Ирина Ванка - Сказки о сотворении мира

• Название: Сказки о сотворении мира
• Автор: Ирина Ванка
• Жанр: Фэнтези

---

— Мы и не сможем по Солнцу… — согласился Федор. — Вся зона в тумане.

— И хорошо. Наличие тумана говорит о том, что аномалия стабильна, хронального смещения не происходит, люди должны быть видны невооруженным глазом.

— А если уже произошло хрональное смещение?

— Тогда человек не сможет покинуть зону. Он исчезнет на границе и выйдет в свой мир, в который нам доступа нет. Прежде чем его выводить, нужно как-то преобразовать частоту. У нас с Оскаром был неудачный опыт…

— Тяжелый был случай, Учитель, — напомнил Оскар.

— Нам что тяжелый случай, что легкий — одинаковые проблемы. Мы ведь имеем примитивное устройство, собранное из преобразующего оружейного кристалла и зеркальной антенны. Кристалл настроен на стабильную частоту, соответствующую нашему измерению. Его форма сбалансирована так, чтобы из заданного параметра преобразовывать пространство в любом частотном диапазоне. Таким мы его получили и усовершенствовать не смогли. Мы смогли лишь рассчитать зеркальную плоскость, чтобы свойства кристалла работали в обратную сторону: преобразовывали инородные поля в естественную частоту. С его помощью мы можем выровнять пространство, но не можем сдвинуть его в хронале, чтобы гарантировать безопасный выход людей.

— Хронал оружейного кристалла неуправляем? — уточнил Оскар. — То есть, елки могут раньше времени сбросить колючки, и муравьи передохнут…

— Нет, — возразил Учитель. — Муравьи, как биологический вид, много веков обитающий в зоне, конечно же, сохранится. Другой вопрос, что мы не будем проверять паспорт у каждого муравья. Но человек, появившийся в зоне год назад, исчезнет, как только хронал уйдет за границы года.

— А если не уйдет? Человек помолодеет на год?

— Теоретически, — согласился Натан. — На практике же мы наблюдали только исчезновение. Хрональные сдвиги очень опасны.

— А оружейный кристалл использовать не опасно?

— Разумеется, опасно. Но если не использовать кристалл, остается лишь Богу молиться, чтобы зона свернулась сама.

— Если у твоих лесорубов сдвинут хронал, — добавил Оскар, — ты очень пожалеешь, что сорвал меня с места. В этом случае им поможет только Греаль. А я, между прочим, работал над верхним каркасом, который отвечает за автоматическую настройку.

— Продолжишь работать на природе.

— Не могу. Мне нужен комфорт и душевный покой. Ты отнял у меня и то, и другое.

— Натан Валерьянович, он действительно собирает Греаль?

— Не слушай этого болтуна, Федор.

— Не Греаль, — уточнил болтун, — а верхний каркас. У меня два Глаза, Сердце, Могз и подробное руководство по сборке. В Женькиной книге есть даже расчеты. Калькулятор не нужен, только соблюдай инструкцию, а я вместо этого должен по лесу бегать, лесорубов искать.

— Натан Валерьянович, а сможем в случае чего собрать каркас на месте?

— Без третьего Глаза верхний каркас не имеет смысла.

— Ваш студент говорил, что пространство можно моделировать с плоскости.

— Моделировать можно, но хроно-коррекция включается только в замкнутом контуре. Все остальное моделирование умозрительно. Ведь что такое каркас… верхний пояс Греаля? Это, в сущности, тот же генератор, только на трех «думающих» кристаллах, связанных между собою процессором, и обеспеченных программой работы.

— Это ваше личное мнение, Учитель, — уточнил Оскар. — Не надо его навязывать аудитории! Вы же не читали Женькину книгу.

— Так! — собрался с мыслями Федор. — Что будем делать, если люди в зоне сдвинуты по хроналу? Объявлять пропавшими без вести?

— Посмотрим, что можно предпринять, пока есть время, — ответил Боровский. — Вы подготовили список?

— По именам и фамилиям, как просили, — Федор выложил список на стол. — Два водителя лесовоза, бригада дорожных строителей в количестве тринадцати человек, и пятеро спасателей, брошенных на поиск… официально. Сколько сгинуло неучтенных грибников и ягодников — большой вопрос. Все заявления о пропаже людей в районе на особом контроле. То есть, уточнения и дополнения могут быть.

— Неучтенного населения быть не должно. Конечно, странники в устойчивых зонах появляются редко, и все-таки… имейте в виду. Если найдете пришельцев, не нужно их трогать. С каждым, кого не окажется в списке, надо будет разбираться отдельно. Вплоть до того, что сверять паспорта и прописку. Сверять номера денежных купюр, найденных у них в карманах… Я советую тебе, Федор, отнестись серьезно к каждому такому случаю. Никто не знает, с какой проблемой явятся странники в этот мир.

— Если в зоне пришельцы, значит однозначно сдвинут хронал, — заявил Оскар.

— И что тогда? Натан Валерьянович, мы не сможем вывести своих людей?

— Будем рассматривать ситуацию…

— Нет, своих надо выводить при любом раскладе!

— Ага, — согласился Оскар. — Только не предъявляй Учителю претензий, когда они начнут «загадочно» исчезать.

— Как же так, Натан Валерьянович?!

— Будем надеяться, Федя. Всегда надо верить в лучшее.

— Будем, будем, — подтвердил Оскар, — закрепляя плакат с греографами на заднем стекле. Плакат держался неровно. Автобус трясло. Машину с радиостанцией, едущую за автобусом, тайные письмена не пугали. Эти машины точно знали, куда едут и для чего. — А классная идея с рунами, Учитель! Если б она работала…

Караван подъехал к границе тумана в сумерках. На шоссе стоял заградительный щит. Асфальт был перекопан. На подъезде к траншее светился дорожный знак, предупреждающий об опасности. На обочине валялась колючая проволока. Впереди на дороге лежало светлое облако, словно небо опустилось на землю и застряло между деревьев. Облако цвета молочной пелены, проколотое макушками елей, было похоже на паутину. Над макушками елей светились звезды. Между звездами и туманом расстилался прозрачный космос.

Зачарованные путешественники разинули рты, но Натан Валерьянович никому не разрешил любоваться пейзажем. Он тут же снарядил машину в поселок, отдал распоряжения радистам и занялся оборудованием лаборатории в автобусе.

Радисты поставили мачту и до рассвета покинули лагерь. Наступила тишина. В утренних лучах туман поднялся над землей, его граница растворилась в свете. Макушки деревьев скрылись. Натан Валерьянович сделал замеры фона и приступил к работе. Первый сигнал маяка пробился в лагерь к полудню.

— В первую очередь, — наставлял Боровский ученика, — осмотришь дорогу и обочины. Наверно имеет смысл написать на асфальте, чтобы люди держались вблизи дороги, не разбегались по лесу. Артур, ты не мог бы заняться плакатами?

— А чего написать, Натан Валерьянович?

— Баллончики с краской надо купить, — сообразил Федор. — Я позвоню, вечером подвезут, а первый раз мы с Оськой так сходим… на разведку.

— И Деев пойдет, — сказал Оскар.

— Зачем это?

— Растащат маяк на запчасти, Учитель… заблудимся, а Деев выйдет к вам по любому. Надо же ему будет одолжиться. Кроме вас ему никто не дает. Он выйдет к вам, а мы за ним по фарватеру.

— Ну… втроем так втроем, — согласился Натан. — Возьмите аптечку, воду, сухой паек и теплые вещи…

— Можем взять машину скорой помощи, Натан Валерьянович, — предложил Федор. Оскар усмехнулся, Натан покачал головой, Федор получил по физике двойку. — Что? Аккумулятор сядет? — догадался он.

— Фирменный не сядет, — уверил Артур. — Проверено!

— Все может быть, Федор. Бывает, что плохие работают, а хорошие садятся, но лучше не проверять. Чем дороже машина, тем вернее заглохнет. Может статься, что назад вам придется пробираться сквозь кусты и деревья, машину легче будет бросить, чем вывести. Велосипеды тоже могут стать лишней обузой. Мы должны в первую очередь думать о том, как найти людей.

— Технику будем выносить по мере возможности, — согласился Федор.

— Вот, ты и понесешь на себе два лесовоза с дохлыми аккумуляторами, — добавил Оскар.

— Батареи, Федор, разряжаются не от присутствия в зоне, а от импульсов, которые зона проводит, — объяснил Боровский. — Когда этот импульс пройдет, и чем он будет чреват, заранее знать невозможно, поэтому в зонах лучше пользоваться устройствами, которые Оскар сделал для этих целей. Надевайте резиновые сапоги и готовьтесь к тому, что обратная дорога может оказаться длиннее. Готовьтесь сами и объясните это людям, которых поведете с собой.

Клочья густого тумана лежали в оврагах. Лес за обочиной таял, стволы тонули в молочной паутине. Птицы не пели, ветки не дрожали от ветра. Голоса звучали тихо и глухо. Федор старался развеселить попутчиков разговором, но весело не было никому. Артур тащил тяжелый рюкзак и спал на ходу. Оскар вспоминал Слупицу. Воображение рисовало Привратника, «спасителя» человеческих душ, на пустынной дороге. Дискомфорт нарастал. Оскар забыл проинструктировать попутчиков на случай нежелательной встречи, и сам не научился заговаривать Ангелу зубы. Никто, кроме Натана Валерьяновича, не умел вовремя достать из кармана книгу или предложить беседу, обоюдно интересную, необременительную для существа, которое считает себя венцом эволюции. Оскар терпеть не мог Ангелов, органически не выносил бездельников, не желал иметь с ними ничего общего и в разговоры лишний раз не вступал. За время близкого соседства с таким существом, Оскар научился его игнорировать и избегать конфликта, но Учитель остался в лагере, наивный Федор рассказывал анекдоты, бестолковый Артур против своего обыкновенья молчал. «Человек, встретив Ангела, как правило, ведет себя по-дурацки, — рассуждал Оскар, — и хорошо. Больше всего на свете Ангела раздражают люди, которые кажутся умнее его». Кто из товарищей окажется большим дураком, Артур или Федор, заранее неизвестно. Все умные люди в представлении физика были умны одинаково, а каждый дурак глуп по-своему.