» » » » Иннокентий Сергеев - Дворец Малинового Солнца
Авторские права

Иннокентий Сергеев - Дворец Малинового Солнца

Здесь можно скачать бесплатно "Иннокентий Сергеев - Дворец Малинового Солнца" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Научная Фантастика. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Рейтинг:
Название:
Дворец Малинового Солнца
Издательство:
неизвестно
Год:
неизвестен
ISBN:
нет данных
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Дворец Малинового Солнца"

Описание и краткое содержание "Дворец Малинового Солнца" читать бесплатно онлайн.








Сергеев Иннокентий

Дворец Малинового Солнца

Иннокентий А. Сергеев

Дворец малинового солнца

* * *

- Скарамуш, негодник ты эдакий, что за талмуд ты принёс! Полюбуйтесь, стоит с ним как какой-нибудь схоласт, согбенный весомостью своих познаний! Где ты отыскал почтенный сей фолиант? - Ваше величество, эта рукопись лежала на столе в библиотеке, и... - Ты уже прочитал её? - Ваше величество! Неужели вы могли заподозрить меня в том, что я принесу вам блюдо, не попробовав его прежде сам? А вдруг там какой-нибудь яд? - И что же? Ты убедился в том, что яда в нём нет, и теперь вознамерился уморить меня многочасовым чтением? - О нет, ваше величество! Разве осмелился бы я позволить себе такую роскошь как ваше терпение... столь долго. - Так что же? - Я заложил некоторые места в книге закладками так, чтобы не изменив в ней ни единой строчки, тем не менее, сделать её в четыре раза короче. - Скарамуш, да ты, оказывается, умён? - Да я и сам не знаю, ваше величество. Иногда кажется, что умён, а другой раз посмотрю на себя со стороны, и не могу понять, я ли это, или мне это только снится... - Назначаю тебя магистром наук! Только вот каких... Неважно. Там придумаю. Начинай же. Начинайте... магистр!

Скарамуш раскрыл книгу на первой закладке и начал читать.

* * *

"...Странники - это вовсе не то что путешественники, которые отправляются в путь лишь в надежде на выгоду, и предпочли бы остаться дома, когда бы возможно было приобрести то, что они предполагают приобрести в путешествии, не отправляясь в него и тем самым не обременяя себя неизбежными неудобствами и не подвергая риску своё состояние, а то и самою жизнь. Для чего же они странствуют? Одни делают это для того, чтобы убедиться, что лучше того места, где они родились и выросли, нет на свете, и с радостью возвращаются домой и греют ноги у своего камина. Другие, напротив, ещё только ищут такое место, где бы они могли построить для себя дом с камином, чтобы не помышляя уже ни о чём более, греть ноги у его очага. Разумеется, они желают, чтобы это было наилучшее место в мире. Я видел много чудесных мест, несколько великолепных, одно или два превосходных во всех отношениях. Я останавливался, осматривался, разговаривал с местными жителями, восторгался, иногда с умилением, отдыхал, веселился или грустил - - и снова отправлялся в путь, нигде не оставаясь подолгу. Но почему же? - - Мне становилось скучно. То, что очаровывает при первой встрече, утомляет при ежедневных визитах, становясь в лучшем случае незаметным, а в худшем - досадным. Нужно очень любить человека или быть с ним связанным неразрывно, чтобы терпеть его долгое пребывание в своём доме, когда же он надоедает настолько, что становится непереносим, вы выгоняете его, или... уходите сами. ... Если бы люди лишились возможности повторять и повторяться, они должны бы были безмолвствовать или говорить очень немного. Это было бы прекрасно, когда бы не опасность, что они вовсе разучатся говорить..."

"Я поднимался по улице. День был ветреный, и идти было тяжело, так что я, никогда не отличавшийся выносливостью, скоро утомился и стал чаще оглядываться по сторонам, так как город этот был мне незнаком, и среди жителей его не было никого, кого бы я знал в лицо или по имени, и я не знал, где я найду ночлег. Денег же при мне было столь мало, что я, не задумываясь, истратил их все, купив приглянувшуюся мне безделушку фарфоровую фигурку сатира, играющего на свирели. - Что ни говори, а я хоть сейчас обменял бы свои подошвы на такие вот копытца,- сказал я сам себе, рассмеявшись. Тут я заметил, что ко мне подошли два молодых человека, одетых во всё чёрное; головы их венчали нелепые старомодные береты, украшенные богатой вышивкой и серебряного отлива лентами. - По всей видимости, вы только сегодня оказались в нашем городе,- сказал один из них, поклонившись. - Я не имею чести быть с вами знакомым,- ответил я, в свою очередь поклонившись.- Прошу прощения. - Мы просим извинить нас за неучтивость,- заговорил второй,- однако ваш выговор... - Да, я прибыл только сегодня. Мой корабль потерпел крушение и требует серьёзного ремонта. - Вы, вероятно, ищете корабль, который бы вас устроил,- вопросительно сказал первый. - Я ищу корабль, который не нуждается в матросах и не отягощён ничем, что могло бы сломаться от ветра,- ответил я. Услышав эти слова, незнакомцы пришли в восторг и стали поздравлять друг друга и смеяться. Их поведение весьма поразило меня и повергло в некоторую растерянность. - Вы и есть тот, кого мы искали,- пояснил один из них. - Мне очень приятно слышать это, и я рад, что смог доставить вам такую радость, хотя и не имею ни малейшего представления, в чём собственно состоит моя заслуга. - Умеете ли вы играть на каком-нибудь музыкальном инструменте?- спросили меня. - В меру скромных способностей. Я брал уроки игры на клавесине и флейте. В настроении моём тем временем произошла некоторая перемена. Вероятно, усталость, прочно утвердившаяся во всём моём теле, распространилась, наконец, и на мозг, вследствие чего мною овладела совершенная покорность. Кроме того, я был голоден. Таким образом, я всецело оказался в руках незнакомцев, они же, не переставая выказывать мне знаки своего уважения, проводили меня к карете с задёрнутыми занавесками. Так, не зная ни дороги, по которой повезли меня эти люди, ни самих этих людей, отдавшись мягкой неге подушек, отправился я в мой странный путь, не зная и даже не догадываясь, где и как он для меня закончится, да и не задумываясь об этом. Спутники мои между тем становились всё молчаливее, что позволило мне предположить, что мы приближаемся к цели нашей поездки. Так оно и оказалось. Выйдя из кареты, я обнаружил, что нахожусь во дворце, устрашившем меня величием своей роскоши. Так карета остановилась не у подъезда, а въехала прямо в огромный, великолепно отделанный золотом, янтарём и зеркалами, зал, и богато украшенные колёса замерли, глубоко погрузившись в дивной расцветки ковёр; лошади едва не задевали мордами чаши серебряных цветов, наполненные фруктами и различными сластями, которые подобно конусам, поставленным на острие, бросали вызов силе земного тяготения. Меня проводили в следующий зал, отделанный по большей части приятного зелёного и голубого цвета шелками, после чего мне пришлось спускаться по крутой лестнице, уводившей под землю, и чем ниже спускалась она, тем круче становились ступени и слабее свет висячих фонариков. Я не решался задавать вопросы, провожатые же мои явно не горели желанием что бы то ни было объяснять мне, и, что мне совсем не понравилось, облик их и манеры, сколько о них можно было судить по коротким фразам и усмешкам, которыми они изредка обменивались, становились всё грубее и развязнее. Когда же я оступился, что было совсем неудивительно из-за явного недостатка освещения, тот самый молодец, что обратился ко мне первым на улице, подхватил меня под руку и бесцеремонно подтолкнул вперёд. Стараясь сохранять самообладание, я поблагодарил его, но он даже не удосужился мне ответить. Я, по-видимому, должен был либо рассмеяться, показав, что воспринимаю это как шутку, пусть даже неучтивую, либо всадить ему кинжал в горло. Потянувшись, скорее инстинктивно, к поясу, я с некоторым содроганием обнаружил, что пальцы мои не находят рукоятку. Вероятно, второй мой провожатый, шедший всё время за моей спиной, вытащил у меня незаметно оружие, пока мы спускались по лестнице. Однако я слишком устал чтобы испугаться, а кроме того, я почти не умею обращаться с оружием, так что потеря его не была для меня значительной, ведь если бы эти двое замыслили что-нибудь недоброе, действуя, в чём я нисколько не сомневался, по указанию своего, неведомого мне, повелителя, я всё равно не смог бы отбиться от них хоть сколько-нибудь успешно; коридор был столь узок, что не позволил бы мне обороняться одновременно с двух сторон, да и вряд ли можно было представить что-нибудь проще, чем ударить меня сзади, в то время как я судорожно вглядывался вниз перед собой, пытаясь взглядом нащупать ступени... ...Попав - - в подземелье, я немедленно оказался в руках человека, обладавшего, по всей видимости, изрядной силой; лица его я не имел возможности разглядеть и заметил только, что он обрит наголо, и тело его практически не прикрыто одеждой. Он был почти на голову ниже меня, и всё же без особого труда управился со мной, втолкнув меня в мерзкую зловонную камеру, почти совершенно лишённую света и воздуха. Камера эта была столь мала, что выпрямившись в полный рост, я касался головой её потолка, сделать же по ней я мог не более пяти шагов, и это из угла в угол! - ... замурованный в камень, лишённый даже солнечного света, лишённый свободы, даже свободы двигаться, свободы, которой я столько гордился и дорожил когда-то!.."

"...Кормили меня до крайности мало и до крайности скверно; некоторое время я вовсе отказывался принимать пищу, вернее то, что под видом пищи бросали мне в узкое окошко моей камеры, тем самым пытаясь выразить своё презрение к тем, кто обращается со мной подобным образом. Но погасли последние вспышки гордыни, и наступила поистине ночь моего разума. И только одна мысль хранила меня от отчаяния, подобно ангелу, чьи крылья сияют золотом, она дарила мне нить, белоснежную нить спасения, на которой висел я над пропастью ничтожности: я умею играть на клавесине - - а значит, мне уготовано нечто большее, нежели участь пожизненного узника... ...Меня разбудил свет, ворвавшийся через открытую настежь дверь - ошеломлённый, я приподнялся над ложем, не решаясь верить своим глазам. От двери дальше по коридору, освещённому почти нестерпимым для моих глаз светом, тянулась пурпурная ковровая дорога, и по краям её стояли люди, одетые в белое и голубое, в руках их были чаши с огнём, и при свете этого огня потрясённому моему взору открылась лестница - - чудо величайшее, несравненное, путь из подземелья к самим небесам. "К самим небесам!"- повторял я вполголоса и всхлипывал как бы в припадке тихого безумия, я поднимался по этим ступеням, и ноги мои, привыкшие к холоду камня, влекли меня дальше, дальше к вершине, я плакал. Хоть это может показаться невероятным, ведь чувства мои успели притупиться за долгое время прозябания в беспросветном мраке темницы, и едва ли я даже понимал вполне, что происходит теперь со мной, но я плакал. Должно быть, я принял всё это за видение, пронзительно чистое, как сладкая боль несбыточной мечты, извечная тоска человеческая о потерянном рае или ещё неведомом, неоткрытом - - эти слёзы - - восторга. Жалости? Я плакал, мне казалось, что всё это сон, и я торопился продлить его и восходил всё выше по мягкому ковру ступеней, и они ласкали мои ноги; слуги, освещавшие мне путь, казались творениями искусного скульптора - без малейшего намёка на движение стояли они, и даже глаза их были неподвижны, лица же были густо покрыты белилами. Как смогла моя память сохранить это? Я медленно приходил в чувство. Тем временем лестница кончилась, и таким образом, я как бы поднялся на вершину пирамиды, противоположная сторона которой была скрыта от меня, и когда я вдруг увидел себя самого, восходившего мне навстречу, зеркальная дверь передо мной отворилась, и я ступил в неё, не успев даже понять, что это значит. Вершины не было, а был зал с колоннадой и прямоугольным бассейном, у которого меня ожидали женщины, одетые в прозрачные ткани. При моём появлении они склонили головы, приветствуя меня, и две из них поднялись с колен и, взяв меня за руки, ввели в воду бассейна. Вода была тёплой и едва уловимо пахла розой. Женщины принялись смывать с меня пот и грязь, когда же я, чистый и свежий, вышел из бассейна, они отёрли меня полотенцами и вверили заботам цирюльника, в котором я, к слову сказать, узнал своего безмолвного тюремщика. Может быть, этому способствовала перемена обстановки, или же одно и то же лицо действительно может так сильно меняться в зависимости от освещения, но как бы то ни было, бритва в его руке не вызвала у меня содрогания, и я без всякой опаски подставил ему своё лицо, кое он принялся усердно приводить в надлежащий вид. Расправившись с растительностью, он обильно обрызгал меня духами и, сделав это, удалился, после чего последовал хлопок в ладоши, и немедленно была принесена одежда, богатство которой убедительно свидетельствовало о неслыханной щедрости тех, чьей милостью я оказался в этом дворце - - Когда с одеванием было покончено, они оставили меня. Я же остался ждать продолжения церемонии, и чтобы скоротать время, стал прогуливаться по залу, разглядывая различные диковины, которые были собраны здесь в великом множестве... ... Ожидание между тем затягивалось. Я сообразил, что меня, вероятно, должны будут вызвать, чтобы представить хозяину, или же чтобы объяснить мне мои обязанности и всё, что касается моего теперешнего положения в этом доме. Но никто не выходил ко мне и не вызывал меня, сам же я не решался войти в какую-нибудь из этих дверей, так как мне было бы крайне неприятно совершить оплошность и быть с конфузом выдворенным. Я ничего не знал об обычаях этого дома, однако полагал, что едва ли они так уж сильно отличаются от принятого этикета, а это означало, что рано или поздно меня всё же примут и разъяснят мне, что к чему, мне же не хотелось проявить нетерпение или, того хуже, назойливость. Право, когда бы не мучительная неопределённость, в коей я пребывал, ожидание моё едва ли можно было бы назвать утомительным, а моё времяпрепровождение неприятным, поскольку в зале, где я находился, убранном с богатством и вкусом, было такое множество разнообразнейших затейливых вещичек, способных развеселить и приласкать взор, что будь моё ожидание подобно ожиданию смерти, если за таковое принять жизнь человека, то и тогда мне едва ли хватило бы времени, чтобы понять секрет всех механических шкатулок с фигурками танцующих пастушек, музыкантов и арлекинов, распознать все сюжеты многочисленных настенных панно, открыть содержимое всех ларчиков, стоявших тут и там на столиках, украшенных красочной инкрустацией - - Можно ли упомянуть обо всём, ничего не упустив! Однако ожидание моё, и впрямь, затягивалось, и не то чтобы я начал роптать, но растерянность моя и недоумение всё более возрастали..."


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Дворец Малинового Солнца"

Книги похожие на "Дворец Малинового Солнца" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Иннокентий Сергеев

Иннокентий Сергеев - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Иннокентий Сергеев - Дворец Малинового Солнца"

Отзывы читателей о книге "Дворец Малинового Солнца", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.