку вязнущих в замешенной на крови земле. Герфегест понял, что у него нет больше сил терпеть все это-холод ясного чужого утра, гнетущий рокот статуй-хранительниц и невыносимое ощущение близкой смерти, каждое мгновение которого тянется дольше века.

Герфегест хрипло вскрикнул и ринулся навстречу лучникам. Пусть на крыльях трех стрел его душа отправится в Святую Землю Грем. Последний Конгет-лар уйдет с легкостью, как и подобает Ветру, который волен приходить и уходить, и ничто не держит его в этом мире.

6

Лучники смотрели на Герфегеста, бегущего к ним по прямым дорогам их стрел. Лучники понимающе улыбались самоубийце.

Все трое захрипели разом, и улыбки троих сменились гримасами предсмертного отчаяния. Их луки дрогнули, стрелы ушли в небеса.

Герфегест, который ждал смерти, увидел, как его несостоявшиеся убийцы упали на берегу ручья. Воины с секирами, которые спокойно ждали роковой развязки, благородно предоставив Герфегесту самому выбирать свою смерть, сорвались со своих мест. Они понимали только одно – последний Конгетлар почему-то жив, стрелки почему-то мертвы и, следовательно, убить гибкого фехтовальщика придется им самим.

Герфегест, получивший отсрочку рокового приговора, не испытывал никаких чувств, кроме легкой досады. Он жив, а все происходящее спуталось в один загадочный клубок. Невидимый союзник, в расположение которого верилось с трудом, убил его палачей. И вот теперь – делать нечего, милостивые гиазиры – меч Герфегеста вновь встретился с чужой сталью, раскалывая вычурный прогиб лезвия на три нескладных осколка. Секира выказала неожиданно дурную закалку.

Он не заметил, как на поляне, уже порядком вытоптанной и окрашенной алым, появились трое странных людей. Герфегест не успел разглядеть их толком, всецело поглощенный сложной каскадной защитой от двух весьма опытных бойцов. Нападающие, отбросив секиры, обнажили короткие, но от этого едва ли безопасные клинки. Герфегест рубился с ними по всем правилам и не обращал внимания на то, как именно трое новых незнакомцев расправляются с последними людьми Гамелинов. Сейчас Герфегесту было важно только одно: эти трое отлично управляются со своим оружием и оружие их отнюдь не служит делу Гдмели-нов.

Все закончилось быстро. Герфегест, сплошь залитый своей и чужой кровью и этим отвратительный себе до тошноты, подошел к раненному стрелами Тайен Мелету. Глаза предводителя блеснули ненавистью. Как он ни силился, он не мог подняться, и меч Герфе-геста был полностью властен над ним, как над беспомощным младенцем.

– Ты стоишь своей девки и своего проклятого Дома, Конгетлар, предавший смерть своих, – в словах Мелета было слишком много правды, чтобы их мог вытерпеть любой из достойных людей.Алустрала. Но Герфегест был человеком Сармонтазары,

– Зачем Гамелинам Семя Ветра? – спросил Герфегест почти спокойно.

– Гамелинам? – В глазах Мелета Герфегест увидел загадочный отблеск тайного знания. – Ты не поймешь, человек из проклятого Дома Конгетларов…

Удар двуручного топора расколол голову Мелета до самой шеи. Две половины гребенчатого шлема, опав на его наплечники, ужасающе быстро окрасились алым. Безжизненное тело беззвучно опало на землю.

Сознание Герфегеста, замутненное быстрой чередой необъяснимых, ужасных и пустых событий излета сегодняшней ночи и зачатков нового дня, встретило происшедшее почти бесстрастно. Герфегест поднял тяжелый взгляд на убийцу. Им был один из его неожиданных союзников, до которых ему пока не было никакого дела.

– Мелет – низкий пес, – очень тихо сказал низкорослый обладатель хищного боевого топора. – Его слова не стоят горсти пустых ракушек, его жизнь дешевле кружки морской воды.

Карлик говорил на языке Алустрала. Герфегест оказался прав – день выдался ясен и жесток. Такого дня не выпадало ни ему, ни Сармонтазаре вот уже долгих семь с половиной лет.

7

Итак, еще вчера он был счастлив, спокоен, умиротворен, вечен. Вчера их было двое – слишком много для отшельничества, слишком мало для воинства, вполне достаточно для любви. Вчера их было двое – он и Тайен.

Сегодня Тайен была мертва, поляну между святилищем и ручьем покрыли пятнадцать тел чужаков из Алустрала, его бывший дом был усеян останками омерзительной членистоногой твари. Он, Герфегест, чудом остался жив. И с ним были трое непрошеных спасителей.

Все было до безумия непривычно, и, когда четверо, даже не успев познакомиться, оказались в ледяной воде ручья, чтобы смыть пот, кровь и усталость, это никого не удивило. Но когда один из воинов, ловко сбросив одежду, оказался женщиной, Герфегест смог только мысленно развести руками. Такого оборота дел он ожидать не мог. Тем более, когда она, встретив его удивленный взгляд мимолетной понимающей улыбкой, запросто сказала ему:

– Киммерин.

Так не представляются люди высокого происхождения. Слишком коротко, слишком просто. Люди высокого происхождения говорят так: «Герфегест из Дома Конгетларов», да еще зачастую прибавляют: «…на службе у Дома такого-то» или «…на службе у Империи».

– Герфегест, – коротко кивнул Герфегест, сочтя, что довесок наподобие «из павшего Дома Конгетларов» будет совершенно неуместен. Дева-воительница и ее двое молчаливых спутников еще подумают, что он кичится своим происхождением перед ними, низкородными. Такая скромность – или что-то еще, ускользнувшее от Герфегеста, – была встречена двумя молчаливыми спутниками Киммерин столь же короткими и столь же понимающими улыбками.

– Двалара, – слегка поклонился один.

– Горхла, – представился другой, карлик.

И все. Киммерин легла на дно ручья – к ледяным омовениям подобного толка питал слабость и сам Герфегест. Назвавшийся Дваларой фыркал, втягивая воду носом и сплевывая ее через рот. Тоже дело. Горхла стал на руки и застыл. Теплая компания.

Это совершенно никуда не годилось. Имена у всех троих были очень странные. О принадлежности их обладателей к какому-либо из семи Домов Алустрала они ничего не сообщали, а Герфегест был не из тех, кто способен удовлетвориться неведением.

Слишком многое изменилось, слишком быстро за сегодняшний день, и Герфегест мог позволить себе быть предельно откровенным. И на все вводные формулы вежливости ему было в этот момент глубоко наплевать.,

– Кому вы служите? – спросил Герфегест, ожидая услышать либо ложь, либо спесивое «никому».

– Ганфале, – ответил Горхла, заваливаясь из стойки на руках вниз и подымая огромную тучу брызг. – Бр-р-р, холодно.

Его ответ ошеломил Герфегеста.

8

Ганфала. Кто такой Ганфала для Синего Алустрала, милостивые гиазиры? Тот же, кем был Леворго для Сармонтазары. Главный. Пастырь. Охранитель. Тот, дому до всего есть дело. Тот, кому ни до чего нет дела. И никто, ровным счетом никто и никогда не смел называть Ганфалу просто Ганфалой. Ганфала Рыбий Пастырь – Синеву Алустрала Предержащий, Ганфала – Надзирающий над Равновесием. Нет в Синем Алустрале последнего слабоумного попрошайки, который не знал бы о Ганфале, и мало, очень мало сыщется людей, которые могли бы похвастать тем, что видели Ганфалу. Герфегест не видел. И никто из Кон-гетларов его не видел. И никто из Конгетларов ему не служил. Вообще, Герфегест мог дать правую руку на отсечение, что Ганфале не служил никто. И в то же время служили все. Луна и звезды, рыбы и камни, песок и Синева Алустрала – потому что все было обязано ему своим существованием и, следовательно, служило.