Лаврентий Берия - За нефть и хлопок

• Название: За нефть и хлопок
• Автор: Лаврентий Берия
• Издательство: Партиздат
• Жанр: Государство
• Год: 1933

Лаврентий Павлович Берия — советский государственный и политический деятель, Генеральный комиссар госбезопасности, Маршал Советского Союза.

В данной брошюре приведены речи и статьи Л. П. Берия за 1933 год, в бытность его секретарем ЗКК ВКБ(б).

Материалы, собранные воедино и представленные в данном издании, позволяют ознакомиться с методами работы и стилем руководства выдающегося партийного руководителя и хозяйственного деятеля Сталинской эпохи.

---

3) неправильная расстановка сил;

4) недооценка автоматического бурения и строгого надзора за кривизной скважин;

5) небрежное отношение к качеству глинистого раствора;

6) невнимательное отношение к имеющимся в ограниченном количестве автоматам и дриллометрам;

7) невнедренность фасонных долотьев».

Как видите, здесь нет ссылок на об'ективные причины, здесь все зависит от нас самих, от нашего желания к умения работать. Но мы имеем неполадки не только в глубоком бурении — деле для нас новом, — но и в самом обыкновенном бурении, которым мы занимаемся десятки лет.

Например, в Локбатане из 17 скважин 14 искривлены сверх нормы. Норма кривизны определена в 1 градус на 100 метров.

Между тем, буровая № 118 на глубине в 385 метров дала искривление в 7 градусов 28 минут, буровая № 72 на 220 метров показала искривление в 3 градуса 16 минут; буровая № 130 на 500 метров оказалась искривленной на 15 градусов 18 минут, т. е. больше, чем в три раза против нормы; буровая № 124 на 330 метров дала искривление в 9½ градусов. Та же скважина № 124, после 3-месячного исправления на 816 метров, показала кривизну только в 0 градусов 57 мин.

В чем причины такого безобразного искривления на одном из самых ответственных участков работы Азнефти — в Локбатане, куда направляется самое лучшее оборудование? Причины опять-таки кроются в нас самих, в людях, которые на этом участке работают. Регулирующий аппарат Шахназарова, предохраняющий от кривизны, несмотря на наличие его на буровых, или вовсе не применялся, или применялся безграмотно, в погоне за метражем проходки совершенно не следили за качеством работы, сверх меры нажимая на долото. Редко замеряли кривизну, так как процесс измерения через каждые 100 метров отнимал от 4 до 6 часов. Аппарат Шахназарова намеренно выключался из работы в погоне за метражем как зав. участком, так и его подчиненными.

Искривления скважины в Локбатане продолжаются и сейчас, хотя, казалось бы, следовало учесть опыт прошлого. Так, в марте сверх нормы искривлены скважины за №№ 21, 22 и 26, потому что в них вовсе не применялся аппарат Шахназарова, а технический надзор был слаб.

Допустима ли такая работа сейчас, после того, как январский пленум ЦК и ЦКК так остро поставил вопросы повышения качества работ?

Качество работы продолжает быть слабым местом на ряде участков Азнефти. Возьмем, например, вопрос о глинистом растворе, являющемся решающим, в деле предотвращения выбросов и во многих случаях аварии. Азнефть располагает карьерами богбогинской глины самого лучшего качества. Для использования ее требуется только провести узкоколейку в 180 метров. Между тем, глину получают из Сураханов с большим содержанием песка, который даже при незначительных остановках осаждается на забой и прихватывает инструмент. Скверную глину применяют и в Локбатане.

Очистка глинистого раствора от песка играет большую роль при борьбе с авариями при бурении. До сих пор очистка производится самыми различными способами не только по районам, но даже и по цехам. Между тем, АзНИИ в 1931 и 1932 годах провел ряд работ в этом направлении и имеет достижения (способ Шишенко и Бакланова). А результаты этих работ в процесс производства до сих пор не внедрены. Можно ли так работать? Пора, товарищи, вопрос с глинистым раствором окончательно урегулировать.

Еще один важный вопрос — об ответственности цеха бурения за качество своей продукции. В настоящее время этого нет. Цех бурения, выполнив все задания, убирает станок независимо от того, дает ли скважина какие-либо результаты или нет. В результате мы имеем целый ряд заброшенных скважин, которые не могут быть использованы из-за тех или иных дефектов, связанных с техникой бурения. Вместо работ по исправлению или углублению для получения нефти, скважины в лучшем случае передаются через несколько месяцев в цехи изоляции, т. е. организациям по сравнению с цехом бурения маломощным, работающим слабым оборудованием, вследствие чего ремонтные работы задерживают скважины на много месяцев.

Цех бурения должен дать скважину, дающую нефть, он должен отвечать за это. Иначе получается, что скважины, на которые израсходованы сотни тысяч рублей, остаются заброшенными.

Так, на Старой площади Сталинского района в таком положении находятся скважины №№ 136, 350, 365, 140 и 55, на Бухте им. Ильича — №№ 737, 807, 771, 684, 707, 708, 552, 550, 242 и многие другие.

Надо урегулировать этот важнейший вопрос, надо обязать цехи бурения совместно с цехами эксплоатации, заинтересованными в дальнейшей судьбе скважин, организовать такой контроль над последними, наиболее ответственными работами в буровой, который бы обеспечил нормальную работу скважин.

Теперь — относительно аварий и простоев. Количество аварий в Азнефти за последние месяцы не только не уменьшилось, но даже несколько увеличилось. Целый ряд скважин имеет от 3 до 15–20 аварий. Аварии происходят зачастую в самые ответственные моменты работы, когда, казалось бы, нужно проявить максимум внимания и осторожности. Такие аварии произошли, например, в скважинах №№ 351 и 332 на Старой площади Сталинского района, в скважинах, от результатов которых зависит судьба всего района, все перспективы Старой площади.

Тот же самый вредитель Поляков, выдержки из показаний которого я уже приводил, говорит об авариях следующее:

«Для об'яснения причин аварий приводилось всегда одно и то же: плохое качество инструмента, изношенность бурильных труб, недостаток автоматов Скворцова. Между тем, все указанные причины имеют только относительное значение. Фактическими причинами аварий были: неправильная организация работ, отсутствие надлежащего надзора, отсутствие правильного инструктажа и небрежное отношение к происшедшей аварии».

Ряд так называемых «об'ективных причин» при авариях — не что иное, как результат нашей собственной халатности, неумения или нежелания работать, а порой и преступного отношения к делу. Классово-враждебные элементы, проникая на наши отдельные предприятия, маскируясь, пытаются вредить нам, сорвать нашу работу. Поэтому усиление классово-революционной бдительности — важнейшее условие успешного разрешения задач борьбы за нефть, в частности, борьбы с авариями.

Мы плохо анализируем происшедшие аварии, плохо изучаем их причины для того, чтобы аварии предупреждать. Ведь легче предупредить аварию, чем потом ее исправлять.

В связи с этим надо со всей остротой поставить вопрос об улучшении и более широком применении рационализации, как одного из способов поднятия показателей эффективного использования материалов и оборудования и предупреждения аварий. Вопросу рационализации Азнефть уделяла до сих пор большое внимание. Однако, все же оно еще недостаточно. Можно было бы сделать гораздо больше. Целый ряд чрезвычайно ценных и важных изобретений маринуется годами, например, насос Дудина, и встречает при своем продвижении значительное сопротивление. К этому вопросу не привлечено внимание широкой общественности, и дела об изобретениях и рационализаторских предложениях обычно обсуждаются в узком кругу специалистов, в верхушке Азнефти. Можно было бы привести здесь массу ярких примеров, иллюстрирующих положение дела с рационализацией, но я отказываюсь от этого за отсутствием времени.

В БОРЬБЕ ЗА НЕФТЬ ПРОВЕРЯЕТСЯ КАЖДАЯ ЯЧЕЙКА, КАЖДЫЙ КОММУНИСТ.

Достижения и сдвиги в первом квартале в Азнефти налицо. О них говорил тов. Баринов в своем докладе, их коснулся и я в начале своего выступления.

В результате чего мы, почти при тех же «об'ективных условиях», что и в прошлом году, добились этих успехов?

Мы добились этих успехов потому, что вся бакинская организация, все нефтяники Баку крепко налегли на это дело, зверски нажали. Теперь нужно организационно закрепить наметившиеся сдвиги, укрепить организационно-партийную, массовую и воспитательную работу. На этом участке работы мы имеем серьезные достижения. Раньше, например, работа секретаря райкома в борьбе за нефть зачастую заключалась в том, что он приходил к заведывающему промыслом и спрашивал: «Ну, что, дорогой, как кривая у тебя — опускается или поднимается?». И этим ограничивался. Сегодня уже взялись за это дело, идет проверка авангардной роли коммуниста, комсомольца на отдельных участках работы.

Однако, сделанного недостаточно. У нас еще в этом деле много слабых мест. Вот, к примеру, как обстоит дело с постановкой партмассовой работы в отстающем цехе Ленинского района, проверенного бригадой Заккрайкома. Со стороны парторганов часты случаи нарушения единоначалия и вмешательства в хозяйственную работу.

Например, партком цеха заслушивает беспартийного инженера тов. Золина и решает: предложить тов. Золину установить глубокие насосы в таких-то и таких-то скважинах. Чисто хозяйственные распоряжения отдавались административно-техническому персоналу секретарем партячейки 10-й группы тов. Каспаровым, секретарем партячейки 13-й группы тов. Щербаковым и др.