Джозеф Д’Лейси - DARKER: Рассказы (2011-2015)

• Название: DARKER: Рассказы (2011-2015)
• Автор: Джозеф Д’Лейси
• Жанр: Русская классическая проза
• Год: 2015

DARKER — российский литературный онлайн-журнал (вебзин) посвященный «темному» фэнтези, мистике, литературе ужасов и хоррор-культуре в целом. Создан в 2011 году на основе pdf-журнала «ТЬМА». Выходит с периодичностью раз в месяц. Публикует жанровые рецензии, статьи, обзоры, а также рассказы и повести отечественных и зарубежных авторов.

В данный сборник вошли избранные рассказы зарубежных и отечественных авторов (от классиков до современных), опубликованные в онлайн-журнале «DARKER» в течение 2011–2015 года.

Многие произведения публикуются на русском впервые.

*Внимание! Присутствуют произведения категории 18+.

Сайт онлайн-журнала: http://darkermagazine.ru/

[Электронное издание, 2015]

---

— И, конечно, — сказал Билл, — они сказали, что в башне живут призраки. Что они, говорят, там видели?

— Ничего. Это нельзя увидеть. Но есть люди, которые думают, будто что-то слышали и ощущали чье-то прикосновение.

— Вздор, не так ли?

— Не могу сказать наверняка. Видишь ли, я один из тех людей.

— Раз ты так думаешь, значит, там что-то есть, и это интересно. А мы не можем сейчас сходить туда?

— Конечно, если хочешь. Уверен, что не будешь еще вина? Тогда пойдем.

Они надели пальто и шляпы. Вайс взял зажженный фонарь. Стояла морозная лунная ночь, и жесткая тропа хрустела под ногами. Когда хозяин отодвинул засовы на воротах стены сада, Билл внезапно спросил:

— Кстати, Вайс, откуда ты узнал, что я не попаду на Рождество к Лейландам? Я говорил тебе, что собираюсь туда.

— Не знаю. У меня было чувство, будто ты приедешь ко мне. Оно могло и обманывать. Однако я очень рад, что ты здесь. Ты именно тот, кто мне нужен. Мы уже почти пришли, вот наша тропа. След от колес ведет в карьер, где ученый джентльмен нашел короткий путь к высшим знаниям. А вот и дверь башни.

Прежде чем войти, они обошли башню вокруг. Ночь была такой тихой, что они непроизвольно стали говорить вполголоса и ступали так мягко, как только могли. Замок на тяжелой двери застонал и скрипнул, когда в нем повернулся ключ. Свет фонаря упал на пол, покрытый белым песком, и проломленную спиральную лестницу на дальней стороне. Вверху беспорядочно путались балки, а над ними было лишь сияние звезд. Вайс сказал Биллу, что здесь все осталось так же, как после смерти в карьере.

— Какая хорошая и крепкая кладка, — заметил гость, — но место все равно совсем не веселое. И пахнет, честное слово, как в зверинце.

— Да уж, — согласился Вайс, рассматривая песок на полу.

Билл обратил внимание на отпечатки на песке:

— Здесь была какая-то собака.

— Нет, — задумчиво ответил Вайс. — Собак тут не бывает, их сюда не загонишь. И когда я уходил отсюда днем и запирал дверь, никаких следов не было. Странно, не правда ли?

— Но это совершенно невозможно. Если, конечно, мы не допускаем, что…

Он не завершил фразу, а если бы и завершил, она не была бы услышана. Внезапно будто из-под его ног вырвались рычания и визги, и он упал назад. Это продолжалось несколько секунд, после чего медленно стихло.

— Ты это слышал? — тихо спросил Вайс.

— Хотел бы я так думать.

— Хорошо, значит, это было на самом деле. Что это такое?

— Лишь одно животное издает такой шум. Разумеется, я имею в виду свинью. Судя по звуку, здесь пронеслось целое стадо. Но раз тут нет свиней, должно быть, они снаружи.

— Но их там тоже нет, — сказал Вайс. — Пойдем посмотрим.

Они прочесали заросли, но результата это не принесло, и тогда они, заперев дверь башни, вернулись в дом. Билл говорил очень мало. Он не был хорош в самоанализе, но почувствовал внезапную неприязнь к Вайсу. Он сердился за то, что позволил себе задолжать этому человеку. Он хотел покончить с игровым долгом и уже рассчитался по нему. Теперь Вайс казался ему человеком, с которым лучше не иметь никаких дел, и последним, чью доброту следует принимать. Странное происшествие, только что случившееся с ним, куда больше наполнило его ненавистью, нежели страхом или изумлением. Во всем этом было что-то нечистое и дьявольское, нечто заставившее порядочного человека отказаться от вопросов и исследований. Неприятный животный запах все еще стоял в его ноздрях. Он решил, что ни под каким предлогом больше не пойдет в башню и как можно скорее найдет уместный повод покинуть все это место.

Немного погодя, когда они сидели с трубками перед камином, Билл повернулся к хозяину с внезапным вопросом:

— Вайс, зачем ты позвал меня сюда? Что все это значит?

— Мой дорогой друг, — сказал Вайс. — Я хотел получить удовольствие от твоего общества. Но погоди горячиться. Я также пригласил тебя, потому что ты — самый нормальный человек, которого я знаю. То, что ты подтвердил происшествие в башне, весьма важно для меня. Кроме того, у тебя крепкие нервы, и, если ты простишь мне эти слова, ты лишен воображения. Мне необходима помощь, которую может оказать лишь человек с крепкими нервами.

— Почему ты не оставишь все это в покое? Ведь это слишком противно.

Вайс рассмеялся.

— Боюсь, мое увлечение наскучило тебе. Мы не станем говорить об этом. Все-таки у тебя нет причин помогать мне.

— Просто расскажи мне, что ты хотел от меня.

— Мне нужно, чтобы ты, если услышишь этот свисток, — он взял с каминной полки обычный полицейский свисток, — в любое время этой или следующей ночи, сразу пришел в башню с револьвером. Свисток будет означать, что я в затруднительном положении, что моя жизнь в настоящей опасности. Видишь ли, мы имеем дело с чем-то сверхъестественным, но оно также материально. В дополнение к другим рискам, здесь существует риск физического уничтожения. Я видел, что сам вид и звуки этих зверей, кем бы они ни были, вызвали у тебя отвращение; из своего же опыта я могу тебе сказать: их прикосновение много хуже. Но у тебя нет причин беспокоиться по этому поводу.

— Бери свисток с собой, — сказал Билл. — Если я его услышу, я приду.

— Спасибо, — сказал Вайс и тут же переменил тему. Он не сказал, зачем ему понадобилось проводить ночь в башне и что он намеревался там делать.

* * *

В три часа утра Билл неожиданно вырвался из сна. Он услышал повторяющиеся свистки. Накинув одежду, он бросился по коридору, где наготове уже лежали фонарь и револьвер. Пробежал по садовой тропе, вошел через дверь в стене и наконец достиг башни. Звуки свистка успели смолкнуть, и все выглядело до ужаса спокойным. Дверь башни была распахнута, и он, не колеблясь, вошел, высоко держа фонарь.

Башня оказалась совершенно пуста. Не было слышно ни звука. Билл дважды позвал Вайса по имени, и отвратительное безмолвие снова расползлось по всему строению.

Затем, словно по велению некой невидимой руки, он пошел по следу, ведущему в карьер, прекрасно осознавая, что найдет на его дне.

* * *

Присяжные признали смерть Вайса результатом несчастного случая и заключили, что карьер должен быть обнесен забором. Происхождение увечий на его лице, как будто нанесенных зубами дикого зверя, они объяснить не смогли.

Перевод Артема Агеева

Рэмси Кэмпбелл «Чертик из табакерки»

Это есть в каждом человеке — соленое, липкое и очень, очень красное. И может случиться так, что это красное завладеет твоими помыслами без остатка — и тебе захочется выпустить его наружу. Потому что так надо, потому что вязкая магия цвета позвала тебя.

Ты даже и не представляешь, какой сильной может быть эта магия. Нужно всего лишь отдаться на ее милость — и ты будешь совсем уже не тот, что прежде…

Герой этого рассказа не так разговорчив, но и ему ведомы тайны того липкого, теплого, красного, что течет по человеческим жилам. Его тоже коснулось темное благословение войны. Впервые на русском — тягучий кроваво-красный этюд пера Рэмси Кэмпбелла, живой легенды мирового хоррора.

DARKER. № 2 февраль 2014

RAMSEY CAMPBELL, «JACK IN THE BOX», 1983

Когда ты просыпаешься, свет в палате отключен. Такое чувство, будто обитые войлоком стены придвинулись ближе; если шевельнуться, можно дотронуться до них. Они хотят, чтобы ты орал и унижался, но этого не будет. Ты будешь лежать, пока им не придется зажечь свет обратно.

Ты доволен и горд тем, что сделал. Ты помнишь, как хлынуло красное из горла санитара. Тебе никогда не нравились его глаза; они вечно следили за тобой и как бы говорили: я знаю, что́ ты такое. Остальные притворялись, будто их не шокирует то, из-за чего тебя засадили сюда, такая уж у них работа, но этот не притворялся никогда. Ты видишь, как красное заливает его рубашку, и ткань липнет к коже. Ты погружаешься в воспоминания. Сколько же времени прошло.

Ты способен переноситься в прошлое настолько, насколько пожелаешь, но не можешь вспомнить времени, когда не убивал. Хотя ты мало что помнишь до той поры, как стал солдатом, даже и тот период выглядит чередой ярких вспышек — мертвые лица, искореженный металл, вывернутые конечности. Но вот ты достигаешь точки, где начинается цикл.

Это случилось на опушке джунглей. Ты нетвердым шагом брел по колее, оставленной танком. Тебе прострелили голову, и все-таки ноги еще работали. На фоне пылающего малинового неба проступали обугленные останки деревьев. И вдруг в колее как будто бы сверкнул красный отблеск неба. Ты стоял, пошатываясь, и пытался разглядеть. В конце концов в мешанине вспаханной земли и всклокоченной травы ты разобрал знакомые очертания: человек. На нем отпечатался красным узор гусениц. Ты наклонился, потянул руку к красному, и вот тогда, наверное, все и началось.