Уильям Тенн - Миры Уильяма Тенна - Том 02

• Название: Миры Уильяма Тенна - Том 02
• Автор: Уильям Тенн
• Издательство: Полярис
• Жанр: Научная Фантастика
• Год: 1997
• ISBN: 5-88132-303-X

ВО ВТОРОЙ ТОМ ДВУХТОМНИКА УИЛЬЯМА ТЕННА ПОЛНОСТЬЮ ВОШЕЛ АВТОРСКИЙ СБОРНИК РАССКАЗОВ«КОРЕНЬ КВАДРАТНЫЙ ИЗ ЧЕЛОВЕКА», РЯД РАССКАЗОВ ИЗ СБОРНИКОВ«СРОК АВАНСОМ»И«СЕМЬ ПОЛОВ»

УИЛЬЯМ ТЕНН

THE SEVEN SEXES

СБОРНИК, 1968 Г.

РЕЙТИНГ:7.53(17)

, А ТАКЖЕОДИН ИЗ ПОЗДНИХ РАССКАЗОВ АВТОРА.

ИЛЛЮСТРАЦИЯ НА ОБЛОЖКЕМ. УЭЛАНА.

---

Грета Сейденхайм ждала у двери. В руках она держала его кейс и оба их пальто. Выйдя из-за стола, Хебстер сказал:

— Я не стану просить тебя не ехать со мной, Грета, но...

— Отлично, — ответила она, следуя за шефом. — Думаю, мы благополучно доберемся до... куда мы там летим?

— В Аризону. В первое и самое большое поселение Пришельцев. То место, откуда приходят наши друзья со смешными именами.

— Что ты хочешь делать там, чего не смог бы сделать здесь?

— Честно говоря, Грета, сам не знаю. Но мне нравится мысль затеряться на какое-то время. Опять-таки я хотел бы увидеть то место, с которого начались все наши страдания, и рассмотреть его получше. Я не формалист; все свои самые важные решения я принимаю на месте.

Около вертолета их ждали плохие новости.

— Мистер Хебстер, — доложил пилот бесцветным голосом, разгрызая сухую пластинку жевательной резинки, — стратолет захвачен ССК. Мы все еще летим? Если мы воспользуемся этой штуковиной, получится медленно и недалеко.

— Мы все еще летим, — ответил Хебстер, подумав секунду.

Они забрались в вертолет. Двое Первачей сидели сзади и что-то друг другу чихали. Вильямс почтительно помахал боссу:

— Смирные, как ягнята. Вообще-то одного ягненка они сделали. Пришлось его выбросить.

Большая брюхатая машина поднялась вверх и полетела прочь от «Башни Хебстер».

— Происходит утечка информации, — пробормотала Грета со злостью. — Они знают про мертвого Первача. Где-то в организации есть течь, которую я не смогла вычислить. ССК проведала об убитом Перваче и теперь объявила на нас охоту. Вот вам моя эффективность!

Хебстер грустно улыбнулся ей. На самом деле Грета была очень эффективна. То же можно было сказать об отделе кадров и десятке других подразделений его организации. То же самое можно было сказать и о самом Хебстере. Но все они — сотрудники нормального предприятия, созданного для работы в спокойной обстановке. Политические шпионы! Если у Демпси в

«Хебстер секьюритиз» есть свои шпионы и саботажники, то почему их не может быть у Браганзы? Они могли бы поймать его еще до того, как он пустился бежать; они бы вернули его раньше, чем он нашел бы лазейку.

И отдали бы под суд, который, по всей вероятности, вошел бы в историю как «Дело кровавого Хебстера». Событие, спровоцировавшее мировую революцию.

— Мистер Хебстер, что-то наши гости забеспокоились,— окликнул шефа Вильямс. — Может, мне их как-нибудь угомонить?

Хебстер резко выпрямился, у него мелькнула надежда.

— Нет! Оставьте их в покое!

Он очень внимательно следил за внезапно разволновавшимися Первачами. Это был тот редкий шанс, ради которого он взял их с собой. За многие годы общения с Первачами Хебстер многое узнал о них. Они годились отнюдь не только для того, чтобы выбалтывать секреты технических новинок.

В окне показались две точки и, быстро увеличившись, приняли форму двух реактивных самолетов с опознавательными знаками ССК.

— Пилот! — позвал Хебстер, глядя на Ларри, который с мученическим видом теребил свою бороду. — Оторвитесь от преследователей! Быстро! Вы меня слышите? Это приказ! Оторвитесь от преследователей!

Пилот едва успел. Фюзеляж самолета позади с грохотом рассыпался на пурпурные черепки, а турбины вертолета вдруг взвыли, подвластные какой-то чудовищной силе, которая швырнула их вперед...

Через пять секунд они были в Аризоне.

Люди вывалились из своего искореженного аппарата прямо посреди пустыни.

— Я даже знать не желаю, во что превратилась моя мельница, — проговорил пилот, — или какая сила ее несла, но вот как Первачи поняли, что нас преследует полиция?

— Не думаю, что они поняли, — ответил Хебстер. — Просто достаточно чутко уловили, что возвращаются домой, а те самолеты каким-то образом пытаются помешать этому. И действовали, с точки зрения их интересов, почти что по-человечески. Они защищались!

— Возвращался домой, — сказал Ларри. Он очень внимательно слушал Хебстера, пуская слюни из правого уголка рта. — Гемостат, бей молотком, горб. Дом там, где ненависть. Удача там, где горб. Домой и закрыть дверь.

Луизитания запрыгала на одной ноге и одарила их своей необыкновенной мясистой улыбкой.

— Задний вид, — лукаво спросила она, — не более чем местонахождение дома. Га-га-га, гы?

Ларри последовал за ней, фута на три приподнявшись над землей. Он плелся по воздуху медленно и с огромным трудом, словно дорога, по которой он шел, была усеяна многочисленными валунами, к тому же безжалостно острыми.

— До свидания, люди, — проговорил Хебстер. — Я ухожу с моими друзьями в грязных серых одеждах, чтобы встретиться с волшебником. Запомните, что, когда ССК разыщет вас по вашему необыкновенному летательному аппарату — кстати, поэтому держитесь к нему поближе, — пожалуй, самым мудрым будет сослаться на меня как на человека, силой принудившего вас к этому. Вы можете сказать, что я боялся расправы: мол, если я превращусь в Первача, мне все равно будет лучше, чем когда я стану боксерской грушей, право на которую будут оспаривать такие типы, как П. Браганза и Вандермеер Демпси.

Хебстер потрепал Грету по мокрой щеке и проворно зашагал следом за Ларри и Луизитанией. Один раз он оглянулся назад и улыбнулся, увидев, как они стоят такие растерянные и одинокие, особенно Вильямс, здоровенный детина, зарабатывающий себе на жизнь, охраняя тела других людей.

Первачи двигались своеобразным маршрутом, разработанным, очевидно, большим поклонником волнообразных движений аккордеона. Снова и снова они возвращались на прежнее место, кружили, петляли на протяжении сотни ярдов и опять начинали сначала.

— Ларри, — окликнул Хебстер, которому вдруг пришла в голову неприятная мысль. — Ларри! Твои... твои хозяева знают, что я иду?

Первач, услышав этот властный вопрос, посмотрел на Хебстера, споткнулся и упал, а затем опустился на землю. Он встал на ноги, сморщился от вида Хебстера и потряс головой.

— Ты не бизнесмен, — сказал он. — Здесь не может быть бизнеса. Здесь может быть только забавное... то, что ты назвал бы поклонением. Движение к единому, внутренняя природа... Осознание, полное и вечное, частичного и мимолетного, которое лишь одно позволяет... — Его скрюченные пальцы впились друг в друга, словно он отчаянно пытался извлечь вразумительный смысл из своих ладоней. Ларри медленно из стороны в сторону качал головой круговыми движениями.

С ужасом Хебстер увидел, что старик плачет. Значит, превращение в Первача имеет еще одну общую черту с безумием! Оно дает человеку понимание чего-то такого, что совершенно выходит за границы его самого, открывает духовные вершины, на которые он по своей природе не в состоянии вскарабкаться. Оно дало ему видение некоей психологической обетованной земли, а потом похоронило его, все еще томящегося, под его же собственным несовершенством. И в конце концов лишило его гордости, дав ему осознание достижений, даровав какое-то близорукое полузнание того, куда нужно идти, но оставив без средств попасть к цели.

— Когда я пришел первый раз, — запинаясь сказал Ларри, пристально глядя в лицо Хебстеру, как будто знал, что бизнесмен думает над его словами, — когда я впервые пытался узнать... я имею в виду схемы и учебники, которые я принес сюда... моя статистика, мои графики оказались такими бесполезными. Все игрушки, что я нашел, в беспорядке, основанные на призрачном мышлении. А потом, Хебстер, видеть настоящую мысль, настоящий контроль!.. Ты поймешь эту радость — ты будешь служить рядом с нами, ты будешь! О, невероятный подъем...

Его речь стала сердитой и неразборчивой, и старик укусил свой кулак. Луизитания приблизилась, все еще прыгая на одной ноге.

— Ларри, — обратилась она к нему очень мягким голосом, — га-га-га-гы от Хебстера?

Казалось, он удивился, потом кивнул. Двое Первачей взялись за руки и снова старательно полезли вверх на невидимую дорогу, с которой упал Ларри. Несколько секунд они стояли, повернувшись к Хебстеру, похожие на таинственных, оборванных, сюрреалистических Труляля и Траляля.

Потом они исчезли, и вокруг Хебстера сгустилась тьма, словно ее выплеснули из ведра. Он осторожно ощупал землю под собой и сел на песок, который хранил весь жар аризонского дня.

Вот!

Предположим, явился Пришелец. Предположим, Пришелец спросил его без обиняков, чего он хочет. Это было бы скверно. Алгернон Хебстер, выдающийся бизнесмен — сейчас, правда, находящийся, некоторым образом, в бегах, — не знал, чего ему хочется; во всяком случае, по отношению к Пришельцам.

Он не хотел, чтобы они исчезли, поскольку технологии Первачей, которые он использовал в десятках производств, были, по сути, интерпретацией и адаптацией методов Пришельцев. Он не хотел, чтобы они оставались, потому что всякая упорядоченность его мира растворялась под воздействием кислоты их повсеместного превосходства.