Борис Емельянов - История отечественной философии XI-XX веков

• Название: История отечественной философии XI-XX веков
• Автор: Борис Емельянов
• Издательство: ЛитагентБИБКОМd634c197-6dc9-11e5-ae5f-00259059d1c2
• Жанр: Детская образовательная литература
• ISBN: 978-5-7996-1363-1

Настоящее учебное пособие соответствует новому образовательному стандарту. В нем освещаются ключевые моменты развития отечественной философии за десять веков ее существования, дается анализ важнейших ее тем и направлений особенностей развития материалистической и идеалистической традиции.

---

Летом 1834 г. члены кружка Герцена – Огарева за «пение дерзких песен» арестовываются. В марте 1835 г. Герцена ссылают в Пермскую губернию (Пермь, Вятка, Владимир). В ссылке он много работает, участвует в выпуске газет, пишет ряд этнографических и художественных произведений.

Еще до ссылки Герцен начал изучать религию, считал раннее христианство гуманистически-демократическим учением. В ссылке интерес к религии усиливается не без влияния религиозно-экзальтированной невесты Н. А. Захарьиной и глубоко верующего друга – ссыльного архитектора А. Л. Витберга. Однако его произведения конца 30-х гг. («Лициний» и «Вильям Пен») – конкретное воплощение того пути, которым религиозное воззрение, по словам самого Герцена, «перерабатывалось не в мистицизм, а в революцию»661.

Так заканчивается период становления мировоззрения Герцена. В письме к Огареву от 14 ноября – 4 декабря 1839 г. он пишет: «Кончились тюрьмою годы ученья, кончились ссылкой годы искуса, пора наступить времени Науки в высшем смысле и действования практического»662.

В 1839 г. Герцен возвращается в Москву, где быстро сближается с Белинским, Бакуниным, Грановским, участвует в литературных и философских дискуссиях. Споры в кругу московских друзей Герцена шли вокруг философии Гегеля. Изучение гегелевской философии убедило Герцена, что Гегель силен не своими консервативными разглагольствованиями о прусской монархии, а диалектическим методом. «Философия Гегеля – алгебра революции, она необыкновенно освобождает человека и не оставляет камня на камне от мира христианского, от мира преданий, переживших себя» – таков главный вывод Герцена об учении «исполина немецкой философии»663.

Переезд в Петербург весной 1840 г. был кратковременным. Жандармы, перлюстрировавшие его письма, обвинили Герцена в распространении «вредных слухов» и сослали в Новгород, где он и прожил до 1842 г.

По возвращении из ссылки и вплоть до отъезда за границу в январе 1847 г. Герцен живет в Москве. Этот период жизни русского мыслителя отмечен интенсивной работай, созданием двух наиболее известных его философских работ – циклов статей «Дилетантизм в науке» (1843) и «Письма об изучении природы» (1845–1846). В этих произведениях он отстаивал материализм, связь философии с естествознанием, диалектику, подчеркивая необходимость «союза современной философии с социализмом». Новое время, указывал Герцен, требует новой науки, которая способствовала бы строительству новой жизни. «Письма об изучении природы» получили высокую оценку В. Г. Белинского и Н. Г. Чернышевского, есть свидетельство об одобрительном отзыве о ней также Ф. М. Достоевского. В это же время он создает известные художественные произведения «Кто виноват?», «Сорока-воровка», «Доктор Крупов», в которых выступает как писатель-реалист, непримиримый противник крепостничества и самодержавия.

В 1847 г. Герцен уезжает за границу. Знакомство с буржуазным Западом утвердило его в мысли о необходимости экономических преобразований. С другой стороны, он увидел несостоятельность, абстрактность идеалов западноевропейских социалистовутопистов: «Они были сами по себе полны желанием общего блага, полны любви и веры, полны нравственности и преданности, но не знали, как навести мосты из всеобщности в действительную жизнь, из стремления в приложение»664.

В 1850 г. Герцен отказывается возвратиться в Россию, его объявляют царским указом «вечным изгнанником из пределов Российского государства». В письмах к друзьям он писал: «Я остаюсь здесь не только потому, что мне противно, переезжая через границу, снова надеть колодки, но для того, чтобы работать. Жить, сложа руки, можно везде; здесь мне нет другого дела, кроме нашего дела»665. В Европе Герцен сближается со многими революционными и социалистическими деятелями – Маццини, Гарибальди, Прудоном, Мишле, Л. Бланом и другими. В 1851 г. он публикует на немецком и французском языках книгу «О развитии революционных идей в России», в которой рассказывает о восстании декабристов, об идеях Чаадаева и Белинского, пытаясь доказать, что Россия будет идти к социализму иным путем, отличным от Запада.

В 1853 г. он открывает первую русскую вольную типографию. «Основание русской типографии в Лондоне, – писал он, – является делом наиболее практически революционным, какое русский может сегодня предпринять»666. А с 1857 г. зазвучал гневный набат его «Колокола», который издавался до 1867 г.

После отъезда Герцена из Лондона он постепенно расходится во взглядах со старыми товарищами, а с «молодыми штурманами будущей бури» не находит взаимопонимания. В «Письмах к старому товарищу» (1870) он своеобразно подводит итог своей революционной пропаганде, критикуя Бакунина, призывающего «бунтовать народ». Чтобы создать новое общество, нужен не бунт, а новые идеи и воспитание народных масс. «Нельзя людей освобождать в наружной жизни больше, чем они освобождены внутри»667.

Скончался Герцен 11 января 1870 г., похоронен на парижском кладбище Пер-Лашез. В похоронах участвовали французские рабочие и социалисты, гроб провожал декабрист Н. И. Тургенев. В том же году прах Герцена был перезахоронен в семейной могиле в Ницце.

Теоретическое развитие А. И. Герцена распадается на три периода.

Первый – период становления его мировоззрения. Закончившийся в 1839 г., он как бы создает тот фундамент, на котором будет создан материализм и социализм русского мыслителя.

Во второй период (1840–1846) Герцен усваивает и перерабатывает гегелевскую философию, идет «дальше Гегеля к материализму» (Ленин), создает основные философские труды, развивает материалистические взгляды на природу и познание.

Третий период, начавшийся с переездом Герцена в Западную Европу в 1847 г., разрушил его абстрактные мысли о революции. Это период обоснования теории «русского» общинного социализма, материализма и атеизма, последовательного революционного демократизма, борьбы против крепостничества и самодержавия, обращения к Интернационалу.

Свою философскую систему он называет реализмом, поскольку его не удовлетворил не только идеализм, но и материализм. Для Герцена «идеализм не что иное, как схоластика протестантского мира»668, он оторван от науки и практики повседневной жизни. Герцен – как революционный демократ – провозглашает необходимость активного революционного действия, сказанного с наукой.

В противоположность идеалистам русский мыслитель считал, что мысль без дел мертва. Чем более она расходится с жизнью, тем становится суше, холоднее, ненужнее. Для него было аксиомой, что философия и частные науки могут существовать лишь в единстве: «философия, не опертая на частных науках, на эмпирии, – призрак, метафизика, идеализм», а «эмпирия, довлеющая себе вне философии, – сборник, лексикон, инвентари»669. Дальнейший путь развития философии и естествознания русский мыслитель видел в их соединении с диалектическим методом.

Материалистов же (Герцен имеет в виду механистический материализм ХVII–XVIII вв.) он критикует за непонимание самодвижения материи, идеи развития, а в гносеологии – за непонимание активности мышления, его объективной природы, социально-исторической сущности. В гносеологии «материалисты никак не могли понять объективность разума, и оттого, само собою разумеется, они ложно определяли не только историческое развитие мышления, но и вообще отношение разума к предмету, а с тем вместе и отношение человека к природе. У них бытие и мышление или распадаются, или действуют друг на друга внешним образом»670. Неудивительно поэтому, что «материализм со стороны сознания, методы стоит несравненно ниже идеализма»671.

Реалист Герцен не только материалист, доказывающий первичность объективного мира, но и диалектик, пытающийся с материалистических позиций обосновать тождество бытия и сознания.

Для Герцена-диалектика материя не только первична, она – процесс, несомненным для него является признание развития, «брожения» природы, приводящее в конечном итоге к возникновению сознания. Он пишет: «Движение невозможно, если вещественность – только немое, недеятельное, страдательное наполнение пространства; но это совершенно ложно: вещество носит само в себе отвращение от тупого, бессмысленного, страдательного покоя; оно разъедает себя, так сказать, бродит, и это брожение, развиваясь из формы в форму, само отрицает свое протяжение, стремится освободиться от него, – освобождается, наконец, в сознании, сохраняя бытие»672. Философ неоднократно возвращается к доказательству «естественности мысли», утверждая, что мышление является высшим этапом развития природы.

Как материалист и диалектик, Герцен большое внимание уделял теории познания, пытаясь преодолеть односторонность, крайности эмпиризма и рационализма. Проанализировав достоинства и недостатки двух ступеней познания, русский мыслитель утверждает их неразрывную связь. В «Письмах об изучения природы» он пишет: «Опыт и умозрение – две необходимые, истинные, действительные степени одного и того же знания: спекуляция – больше ничего, как высшая развитая эмпирия, взятые в противоположности, исключительно и отвлеченно, они так же не приведут к делу, как анализ без синтеза или синтез без анализа.