Ирина Якимова - Carere morte: Лишённые смерти

• Название: Carere morte: Лишённые смерти
• Автор: Ирина Якимова
• Жанр: Фэнтези

Carere morte — что это? Это значит: быть бессмертным, отказавшимся от смерти, лишённым смерти… Вампиром. Carere morte — господа Земли Страха, страны, возникшей и существующей, благодаря проклятию вампиризма. Её смертные жители свыклись с таким положением дел, даже охотники на вампиров не верят в возможность полного избавления от владычества carere morte. Мир Земли Страха кажется незыблемым, но появляется человек, обладающий странным Даром исцелять вампиров, — и всё меняется. Споры о Даре раскалывают и вампирскую цитадель, и оплот Ордена охотников. У Избранного — обладателя Дара, появляется защитница — вампирша, а его главной противницей оказывается ревностная охотница. Прежние противники объединяются в союзы, отчаявшиеся бросаются за помощью к злейшим врагам. Но Владыка вампиров уверен, что победа, как всегда, достанется ему…

Исправленный и окончательный вариант (по крайней мере, окончательный на ближайшие годы). По 1-му 2-му тому есть новые сцены.

---

"Иди. Я отпускаю тебя".

"А смогу ли я… отпустить?" — спросила она ночь. Сначала это показалось лёгким — будто выбросить сломанную игрушку или старое запылившееся зеркало. Но скоро Мира поняла, как это будет трудно: она давно забыла лицо и голос Винсента, но, чтобы отпустить, сначала придётся их вспомнить. Она привыкла постоянно думать о задаче — найти Дар и давно не озвучивала истинную свою цель, но, чтобы отказаться от неё навсегда, её сначала придётся воскресить. Как не поддаться тогда очарованию старой любви, забытой мечты? Убить, быстро и без раздумий, закрыв глаза, не видя его глаз — пусть они лишь отражение её собственных…

Мира печально улыбнулась усмехающемуся в небе месяцу.

"Бессильный сжечь свою память и свою вину, Эрвин встретил следующий рассвет там же, где и его любимая…"

…Иногда в юности они с Аланом забывали о времени, играя на ночных улицах. Потом они убегали от солнца, хохоча и подталкивая друг друга. Вампирша до сих пор помнила тот трепет от прикосновений сияющей смерти… Отпустить и, как Эрвин, дождаться рассвета?

Все годы в Ордене её держала на земле лишь мечта об исцелении для Винсента. Но эта мечта рассыпалась в пыль. Уйти ли ей следом?

Мира лишь отметила возможность, не задумавшись об этом всерьёз. Её разум восставал против бессмысленности такого самоубийства. Но что-то надо было делать. Вампирша чувствовала: ещё миг молчания, ещё одна бессмысленно прожитая секунда — и она сойдёт с ума.

"Это месть Бездны", — думала ты тогда в Призрачном парке, держа его голову на своих коленях. — Вот она, месть Бездны, кара Бездны! Но месть Госпожи оказалась изощрённей и страшней…"

Мира спустилась к ещё не замёрзшему пруду в центре парка. Чёрная вода равнодушно глотала мелкую снежную пыль, поднимаемую ветром с земли. Вампирша долго, невидяще смотрела на своё тёмное отражение в ней. Что-то она совсем забыла…

"Ах, да! Карда, Бал вампиров. Вновь задание, касающееся Избранной. Что ж…"

Она подумала о новом задании… На Балу Карды должна появиться Избранная. Значит, там, в Карде, цитадели вампиров, разгорится новая битва за Дар. Что ж, вампирша готова. Когда-то она посчитала свою маленькую беду вселенской и сполна заплатила за гордыню. Безумная идея вела её сквозь годы и бури, она одна не давала бессмертной сгинуть в Бездне. Но сегодня мечта разбилась и та, что жила ей, стала лёгким сухим прахом. Миры Вако уже нет — остался один дух, одно сильное чувство — ненависть. Ненависть к Бездне, погубившей её.

"Чувствуешь, как Бездна поглощает всё?" — шептала ночь голосом безумной Диос. Бесконечная ночь!

Она началась здесь, в столице, а закончится где-нибудь… на краю света, куда её приведёт однажды погоня за Даром. Отныне для неё есть только ночь: рассвета не будет, пока не закончится старая история. "Бездна поглощает всё и всех", — говорила Диос, "Посмевший с Ней бороться неизбежно проиграет", — предостерегал Дэви…

Судьба отнимает у неё мечту, смеясь, и голос Бездны слышен в этом смехе. Но есть иные благородные цели. Алан — почти забытое имя. Винсент… — Она тщетно пыталась отобрать их у пустоты всё это время, спасти для жизни, великую силу и ценность которой осознала, лишь став вампиром, служителем Бездны. Она! Сама несущая Бездну, этот древний ужас в себе… Может, поэтому вампирша неизменно проигрывала? О, пусть только она найдёт Дар! — Выжечь эти семена пустоты, уничтожить вампиров, стереть притягательный для глупцов, не умеющих распорядиться своей жизнью, образ Бессмертного, Вечно Юного из легенд!

Мира достала из потайного кармана фляжку и села прямо в снег у чёрной воды: ноги не держали её. Глоток… Ещё глоток. Отвратительная мерзость растекалась по телу, заполняла пустые сосуды, но насыщение не наступало.

— Так значит, я хозяйка, — сказала Мира зеркалу воды. — Да, я для этого достаточно сильна. Я давно с Тобой на "ты", Бездна, Пустота, Великая Тьма… Я не уничтожу Тебя, Ты обратишь против меня мою же вечность, подаренную Тобой; Ты обратишь против меня мою же силу, подаренную Тобой… Но я знаю, кто может. Однажды Дар придёт в Орден, и порождения Твои рассыплются прахом. Избранный навсегда закроет для Тебя дверь в этот мир.

Быстрым шагом, решительная, она покинула парк и едва вышла на Восточный проспект, вдали показался шпиль Академии.

"Да, теперь туда".

Вот и мост Макты остался позади. Вампирша воспользовалась боковым входом в парк и сразу же свернула на одну из бесчисленных, известных немногим тропок, ведущих к главному зданию. Серебристо блестел крест над часовней — тонкий, кажущийся невесомым: две заплетшиеся нити паутины. Знакомая часть парка. Её владения во время тренировок. Спали деревья. Неслышно, как медлительная Серма, текла их жизнь.

Нет, не одна ненависть осталась. Чем ближе Мира подходила к Академии, тем лучше она понимала это. Было ещё что-то, толкавшее сюда, в здание, ставшее для неё домом в последние странные пятнадцать лет. Неуверенная, что вернётся назад из Карды, она пришла попрощаться со своим Охотником, излечившим её от страха перед Бездной.

"Ты не брошена, ты не одна. Если хочешь, я никуда не уйду", — теперь Мира была уверена, что ей это не приснилось.

Конец её пути был близок. Все нити связаны в один узел. Все линии сходились в одной точке, все, — и эта была среди них. Судьба выбрала их в ночь последней потери Дара, но семь лет назад, пойдя против решения Ордена, они сами не оставили себе иных путей.

Справа от Миры по боковой аллее Тони Гланс вёл куда-то целых два отряда. Даниелю Гесси, шедшему в Академию, пришлось отступить в снег с дороги, пропуская их. А дверь часовни отворилась, и, одна за другой, оттуда выскользнули узкие фигуры. Девушка впереди. Она резво выскочила на тропку. Мужчина слабо удержал её, касаясь руки:

— Богиня! Одно слово…

Диана рассмеялась и бросилась прочь, подобрав юбку, Алекс за ней… Мира улыбнулась и потянула на себя тяжёлую дверь Старого входа.

Глава 30 Разбитое зеркало

Вечер был ужасным, и ночь, пришедшая ему на смену, не желала уступать ни в чём. Тень, взявшая в кольцо столицу этой чёрной зимой, набрала силу и готовилась к наступлению. Но тень — это только вампиры Дэви, и Академия была готова к битве с ними. А вот другие, очень тревожные сигналы, пока не укладывались в общую картину.

Ярость солнца возросла, и наступило неспокойное время. Время, когда голодные, больные от света Низшие переставали соблюдать меру, беря чужие жизненные силы. Конечно, они не убивали людей, но злость и тревога смертных возрастали. На такие годы — годы Низших в прежние времена часто приходились народные волнения. В этот раз Карл надеялся обратить их против Короля — одного из Арденсов и главного противника Избранного, но этим планам не суждено было сбыться. Владыка вампиров опередил главу Ордена: на его стороне были чары. Ярость народа обратилась не против Короля, а — что-то совсем странное — против неких таинственных "дьяволопоклонников", якобы избравших местом для своего шабаша Дону.

Орден принимал меры в пресечении вредных слухов, но это мало помогало. Против охотников действовали участившиеся случаи нападения carere morte. Изощрённые убийства невинных немедленно связывались в сознании людей с жертвоприношениями служителей культа Падшего. Потому и Крас помогал Ордену в пресечении слухов неохотно: боялся замараться сам.

Обстановка накалялась и, наконец, вечером двенадцатого декабря достигла своего пика. В своём доме был убит глава Западной Пенны. И глава Центра пропустил вечернюю стражу, его квартира оказалась пуста, а, между тем, этот пунктуальный охотник всегда оповещал о своём отъезде за одну-две недели. Карл отправил оставшимся оповещение об опасности, но перебрались в безопасное место из своих квартир пока только двое — Бовенс, глава Северной Пенны, и Эбри, глава Ориенса. Где глава Сатура, никто также не мог сказать.

А как странно вёл себя Крас в последнее время! Карл читал недоверие в глазах герцога при каждой их встрече. Крас вёл какую-то свою игру и в этой игре для Ордена не находилось места…

— Я не удивлюсь, если завтра Крас заберёт Покров и укажет Дэви на цитадель Ордена, оставшуюся без защиты, — поделился Карл с Бовенсом, когда они встретились в парке у Академии.

Родерик, не на шутку встревоженный, в очередной раз нервно оглянулся, ища в тёмном парке силуэт своего убийцы.

— Охрана парка удвоена, — успокоил его Карл.

— Видел. Но я бы посоветовал тебе поставить охрану там, — Родерик кивнул на крышу Академии, где в башенке со шпилем была запрятана тряпица, создающая купола Покрова по всей столице.

— Уже. Краса давно не пускают туда без моего сопровождения… Если б узнать его планы! Смерть главы Западной Пенны, пропажа ещё двоих связаны. Кто-то пытается разрушить наш Покров.

— Дэви?

— Начинать нужно с поиска предателя в нашем стане.