Дэн Абнетт - Крестовый поход на миры Саббат: Омнибус

• Название: Крестовый поход на миры Саббат: Омнибус
• Автор: Дэн Абнетт
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Эпическая фантастика
• Год: 2015

В истории Империума Человечества Крестовый поход на миры Саббат был одним из тех конфликтов, результатом которых могли быть лишь 2 исхода: победа или уничтожение.

Втянутые в затяжную войну по отвоевыванию территории Империума, войска Крестового похода вынуждены противостоять бесчисленным ордам Архиврага. Целые миры полыхают в неугасающем пламени войны. И всё же, несмотря на весь кошмар бесконечных сражений, армии Бога-Императора стоически противостоят силам Хаоса.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge Следите за новинками!

http://politvopros.blogspot.ru/ — ПВО: Политический вопрос/ответ. Блог о политике России и мира.

http://auristian.livejournal.com/ — политический блог InterWorld'а в ЖЖ.

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

Согласно последним более-менее надежным данным ауспика громадные вражеские силы отставали от имперцев всего на полдня пути.

Дорога, по которой они шли, называлась Тропой Пилигримов. Постепенно она становилась все круче и опаснее. Сама тропа была меньше двадцати метров в ширину. Слева вздымались отвесные скалы. Справа, невидимый в темноте и метели, склон резко шел вниз, а затем почти вертикально обрывался ущельем глубиной в шесть сотен метров.

И днем было достаточно тяжело удерживаться на дороге. Все были напряжены, ожидая, что неверный поворот отправит машину в бездну. Был еще шанс оступиться или просто потерять опору в снегу. Каждый раз, когда колеса грузовика скользили, Призраки замирали, ожидая худшего… длинного, неостановимого скольжения в бездну.

— Комиссар-полковник, нам надо сделать привал! — вызвал Клеопас по воксу.

— Понимаю. Но что, если такое продлится всю ночь? К рассвету нас засыплет снегом так, что не выберемся.

«Еще час, может два», — подумал Гаунт. Этим они могли рискнуть. Если судить по расстоянию, то Усыпальница была уже близко. Но время в пути больше зависело от условий.

— Саббат любит проверять своих паломников на Тропе, — усмехнулся Цвейл, свернувшись в походной постели, расстеленной в задней части командного отсека «Саламандры».

— Не сомневаюсь, — сказал Гаунт. — Фес раздери ее Священные Глубины.

В ответ старый жрец залился таким веселым смехом, что даже закашлялся.

Словно в насмешку, снег повалил еще гуще.

Внезапно раздалась серия криков по воксу. Задние фары шедшей впереди машины в швыряющихся хлопьях снега вспыхнули и ушли в сторону.

— Полная остановка! — приказал Гаунт и полез наверх.

Он высунулся в ветер и яростный снег, спрыгнул с машины, и его ноги утонули в сугробе почти по колено.

Обнаружив угрозу только в последнюю минуту не при помощи ауспика, а лишь благодаря зоркости водителя, танк развернулся на сорок пять градусов. Но даже в такой близи Гаунт с трудом мог его разглядеть. Борт разведывательной «Саламандры», первой в колонне, накренился над краем обрыва, большая часть машины висела в воздухе. Гаунт поспешил вперед в свете фар позади стоящих машин, а с ним побежали другие Призраки и пардусцы. Четыре члена экипажа — водитель, вокс-офицер Раглон, скауты Маклен и Бен стояли на скатах, замерев и не смея даже дышать.

— Тише! Осторожнее, сэр! — прошипел Раглон приближавшемуся Гаунту. Все услышали, как крошится под разведывательной машиной камень и лед.

— Зацепитесь и в линию! Давайте же! — прокричал Гаунт.

Пардусский водитель пробрался вперед с крюком буксирного троса и аккуратно зацепил его за фаркоп «Саламандры».

— Прыгайте! Ну же! — приказал Гаунт, и команда Раглона бросилась на заснеженную дорогу, приземлившись на колени и стараясь отдышаться.

Команды вокруг них начали вытягивать пустую машину обратно на тропу.

Гаунт помог Маклену подняться.

— Сэр, я думал, нам конец. Дорога просто исчезла.

— А где головной танк? — спросил Ибрам.

Все оцепенели и повернулись, уставившись во тьму. Они были так заняты спасением «Саламандры», что не заметили исчезновение еще одной.

Гаунт понял, что головная машина проехала быстрее, и ее команда поплатилась за это.

— Гаунт — конвою. Полная остановка. Дальше сегодня не пойдем.

— Думаю, пойдем, — промолвил аятани Цвейл, внезапно появившись рядом с комиссаром-полковником. Он указал в темноту и мельтешащий снег. И все увидели свет. Сильный, желтый, яркий, сиявший над ними в ночи.

— Усыпальница, — объявил Цвейл.

Глава четырнадцатая Усыпальница

В войне должно готовиться к поражению.

Поражение — это коварство наших врагов.

Никогда не получается так, как мы ожидаем.

Военмейстер Слайдо, из «Трактата о природе войны».

Почетная гвардия добралась до храма-усыпальницы святой Саббат Хагийской с первым лучом солнца. Снегопад прекратился, горный пейзаж, ослепляюще белоснежный под золотым небом, поражал своим великолепием.

Усыпальница представляла собой базальтовую громаду на одинокой вершине, увенчанной ледяным пиком. Дорога бежала вдоль хребта к массивному порталу между двумя отвесными тушами гор. Прижавшись друг к другу, между ними теснились здания базилики, монастырь храмовых аятани и большая квадратная башня, увенчанная золотой крышей с загнутыми вверх углами. Молитвенные флаги трепетали на башне. Здания и стены Усыпальницы были сложены из розового базальта. Ставни и двери окрашены ярким красным лаком, а рамы и наличники — белым. За стенами и башней, на самом краю мыса возвышалась массивная колонна из черного корунда, на вершине которой горел вечный сигнальный огонь.

Гаунт остановил своих людей недалеко от ворот и далее последовал пешком в сопровождении Клеопаса, Харка, Цвейла, Роуна и шести Призраков. Как и предполагал сержант Маккол, путешествие заняло восемь дней. Им нужно было закончить здесь все дела как можно быстрее, если они собираются вернуться в Доктринополь и уложиться в оставшиеся до эвакуации десять дней. Гаунт даже не хотел пока думать о том, каким трудным будет обратный путь. Инфарди висели на хвосте в изрядном количестве, и, насколько Гаунту было известно, другой дороги из Священных Холмов не было.

Гигантские красные двери под высоким портиком, увенчанным каменным резным орлом, безмолвно открылись, когда гвардейцы подошли и начали подниматься по ступеням. Шесть аятани в голубых одеждах поклонились им, но не произнесли ни слова. Гости поднялись по широким ступеням, очищенным от снега, к вратам во внутренней стене, а затем к высокому холлу.

Зал был дымчато-коричневым и темным, холодный и чистый свет лился через высокие окна. Гаунт слышал доносившиеся откуда-то песнопения, периодический звон колокольчиков и гонгов. Воздух был наполнен благовониями.

Комиссар-полковник снял фуражку и осмотрелся. Стены украшала яркая, слабо светящаяся мозаика, изображавшая святую в разных сценах ее благочестивой жизни. Маленькие голографические портреты мерцали в альковах вдоль одной стены. То были великие генералы, командующие и Астартес, служившие во время ее Крестового похода. Великий штандарт Саббат, древний и выцветший, свисал со сводчатого потолка.

Аятани храма вошли в зал через двери в дальнем конце, неспешно пересекли его, подойдя к гвардейцам, и поклонились. Их было двадцать, все старые, невозмутимые, с морщинистой кожей, закаленной ветрами, холодом и высотой.

Гаунт отдал честь.

— Комиссар-полковник Ибрам Гаунт, командир Первого Танитского полка, Имперская Гвардия освободительного Крестового похода. Это мои славные офицеры: майор Роун, майор Клеопас и комиссар Харк. Я здесь по приказу лорда-командующего генерала Льюго.

— Приветствуем вас в Усыпальнице, сэр, — сказал главный из братьев, чьи одеяния были более темного оттенка, ближе к фиолетовому. Лицо его было таким же обветренным, как и у других братьев, вместо глаз — аугментические визоры, похожие на глаза, пораженные катарактой. — Мое имя Кортона. Я аятани-айт этого храма и монастыря. Мы приветствуем вас в Усыпальнице и возносим благодарность за ваше усердие — вы проделали такой трудный путь сюда в это время года. Быть может, вы решите подкрепиться вместе с нами? И конечно, вы можете помолиться в Усыпальнице.

— Благодарю, аятани-айт. Пища будет в радость, но я должен пояснить, что приказ лорда-командующего оставляет нам слишком мало времени даже для благочестивых ритуалов.

Имперцев провели внутрь, в приемную, где на невысоких резных столах стояли корзины с лепешками, сушеные фрукты и кувшины с теплым, сладким настоем. Гаунту и его людям были предложены низкие стулья, а аятани, включая Цвейла, сели на пол, на циновки. Пища передавалась по кругу юными эшоли в белых одеждах.

— Я тронут, что ваш лорд-генерал, похоже, обеспокоен нашим положением, — промолвил Кортона. — Но боюсь, вы попусту тратите силы и время. Мы прекрасно знаем о том, что враг хочет уничтожить этот мир, но нам не нужна защита. Если враг придет, значит придет. Таков порядок вещей. Наша святая верила в естественный ход событий. Если судьбой назначено, чтобы Усыпальница пала перед врагом и мы умерли, значит так тому и быть. Никакое число танков и солдат не могут этого изменить.

— Вы просто позволите отродьям Хаоса осквернить все здесь? — недоверчиво спросил Роун.

— Следи за языком, майор! — прошипел Харк.

— Это понятный вопрос, — сказал Кортона. — Наши догматы веры могут быть недоступны умам, взращенным войной.

— Святая Саббат была воином, аятани-айт, — спокойно произнес Гаунт.

— Да. И, возможно, лучшим в Галактике. Но сейчас она покоится с миром.