Кристиан Данн - Силы Хаоса: Омнибус

• Название: Силы Хаоса: Омнибус
• Автор: Кристиан Данн
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Эпическая фантастика
• Год: 2016

Хаос — это Варп.

Хаос — это бесконечный океан духовной и эмоциональной энергии, который наполняет Варп. Великая и незамутнённая сила изменений и мощи, она физически и духовно развращает. Наиболее одарённые смертные могут использовать эту энергию, которая даёт им способности, легко переступающие законы материальной вселенной. Однако, злобная сила Хаоса со временем может извратить псайкера, разлагая его душу и разум.

Силы Хаоса коварны и многолики. Их обуревает желание проникнуть в материальный мир, дабы пировать душами и ужасом смертных. Смертные не могут изменить свою судьбу, ибо когда-нибудь вселенная утонет в огне и крови под зловещий смех Темных Богов Варпа.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

— Ты издаешь такие же звуки, как и он, — произнес Талос. — Судорожно ловишь воздух умирающими легкими, задыхаясь, будто побитая шавка. И выглядишь ты так же — глаза широко распахнуты и дрожат, сквозь боль и панику пробивается проступающее осознание надвигающейся смерти.

Он втолкнул острие клинка в рот колдуна. На серебристый металл брызнула кровь.

— Это исполнение обещания, «брат». Ты убил Секунда, причинил вред давшим клятву верности слугам Восьмого Легиона и предал нас однажды, что, наверняка, сделал бы и снова.

Он не вынимал меча изо рта чародея, ощущая каждое содрогание, когда Рувен резал себе о лезвия губы и язык.

— Будут последние слова? — ухмыльнулся поверженному колдуну Ксарл.

Невероятно, но тот попытался. Рувен забился в захвате, борясь с неизбежностью собственной смерти, однако силы покидали его вместе с вытекающей кровью. Частично призванный иней варпа скрепил руки в перчатках с полом.

Первый Коготь оставался рядом со своей добычей, пока та не умерла, с хрипом испустив последний вздох и, наконец, снова распластавшись на палубе.

— Вариэль, — тихо произнес Талос.

Апотекарий выступил вперед.

— Да, мой повелитель.

— Освежуй тело. Я хочу, чтобы его ободранные кости висели на цепях над оккулусом.

— Как пожелаешь, брат.

— Октавия.

Та перестала кусать нижнюю губу.

— Да?

— Возвращайся в свои покои и готовься плыть по Морю Душ. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы не перенапрягать тебя, однако путешествие будет нелегким.

Она вытерла вспотевшие ладони о штаны, продолжая морщить нос от вида рассеченного тела Рувена. Стоящий на коленях Вариэль, который срезал броню и работал пилой по плоти, не спасал положения.

— Куда мы направляемся? — спросила она.

Талос вывел изображение на центральный гололит. Сверкающие звезды отбросили зловещий свет на обращенные вверх лица и лицевые щитки.

— Я хочу вернуться в Око и связаться с некоторыми из других банд Восьмого Легиона. Но пока что меня не волнует направление. Куда угодно, Октавия. Просто доставь нас туда живыми.

Она впервые в жизни отсалютовала, приложив кулак к сердцу, как воины Легиона когда-то приветствовали Возвышенного.

— Необычно, — черные глаза Талоса мерцали, отражая искусственный свет звезд. — На пост, навигатор.

На сей раз она исполнила терранский поклон, как будто снова вернулась в бальные залы далекого Тронного Мира.

— Есть, мой повелитель.

Когда она покинула мостик, Талос обернулся к братьям.

— Скоро вернусь. Если я вам понадоблюсь, то буду у техноадепта.

— Подожди, Талос, — окликнул Вариэль, который по запястье запустил руку в грудь предателя. — Что мне делать с его геносеменем?

— Уничтожь.

Вариэль нажал, раздавив орган в кулаке.

По Залу Размышления «Эха», как раньше по Залу Памяти «Завета», разносились отголоски работы чудесных машин. На полу была свалена добыча Красных Корсаров, которую ждала расчистка, когда у Делтриана нашлось бы время заняться такими несущественными мелочами. Пока же он наблюдал за тем, как армия сервиторов устанавливает драгоценные реликвии Легиона на почетные места.

Потеря каждого артефакта вызывала у него категоризованное множество оцифрованных подобий негативных эмоций — то, что человек назвал бы «сожалением» — однако его радовала небольшая гора оборудования, которое ему удалось спасти.

Чрезвычайно положительным было и то, что «Эхо проклятия» могло похвастаться замечательно оснащенным помещением для хранения его сокровищ. Хотя за те годы, что корабль находился в руках Корсаров, по нему распространилось гниение, не было ничего такого, что нельзя было бы аккуратно восстановить и подвергнуть стандартному обслуживанию.

Делтриан прошел мимо капсулы жизнеобеспечения, проведя стальным пальцем по стеклу. Техноадепт залюбовался подлинным сокровищем своей коллекции и постучал по стеклу кончиком пальца, словно человек, привлекающий внимание домашней рыбки. В амниотической слизи плавал обнаженный и связанный принцепс титана, который, почти как эмбрион, свернулся вокруг кабелей ввода и вывода, имплантированных в его живот и кишечник.

От второй серии постукиваний спящий дернулся, как будто и впрямь услышал приветствие. Разумеется, это было невозможно. Учитывая количество наркотиков, затопивших кровеносную систему принцепса, тот пребывал в самом низу спирали химической комы. Будь он хотя бы частично в сознании, боль была бы неописуемой и почти наверняка причинила бы вред рассудку.

Делтриан смотрел, как человек дернулся еще раз. Он сделал пометку более тщательно понаблюдать за бесчувственным подопечным в ближайшие ночи, когда все акклиматизируются к новому убежищу. Техноадепт двинулся дальше.

Подъемные сервиторы устанавливали в стазисные стойки один из двух спасенных саркофагов. Этот… Этот вызывал у Делтриана некоторую степень беспокойства. Теперь командовал Легионес Астартес Один-Два-Десять, предпочтительное обращение: Талос, и существование конкретно этого саркофага прямо противоречило его эмоциональным желаниям, выраженным в прошлом ключевом моменте.

И все же, со временем с данным неучтенным обстоятельством пришлось бы разбираться. Делтриан считал саркофаг своей лучшей работой, идеальным воплощением находящегося внутри воина. На полированной платине было выгравировано изображение Повелителя Ночи, стоявшего в позе, которая соответствовала героическим и мифическим образам из как минимум шестнадцати человеческих культур. Его конечности и доспех были изваяны в соответствии со строгими стандартами. Голова в шлеме была запрокинута назад, что предполагало некий мифический триумфальный рев в небеса, а в каждой руке фигура сжимала шлемы павших воинов. Третьего он попирал сапогом, знаменуя свою безоговорочную победу.

Да, конечно. Делтриан решительно гордился своей работой с этой конкретной единицей, особенно в области сверхсложных хирургических операций, которые потребовались, чтобы спасти жизнь тому, что уцелело после того, одного-единственного раза, когда воин согласился на активацию.

Огромные двойные двери открылись, заскрежетав гидравликой, и техноадепт замер. Он странно человеческим жестом протянул руку и надвинул капюшон на лицо.

— Приветствую, Талос, — произнес он, не оборачиваясь.

— Объяснись.

Это вынудило техноадепта повернуться. Не злость в голосе пророка — ее не было слышно — а вежливость требования, которая была наиболее интригующим обстоятельством.

— Я делаю вывод, что ты подразумеваешь продолжение существования саркофага Десять-Три. Верно?

Первыми вздрогнули черные глаза пророка, а затем то же самое произошло и с его бледным лицом. Он пристально смотрел на изукрашенный саркофаг ровно шесть с половиной секунд

— Объяснись, — снова сказал он, на сей раз более холодно, в его голосе происходило существенное снижение выражаемой сдержанности. Делтриан решил воспользоваться максимально простыми терминами.

— Твои приказы после сражения на Крите были отменены высшей инстанцией.

Пророк прищурился.

— Возвышенный никогда бы подобного не приказал. Его облегчение после уничтожения Малхариона было физически ощутимым. От него исходили волны удовлетворения, техноадепт. Поверь мне, я сам это видел, когда докладывал ему.

Делтриан выжидал приемлемого момента, чтобы вставить собственные слова.

— Неверное предположение. Высшая инстанция, о которой ты говоришь, не является высшей инстанцией, которую имел в виду я. Приказ восстановить и поддерживать жизнь воина в саркофаге Десять-Три исходил не от Возвышенного. Это было распоряжение Легионес Астартес Дистинктус-Один-Десять/Ранее-Один.

Талос покачал головой.

— Чье?

Делтриан замешкался. Он не знал предпочтительного обращения к воину, поскольку ему никогда о нем не сообщали.

— Воин… из Атраментаров, первый телохранитель Возвышенного. Десятая рота, ранее — Первая рота.

— Малек? Это приказал Малек?

Делтриан отпрянул назад.

— Модуляция твоего голоса указывает на злость.

— Нет. Я удивлен, только и всего, — взгляд Талоса вновь вернулся к закрепленному саркофагу, к которому уже подключали стазис-кабели. — Он жив?

Делтриан опустил голову и поднял ее традиционным человеческим обозначением положительного согласия.

— Ты только что кивнул? — спросил Талос.

— Ответ утвердительный.

— Выглядело, как будто поклон.

— Ответ отрицательный.

— Так он жив?

Порой Делтриан впадал в отчаяние. С Повелителями Ночи, которых замедляли собственные органические изъяны, бывало ужасно трудно иметь дело.