Шмиэл Сандлер - Последняя любовь царя Соломона

• Название: Последняя любовь царя Соломона
• Автор: Шмиэл Сандлер
• Жанр: Научная Фантастика

---

Глава восьмая

Дела государственные

Государственными делами я занялся в тронном зале, одну из грандиозных стен которого украшал гигантский портрет царя Давида. Пока я рассматривал портрет славного предка, выполненный в лучших традициях социалистического реализма, в комнату мягкой кошачьей походкой вошел толстый человечек в лоснящемся черном фраке и с черной потертой папкой под мышкой. Щеки у него были, словно надуты для пущей важности, носик кнопочкой, редкие жесткие усики дико топорщились, а ушки на макушке имели форму миниатюрных и чутких локаторов. Всем своим напыщенным и одновременно неряшливым видом человек в лоснящемся фраке напоминал мне хомячка, ушедшего в глубокую спячку. - Ваше величество, - сонно произнес он, - меня зовут Ицхак Самир. Я премьер-министр государства Израиль. Принес вот вам бумаги на подпись, ушки его при этом слегка дрогнули, он, кажется, начал пробуждаться от своей затянувшейся спячки. - Полагаю, что с этим делом вполне мог справиться секретарь моей канцелярии, - справедливо заметил я. - Ни в коем случае, Ваше величество, - окончательно проснулся хомяк, документы секретного свойства и не для постороннего глаза. Локаторы его испуганно навострились. Я ознакомился с первым документом и с удивлением воззрился на премьера. - Что это? - Документ о радикальном переустройстве нашей государственно-политической системы, - пояснил премьер, дивясь моей несообразительности. - А что надо перестраивать-то? - Ничего особенного. Все уже перестроили до вас. - И все-таки, сэр, если вас не затруднит, изложите подробнее вашу мысль, вы слишком туманно изъясняетесь. - Ради Бога, Ваше величество, поясняю: с завтрашнего дня в Израиле объявляется монархия под управлением Соломона мудрого, то есть вашим непосредственным руководством. - Да, но зачем? - до сих пор, в глубине души, я надеялся, что меня разыгрывают какие-нибудь богатые и остроумные люди, которым нечего делать, и они жадно ищут приключений. Я даже старался подыгрывать им, усердно корча из себя добропорядочного монарха, но тут дело, кажется, действительно запахло банальным политическим переворотом, а я в такие игры не играю. Они мне и в гражданской жизни надоели. Интриги и закулисные козни на работе почти всегда касались меня и неизменно вызывали во мне бурный протест. - Может быть, его величеству неизвестно, что на последних выборах в Кнессет победила религиозная фракция? - напомнил мне хомяк-заморышь. - Нет, почему я в курсе. Если не ошибаюсь, к власти пришел "Щас" - Совершенно верно. Большинством голосов щясники постановили возродить правление Соломона. - А это, кажется, я просрал. С головой ушел в свои семейные неурядицы и перестал следить за политическими событиями. - Так это же чистой воды военный переворот! - Ни в коем разе, Ваше величество, ни Кнессет, ни демократия в данном случае не упраздняются. Просто Истина в последней инстанции будет приоритетом Вашего величества, так же, впрочем, как это было много тысяч лет назад. - Да, но демократия не приемлет многоженства, это... Это дико, наконец, и оскорбительно для женского достоинства. Мои доводы не убедили Хомячка. Напыжившись в очередной раз, он выдал мне аргумент более убедительного порядка. - Ваше величество, для вас решено сделать исключение: Кнессет постановил: в вашем случае воздать дань традиц3иям и уважению к одному из самых почитаемых национальных героев еврейского народа. - То есть? - В ваше распоряжение отводится гарем с женами всех мастей. - Так уж и всех? - недоверчиво произнес я. - Можете не сомневаться, набор жен производился на всех континентах земного шара. - Тем более, это неудобно, что скажут люди? - Международная общественность, несмотря на утвердившуюся, на современном этапе моногамию, относится с пониманием к реставрации правления Соломона. - С чего это вдруг такое понимание? - Вы же знаете, Ваше величество, с нашим братом опасно связываться... Не тронь, говорят, говно... - Оставьте, маршал, - прервал я, - не желая слушать антисемитских реплик. - Этому обстоятельству благоприятствует и тот факт, - поправился Тип, что, Соломон, по существу, является фольклорным героем не только евреев, но также христиан и мусульман вместе взятых. - А вы кто, мусульманин или христианин? - Я бывший начальник секретной службы. - Разведчик что ли? - Так точно, Ваше величество! - А почему выбор пал на меня? - Великий каббалист рав Джакузи нашел, что вы единственный потомок великого Соломона. Я хмыкнул с сомнением. Раву Джакузи, очевидно, было неизвестно, что это по отцу я Трахтман, а по матери род наш происходит от калужских крестьян Григорьевых. - Кроме того, на вашей кандидатуре настаивал рав Оладьи Евсеев. Рав Оладьи был марокканский еврей, добившийся в Израиле высокого духовного сана и основавший религиозную партию, состоящую преимущественно из восточных евреев. Вновь созданное религиозно-политическое формирование довольно скоро заняло высокое положение во властной структуре государства Израиль. - Это что ж, сам рав Оладьи Евсеев? - Именно. Ознакомившись с вашим личным делом, он заметил, что лучшего Соломона и желать невозможно. - Так, что же от меня требуется? - Прежде всего, распустить все левые партии в Кнессете. - Конкретнее, премьер. - Арабских коммунистов и левых радикалов из "МЕРЕЦ". - Далее? - Далее аннулировать норвежское соглашение с палестинцами. - А вы не подумали о международных последствиях? - Думать - это прерогатива Вашего величества. - В таком случае, не торопите меня, я действительно должен подумать. А кто автор этих проектов? - я указал на документы. - Его преосвященство рав Оладьи Евсеев! - Ага, а он при какой должности? - Он главный раввин Израиля. - Стало быть, все документы разрабатываются в Раввинате, а затем... - Совершенно верно, подносятся вам на утверждение, - радостно подхватил премьер-министр. Заметив смешинки в моих глазах, хомячок грудью встал на защиту новой политической системы. - Чем мы хуже англичан, Ваше величество, у них ведь тоже монархия не аннулирована? - Видишь ли, братец, до сих пор считалось, что евреи вроде как изобрели социализм, а они оказывается, не менее консервативны, чем все остальное человечество. - Это кто же считал, что мы изобрели социализм? - недоверчиво спросил хомяк. - Гитлер, например, он и уничтожать нас стал по той же причине. - Социализм, Ваше величество, это позорная страница современной цивилизации, - назидательным тоном стал поучать меня хомяк, и его жесткие усики смешно зашевелились при этом. - Согласно вашей логике, Гитлер, стало быть, уничтожал нас совершенно справедливо. - Я этого не говорил! - испугано всплеснул он руками, проволочные усики его мгновенно сникли. Этот болван стал неуклюже оправдываться, и я счел за благо пресечь нашу убогую дискуссию: - О-кей, братец, я должен подумать насчет норвежского соглашения, а теперь пригласи-ка ко мне фельдмаршала.

Глава девятая

Сексотерапия

Тип явился мгновенно, будто ждал своей очереди за дверью. Костюм фельдмаршала, увешанный орденами, уже был на нем. Я мог бы поклясться, что часть из них видел на мундире старушки, уж, не одолжил ли он у нее? Золотые эполеты слепили глаза. Фуражка с тяжелой кокардой и штаны с широкими галифе делали его похожим на советского милиционера первой половины двадцатого столетия. Со стороны его можно было принять за клоуна-дилетанта, который рад случаю продемонстрировать свой балаганный наряд. Но он, очевидно, был чрезвычайно доволен этим щегольским мундиром и не без гордости смотрел на меня своими маленькими и по-собачьи преданными глазами. - Послушайте маршал, кем вы были раньше, до переворота? - спросил я. - Заместителем начальника гарема по политической части, - по-военному отчеканил он. - То есть? - не понял я. - Держал супруг ваших в курсе политических событий. - Меня не интересует, за что вы их там держали, я спрашиваю - кем вы были в гражданской жизни? - Раньше я держал ресторан китайской кухни в Яффо, - сказал главный евнух. Слово "держал" было, очевидно, главным в его лексиконе. - Вы что-нибудь понимаете в китайской кухне? - Не более чем вы, Ваше величество, просто израильтяне любят пожрать и готовы платить за экзотические вывески на ресторанах. - А как вы попали сюда? - Должность мне предложил рав Оладьи за то, что я щедро жертвовал на строительство синагог в южном Тель-Авиве. - А ордена где заработали? - А это так, - тип скромно махнул рукой, - за мою службу на флоте. - Немало вы, наверное, наделали подвигов на флоте, - усмехнулся я. - Я служил в морском десанте. - Участвовали в вылазках? - Многократно, а однажды мы взяли на абордаж эсминец, - предался, было, он воспоминаниям, но я вовремя остановил предстоящий словесный понос старого морского волка: - Послушайте, контр-адмирал, я передумал и готов к просмотру порнофильмов. - Ну что ж, - обижено, хмыкнул морской волк, - как угодно Вашему величеству. Я понимал, и где-то даже сочувствовал его обиде: кому приятно сознавать, что твое боевое прошлое никого не интересует. Извивающиеся в экстазе голые тела, твердые длинные члены оставили меня абсолютно равнодушным и через полчаса, так называемой сексотерапии, я махнул рукой и велел Типу закругляться. Мое религиозное воспитание, очевидно, наложило свой отпечаток, и я практически не воспринимал порнографию, несмотря на то, что с воспитанием было покончено давно, а с религией еще раньше. - Странно, Ваше величество, что вас совсем не разбирает. Я после подобных фильмов могу зарядиться, как минимум, на ночь безумных оргий, - недоумевал Тип. - Уж, не в моем ли гареме, маршал? - Как вам это в голову пришло, Ваше величество? - Бросьте наивничать, маршал, и не заставляйте меня жалеть о том, что я не подверг вас обряду кастрации. Побледневший Тип замолк и мне даже стало жалко его: - Приведите ко мне Веронику, - потребовал я смягчившись. - Ваше величество, - сказал Тип виновато, - Вероника Абрамовна заведует педагогическим сектором гарема, и вообще, как вам известно, нееврейского происхождения, то есть по отцу-то она еврейка, но это не в счет. - Я уже слышал об этом. Для меня это не имеет принципиального значения. - Да, но это принципиально с точки зрения Галахи. Чтобы получить статус вашей возлюбленной Вероника должна быть еврейкой, а стать таковой она не желает. - Что ты заладил как попка - не еврейка, да не еврейка. Хочу я, ты понимаешь, хочу! И неважно еврейка она или нет. - Да я все понимаю, Ваше величество, но согласно действующему формуляру я отвечаю за чистоту вашей династии и не могу позволить вам, трахать, кого попало. - Разговорчики! - властно прервал я. Тип вобрал продолговатую головку в плечи и поспешно отступил. Кое-что у меня, однако, уже получается. С недавних пор я стал вырабатывать командный голос. В первые дни он у меня срывался на жалкий фальцет, но после каждой неудачи, я прокручивал в памяти сцены парада на дворцовой площади и представлял себе громкое рявканье старушки. Как ни странно, это помогло мне и теперь уже я не мямлил, а говорил, по крайней мере, довольно уверенно и даже с некоторыми претензиями на властный басок. Вероника я явилась ко мне в розовой прозрачной тунике и без трусиков. - Ваше величество, - робко произнесла она, - я счастлива, что вы вторично предпочли меня, но боюсь, ваш выбор не понравится Великим мудрецам Торы. - С какой стати Великие мудрецы станут вмешиваться в мои постельные дела? - Постель и стол в вашем государстве - прерогатива Великих мудрецов. Жениться и разводиться вы можете только с их ведома и согласия, принимать пищу также с их благословения и непременно кошерную. - Чем же в таком случае я должен заниматься? - Утверждать царской волей все их мудрые галахические постановления. - Хорошенькое дельце, - возмутился я, - но это мы еще посмотрим, кто и что будет утверждать в моем государстве! Я оглядел ее упругое молодое тело под прозрачным тонким бельем, и во мне пробудилось желание. - Подойди сюда, лапушка, - сказал я прерывающимся от бурного желания голосом и уверенность, которая была несвойственна мне ранее, порадовала мое сердце. На сей раз, я продержался значительно дольше, правда, не без помощи Вероники. Она научила меня расслабляться и искусственно сдерживать эякуляцию. - Все дело в правильном дыхании, - сказала она, - и в умении расслабиться, если вы научитесь этому, Он у вас вечно будет стоять. - Спасибо! - сказал я, когда все закончилось. В ее заботе обо мне я не видел фальши. Она искренне хотела помочь, и я был за это ей благодарен. Ненавязчивое участие и умелая ласка этой женщины были столь благотворны, что я (о чудо!) возжелал повторно. В былые времена подобный феномен природы был бы невозможен, а тут Он как заводной стал работать. Невероятно, фантастично! - Вам следует упражнять головку члена в нечувствительности, посоветовала Вероника. - Каким образом, моя прелесть? - поинтересовался я, деловито и уже привычно вонзаясь в очередной раз в ее восхитительное тело. - Ежедневно в течение получаса вводите возбужденный член в мешочек с рисом или песком. Это сделает головку менее чувствительной, и вы научитесь сдерживать эякуляцию сколько захотите. Именно в эту секунду я не удержался и с силой изверг беснующееся семя. Мучительная судорога пробежала по моему телу. Я издал сладостный вопль восторга... Что-то заверещало и защелкало у меня за спиной и мне подумалось, что сука, фельдмаршал, умышленно не снял видеокамеру и сейчас, наверное, посмеивается у себя в кабинете, наблюдая, как мы с Вероникой кувыркаемся на ложе страсти.