Джозеф Д’Лейси - DARKER: Рассказы (2011-2015)

• Название: DARKER: Рассказы (2011-2015)
• Автор: Джозеф Д’Лейси
• Жанр: Русская классическая проза
• Год: 2015

DARKER — российский литературный онлайн-журнал (вебзин) посвященный «темному» фэнтези, мистике, литературе ужасов и хоррор-культуре в целом. Создан в 2011 году на основе pdf-журнала «ТЬМА». Выходит с периодичностью раз в месяц. Публикует жанровые рецензии, статьи, обзоры, а также рассказы и повести отечественных и зарубежных авторов.

В данный сборник вошли избранные рассказы зарубежных и отечественных авторов (от классиков до современных), опубликованные в онлайн-журнале «DARKER» в течение 2011–2015 года.

Многие произведения публикуются на русском впервые.

*Внимание! Присутствуют произведения категории 18+.

Сайт онлайн-журнала: http://darkermagazine.ru/

[Электронное издание, 2015]

---

Но та его часть, которая цеплялась за жизнь, за Линду, за мир за пределами этого бассейна, заставила его поднять ружье, направить его прямо в пульсирующее сердце чудовища и надавить на спусковой крючок.

Его пронзила острая боль, от которой в голове все прояснилось. Черное облако крови наполнило воду вокруг него. Гарпун пронзил тело существа, зацепив его собственное предплечье. Чудовище отпрянуло от его шеи, мотая головой с широко раскрытым от удивления глазом. Гленн увидел, что гарпун вошел прямо в сердце чудовищу — если, конечно, это было сердце — а затем, собрав остатки сил, отдернул руку. Гарпун вырвал сердце из извивающегося тела чудовища. Зрачок изменил цвет с золотого на черный, и искалеченное тело — желеобразная масса, распадающаяся на куски, — попыталось просочиться сквозь решетку стока.

Легкие Гленна расправились. Начали наполняться водой. Жадно загребая воду руками, одна из которых кровоточила, он устремился к поверхности. Поверхность была так далеко — ужасно далеко. Глубина поглотила его и не хотела отпускать. Он поднимался вверх, темнота не давала ему покоя, а в горле уже булькала вода.

Наконец, голова его появилась на поверхности, и, глубоко вдыхая ночной воздух, Гленн услышал собственный прерывистый крик — победный крик зверя.

Он не помнил, как добрался до края бассейна. Лестнице он больше не доверял. Несколько раз он пытался выбраться и падал обратно в воду. Он потерял много крови, а в легкие попала вода. Он не знал, как долго это продолжалось, но в конце концов ему удалось выбраться. Оказавшись на мокром бетоне, он лег на спину.

Чуть позже он услышал шипение.

С трудом подняв голову, он откашлялся, отхаркивая воду. На острие гарпуна с шипением испарялся кусок неземной плоти. Сердце чудовища съеживалось, пока не стало похоже на кусок угля и не рассыпалось черным пеплом. Ничего не осталось.

— Попался, — прошептал Гленн. — Попался!

Он еще долго лежал на спине, пока кровь продолжала вытекать из раны на его руке. Когда он снова открыл глаза, то увидел звезды.

* * *

— Какой-то псих вломился сюда сегодня ночью, — сказал один рабочий в спецодежде другому, прикуривая сигарету. — Утром в новостях показывали. Говорят, мужик захотел искупаться, вот и залез сюда. То-то цепь с ворот и срезана.

— Правда, что ли? О, господи. Джимми, мир совсем тронулся! — второй рабочий по имени Леон сидел на бетоне возле маленькой кирпичной пристройки, поворачивая железное колесо, при помощи которого открывался сток, и включая электрический насос. Они потратили целый час на то, чтобы очистить бассейн, прежде чем можно было открыть сток и сделать перерыв в работе. Пивные банки, мертвых жуков и прочий мусор, скопившийся на дне, они сложили в мешок. Теперь вода утекала, насос мерно и глухо стучал. Это было первое сентябрьское утро, и сквозь ветви деревьев парка Парнелл светило солнце.

— Некоторые люди просто тупые с рождения, — глубокомысленно кивая, сказал Джимми. — В новостях сказали, что он сам себя гарпуном проткнул. Чепуху какую-то молол, бормотал что-то, но полицейский, который его тут нашел, ничего не понял. Чокнутый, не иначе.

— Наверно, очень уж ему хотелось искупаться. Надеюсь, в психушке, куда его отправят, есть бассейн.

Оба рабочих сочли эту шутку очень смешной и расхохотались. Они все еще смеялись, когда электронасос издал протяжный стон и умолк.

— Ох, чтоб меня! — Джимми затушил сигарету о бетон и встал. — Мы, наверно, что-то пропустили! Сток, похоже, засорился. — Он подошел к кирпичной постройке и достал складной инструмент с длинной ручкой и металлическим крюком на конце. — Посмотрим, получится ли это вытащить. Если не получится, то кому-то по имени Леон придется искупаться.

— Эй, а почему я? Я купаюсь только в ванне.

Джимми подошел к бассейну, остановился возле трамплина, опустил инструмент в воду, раздвинул ручку и принялся шарить в стоке. В решетке стока он наткнулся на нечто, похожее на резину. Вытащив странный предмет на поверхность, он вытаращил глаза и уставился на то, что свисало с крюка.

Что бы это ни было, у него был… глаз.

— Иди… иди позови кого-нибудь, — с трудом сказал он Леону. — Быстро, зови кого-нибудь!

Леон побежал к телефону-автомату возле закрытого торгового киоска.

— Эй, Леон! — крикнул Джимми, и Леон остановился. — Скажи им, что я не знаю, что это такое… Но оно, кажись, мертвое! И скажи, что мы нашли это в глубоком конце бассейна!

Леон побежал звонить.

Электронасос вдруг снова заработал и продолжил откачивать воду в озеро со звуком, похожим на биение огромного сердца.

Перевод Анны Домниной

Александра Миронова «Легенда о Черном охотнике»

Много легенд ходит по свету, коротких и длинных, веселых и грустных, поучительных и развлекательных. Но старинный рассказ об обитателе Черного Леса знает не всякий. И не каждому суждено его узнать. Ибо эта история обладает одним интересным свойством: «рассказывается она лишь в нашей деревне, либо о ней».

DARKER. № 11 ноябрь 2014

Черный охотник — старинная легенда моей родной деревушки, спрятанной в лесистых горах. Здешний народ, многие века живущий среди мрачных боров и угрюмых скал измыслил множество поражающих воображение историй, но эта выделяется среди них, во-первых, невероятной точностью деталей в сочетании с практически полным отсутствием иных вариантов, отличных от основного (что, как знает любой внимательный слушатель, необычно для деревенских легенд, в каждом доме обретающих какие-то новые детали). Вторым ярким отличием является явное влияние событий, описываемых в истории, на повседневную жизнь деревни: традиционная ограда вокруг поселения со стороны Черного леса превращается в непреодолимый частокол, который неизменно содержится в отличном состоянии; никто, даже самые отъявленные сорвиголовы, не рискнет оказаться по ту сторону, в виду мрачных темных деревьев, после захода солнца, а каждое утро первый луч солнца встречается единственным ударом колокола, и лишь после того, как чистый одинокий звук этот разнесется по округе, начинается привычная повседневная суета. Как будто в страхе замерев на целую ночь, люди вздыхают с облегчением и с еще большей радостью встречают рассвет после ужаса ушедшей тьмы.

И еще одно необычное качество данной истории — рассказывается она лишь в нашей деревне, либо о ней.

Легенда говорит, что некогда в Черном Лесу обитала ужасная сила, являвшаяся в образе чудовищного Черного Охотника, существа, что некогда, возможно, и было человеком, но, то ли за какие-то грехи свои, то ли просто из-за несчастной случайности подпав под действие злых чар, теперь было обречено скитаться по горам в виде отвратительного разлагающегося трупа. Кем был он когда-то и как выглядел, никто не знал, а те немногие, кто сумел пережить встречу с ним, потом долго еще не были способны говорить связно, а когда приходили в себя, то имели очень мало желания рассказывать об этом кому-либо. Так что молва, лишь в очень малой степени, как я полагаю, основываясь на воспоминаниях таких «очевидцев», описывала Охотника как скелет человека, при жизни обладавшего, вероятно, необычайно высоким ростом и могучим телосложением, покрытый лохмотьями плоти и одежд, и двигавшийся, несмотря на отсутствие каких-либо мышц и связок, необычайно ловко и скоро, так что даже самая быстрая лошадь не спасла бы своего седока. В пустых глазницах гнилого черепа якобы пылало адское пламя, а когда Охотник, настигая свою жертву, начинал зловеще хохотать, зубы его клацали и ужасающе скрежетали друг о друга. Ни одно живое существо не выносило присутствия этого отвратительного монстра — воронов не привлекал запах человеческих останков, волки не бежали следом, чтобы поживиться плодами его охоты, птицы, трепеща, застывали в своих гнездах, и всякая тварь Божия замирала при его приближении. Сопровождал его лишь громадный пес — такой же гниющий остов, как и он сам. Говорили, что это посланник адских сил, знак договора злого человека с самим Нечистым.

Итак, многие годы мучило это чудовище местных обитателей. Не было в селе такой семьи, где Лес не прибрал бы кого-то — сына ли, дочь, брата или сестру, мужа, мать или отца, а то скотину или верного пса. Всякий, до заката не вернувшийся под родной кров, оплакивался как покойник, и возвращение его было чудом, свершившимся лишь по великой милости господней. Молодого ли, старого ли, чистого душой или отягощенного многими грехами — без разбору карал Охотник, и никто не знал, когда раздастся у него за спиной леденящий клацающий смех.

Спасением было переждать темноту под охраной дома — и закон гостеприимства в моих краях по сей день предписывает впустить всякого путника, чтобы даже душа, много имеющая греха перед Господом, не осталась бы во тьме. И люди замирали за закрытыми ставнями, не смея выглянуть наружу, ни даже помыслить о том, что скрывается за ними. Многие слышали, как скрипят и стонут деревья, а порой раздавался вой и скрежет, и тогда все принимались молиться, считая, что это Охотник настиг какого-то путника.