Виктор Венский - Правоохранительные и судебные системы глазами рецидивиста

• Название: Правоохранительные и судебные системы глазами рецидивиста
• Автор: Виктор Венский
• Жанр: Государство
• Год: 2010

Читатели знакомы с моими книгами, рассказывающими о последних достижениях науки и об исследовании территории непознанного — человеческой психики и в целом возможностей Человека.

Но видимо Судьба всегда пытается достичь равновесия между Небом и Землей, между Богом и Дьяволом. Видимо поэтому я вынужден был погрузиться в самые обыденные вещи, на самое дно нашей цивилизации, — там, где обитают преступники и приравненные к ним люди.

И этот опыт позволил мне понять, почему в народе всегда складывались былины и сказки про удалых разбойников, про людей, которые выступали против давления общества, против его абсолютного диктата и несправедливости жизни, навязываемой нам нашими правителями.

---

— Как показывают материалы дела, свидетель Сорокина была заранее приглашена Ларисой в качестве понятой, она знакома с ней более 20 лет, находится с ней в приятельских отношениях, живут в соседних домах, подруги с детства. По просьбе Ларисы и в ее интересах Сорокина поехала за 20 км., «поработать» понятой, более того она производила тайную запись на магнитофон в разбираемой в суде ситуации по просьбе Ларисы и в ее интересах. Сорокина также выступала свидетелем и в других судебных разбирательствах, инициированных Ларисой. В данных условиях считать Сорокину незаинтересованной и объективной может только заинтересованный в обвинении суд.

Действительно, получается, что «незаинтересованный свидетель» бросил все свои дела и на ночь глядя, по просьбе «едва знакомой женщины» отправился из Академгородка в Заельцовский район города, чтобы там «помочь этой незнакомой женщине» записать всё происходящее на ее магнитофон по предварительной договоренности. А затем подписаться под сфальсифицированным актом, вместе с лжесвидетелем Вайнер. Неужели все это в целом однозначно указывает на незаинтересованность и объективность данного свидетеля?! Неисповедимы пути суда.

— Показания свидетеля Вайнер суд справедливо не учитывал, но только умолчал, что Вайнер лжесвидетельствовала против Натали, подписывая акт по событиям, свидетелем которых не была (имеются в виду события, разбираемые в данном деле). Это установлено как судьей Недоступенко, так и материалами административного дела против Натали, из которых четко следует, что на это лжесвидетельство Вайнер подтолкнули судебные приставы и Лариса, на дому которой и подписывался упомянутый выше фальшивый акт. Наш запрос материалов административного дела судом был необоснованно отклонен. Видимо для того, чтобы мы не смогли доказать, что это было не просто лжесвидетельство Вайнер, а сговор свидетелей с целью лжесвидетельства, в котором участвовали и бывшие судебные приставы — Тимченко и Конюхова и свидетель Сорокина. Более того, в рамках административного разбирательства приставы и Лариса утверждали, что Вайнер была понятой и только при предъявлении документа, который нам случайно удалось взять у Конюховой до ее ухода из нашей квартиры, выяснилось, что все они лжесвидетельствовали и в этом вопросе. Почему же суд утверждает, что показаниям Вайнер дана «надлежащая оценка»? В чем интересно она заключается, эта «надлежащая» оценка?

— Пристав Тимченко участвовала в исполнительном производстве (события которого и разбираются судом) непонятно в каком качестве, и следовательно незаконно. Это очень важное обстоятельство дела, которому суд не счел нужным дать должную оценку. Полагаю, что показания человека, который незаконно проник в нашу квартиру, незаконно выступал от имени судебного пристава, — не должны учитываться судом, как «доказательства» полученные с явным нарушением закона! По закону так и должно быть. После наших настойчивых просьб, Тимченко представилась нам стажером (позже на суде выяснилось, что у нее 30-летний стаж работы приставом, т. е. представиться стажером, это скорее просто издевательство), но своей фамилии нам она так и не назвала, документы, удостоверяющие личность, не показала. Позже, когда мы пытались возбудить против нее уголовное дело в прокуратуре по статье незаконного проникновения в чужую квартиру, она представила в качестве оправдания своего появления в нашем доме разрешение старшего судебного пристава Заельцовского р-на Саблина. Это разрешение написано Саблиным задним числом (никто нам это разрешение естественно не показывал, обстоятельства его написания приставы описывали весьма противоречиво, а в акте, с которым к нам пришла пристав Конюхова, фигурировала не Тимченко, разрешение которой якобы было дано заранее, а пристав Старцев, который должен был по первоначальной версии Конюховой подъехать, но чуть позже). Однако, даже если закрыть глаза на эти темные стороны появления данного разрешения его светлости Саблина — остается факт незаконности этого разрешения. Действительно, в соответствии с Законом РФ об исполнительном производстве (ст.11), пристав может участвовать в исполнительном производстве в «чужом» районе, только при условии, если производство начато в его районе и затем было передано в другой р-он (но в нашем случае исполнительное производство начато в Заельцовском районе, никуда не передавалось, действия производились Заельцовским ФССП, а Тимченко работала в Советском ФССП). Таким образом, ясно, что Саблин написал такое разрешение, выгораживая свою сотрудницу Конюхову (которая допустила участие в производстве постороннего лица) и ее подружку пристава Тимченко. Учитывая все это можно ли считать Тимченко однозначно незаинтересованной и объективной? Мог ли незаинтересованный человек, поехать за тридевять земель, незаконно участвовать в исполнительном производстве, выдавая себя за пристава-стажера, рискуя своей репутацией, работой и добрым именем? — Здравомыслие подсказывает, что нет. Все как раз указывает на обратное — только заинтересованный человек может вести себя подобным образом. И тот факт, что суд и прокуратура до сих пор всячески выгораживают Тимченко в данной ситуации, на мой взгляд, не отвечает объективным законам справедливости. Более того, прокурор Утян (Заельцовская прокуратура) пригрозил мне, что если я буду и дальше настаивать на привлечении Тимченко к уголовной ответственности, то это меня привлекут, а не ее, — я был вынужден поверить в этом прокурору на слово.

Почему суд счел несущественным наше нарушенное право — узнать на каком основании Тимченко присутствовала в рассматриваемом исполнительном производстве и отклонил наше ходатайство о соответствующем запросе по месту работу Тимченко? Это явное нарушение наших прав на защиту, поскольку, мы планировали и могли документально доказать заинтересованность Тимченко в соблюдении интересов Ларисы!

— Конюхова, параллельно с данным разбирательством (в суде 1-ой инстанции), находилась со мною в сложных судебных отношениях: я возбудил против нее административное дело о незаконности ее действий, она в ответ возбудила против меня совершенно абсурдное административное дело о том, что я не предоставил указанные в списке для описи предметы. А учитывая, что оба дела были разрешены судом в мою пользу, а Конюхову уволили с работы по результатам этих разбирательств, это добавляет еще один мотив необъективности Конюховой как свидетеля — досада и мщение. Данное обстоятельство, безусловно, делает показания Конюховой необъективными и заинтересованными. Наличие указанных выше дел противная сторона не отрицала, проверить их наличие не предоставляло никакого труда.

Во всех трех административных делах участвовали приставы Конюхова и Тимченко, в двух они привлекали в качестве свидетелей Ларису и ее подруг, проходящих свидетелями по данному делу. Во всех трех случаях приставы, как выяснил суд, нас ложно обвиняли, что явно указывает на их заинтересованность и сговор в нашем очернении. Т. е., в данном случае либо Лариса и ее подруги выступали свидетелями в пользу приставов, либо приставы выступали свидетелями в пользу Ларисы! Это реальный повод для сговора их между собой, с целью оказать взаимопомощь друг другу. Однако суд не принял это во внимание.

Динамика этих дел (сопоставление дат) четко показывает, что приставы Конюхова и Тимченко, когда давали свои показания по данному делу, были уже в курсе, предъявленного мною Конюховой обвинения, не говоря уже о том, что сами они возбудили административные дела и против меня и против Натали, и, естественно, они давали свои показания с учетом этого. А это очевидно не могло не сказаться на их объективности и беспристрастности. Действительно, Конюхова представляла интересы ФССП в этих делах, была ответчицей по административному делу, возбужденному мною. Пристав Тимченко, естественно соблюдая цеховые традиции, поддерживала во всем Конюхову, что мы и наблюдали в ее показаниях. Например, они дружно утверждали, что Вайнер была понятой, а Натали нет, и только под давлением фактов они в конечном счете признали обратное. И после этого, судья Сергеева утверждает, что свидетели не заинтересованы в лжесвидетельстве, в очернении меня и Натали?

Полагаю, только необъективность судьи или ее нежелание разбираться в деталях дела могла привести к выводу о незаинтересованности свидетелей с учетом реальных обстоятельств дела, о которых я только что упомянул. Полагаю, что судье хорошо известно, что стороны в любом деле считаются заинтересованными в юридическом смысле этого слова, а ведь оба пристава были именно такими сторонами в делах по разбираемой ситуации, но в иных судебных разбирательствах! У них были все основания из мотива самооправдания, из мотива сокрытия своего незаконного поведения на исполнительном производстве, очернить нас и представить нас преступниками.