Авторов Коллектив - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I (ЛП)

• Название: Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I (ЛП)
• Автор: авторов Коллектив
• Издательство: Кузница книг InterWorld'a
• Жанр: Боевая фантастика
• Год: 2016

Все началось примерно семнадцать тысяч лет назад, когда в мире появились Древние. Неведомые и могучие существа, решившие, что нашли неплохое местечко для жизни. Они повелевали пространством и, возможно, временем. Были способны творить жизнь и вообще больше всего напоминали богов. Освоившись на новом месте, они начали создавать разумных существ себе в помощники. Однако идиллия созидания была нарушена Силами Хаоса, пожелавшими уничтожить молодой мир. Голодный и алчный, Хаос ринулся в материальный мир, сметая все на своем пути. И когда казалось, что все потеряно, силы порядка все-таки вырвали победу из лап Хаоса, заперев его путь в этот мир. После этого разумным расам пришлось приспосабливаться к новым реалиям — Хаос, пускай и запертый, продолжал влиять, порабощать и изменять. Однако столетия сменяли друг друга, старые раны мало-помалу заживали, эльфы, гномы, люди и прочие творения Древних знакомились друг с другом и худо-бедно учились жить вместе. Это уже не были золотые века под защитой Древних. Войны сменяли одна другую, и кровь щедро лилась на землю, однако после кошмара Хаоса даже такое существование воспринималось, как благо.   Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorlda/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

Однако один житель не стал придерживаться этого правила. Когда Грау проходил мимо особенно ветхой и гнилой хибары, нечто вырвалось из-под трухлявой крыши. Его движения превратились в размытое пятно, и оно набросилось на чумного доктора, сталь блеснула в длинной волосатой руке.

Нет, не руке. Лапе, грязной отвратительной лапе, покрытой сальной коричневой шерстью, каждый палец заканчивался длинным грязным когтем. Напавший на Грау не был человеком, или иным существом, которому бы мог даровать жизнь здравомыслящий бог. Это была крыса, огромный чирикающий грызун, чья непристойность ещё более усугублялась тем, что она ходила, как человек, и её лохматое тело было облачено в рваные лохмотья и ошмётки брони. Кривой меч в лапах твари покрылся ржавчиной из-за отсутствия надлежащего ухода, его край был иззубрен и изъеден пятнами коррозии. Кровь капала с лезвия, кровь Манфреда Грау.

Каленберг сражался с орками и гоблинами, и с отвратительными зверолюдьми в тёмных дебрях, но никогда даже не думал, что такой кошмар может ходить по земле. Крысолюд оскалил на него острые клыки, его глаза-бусинки блестели от необузданной злобы. Длинный голый хвост хлестал по грязи, извиваясь с отвратительным восторгом.

Страдальческий стон Грау вывел Каленберга из-под чар ужаса, охватившего его. Он обязан тому жизнью, независимо от преступлений и злодеяний, пятнавших душу чумного врача. Проревев имя Ульрика, бога воинов, Каленберг атаковал злобное чудовище.

Крысолюд зарычал на него, и выбросил меч, целясь в лицо Каленберга, со скоростью, которую иначе, как невозможной, нельзя было назвать. По иронии судьбы, именно скорость атаки и подвела крысочеловека: его удар оказался неточен, окровавленный клинок мелькнул в паре дюймов перед лицом атакующего рыцаря. Воин ринулся вперёд, сметая крысолюда, пока тот не успел оправиться от своей ошибки, и жестоким рубящим ударом обрушил свою тяжёлую сталь на череп монстра.

Но опять крысолюд продемонстрировал удивительную скорость. Взвизгнув от страха, существо упало на четвереньки и метнулось в сторону. Меч Каленберга не поразил ничего более существенного, чем воздух, однако ярость атаки почти заставила рыцаря оступиться и свалиться в грязь.

Его противник мгновенно метнулся к нему, пытаясь воспользоваться преимуществом над потерявшим равновесие врагом. Каленберг выбросил ногу, врезав сапогом по клыкастой морде твари. Крысолюд отлетел назад, скуля и визжа, выплёвывая выбитые зубы.

Каленберг поднял меч, приготовившись принести окончательное воздаяние съёжившемуся крысолюду. Однако, когда он повернулся к твари, то неожиданно в спине вспыхнула боль. Воин развернулся, его клинок разрезал воздух. Второй крысолюд нырнул и отбежал, прошипев чирикающую насмешку сквозь клыки. В лапах существо держало кинжал с волнистым лезвием, кинжал, который потемнел от крови. Крови Каленберга.

Воин чувствовал, как сила и жизнь вытекают из его тела. Подкравшийся злоумышленник нанёс смертельный удар. Но пока ещё есть жизнь в его костях — рыцарь будет сражаться. Честь не требует меньшего.

— Мы равны теперь, — сказал Каленберг Грау. Он слабо махнул рукой, приказывая чумному доктору поспешить вниз по улице. Еле-еле, Грау поднялся на ноги. Он сжал тонкую трость в руках, держа её так, будто хотел вонзить в мозг одного из подкрадывающихся крысолюдов. Каленберг заметил жест и покачал головой: — Беги, — приказал он. — Я не смогу удерживать их долго, — он горько рассмеялся. — Я уже мёртв.

Звука собственных слов, брошенных ему в ответ, было достаточно, чтобы погасить всплеск героической решимости, так кратко воскресшей в груди Грау. Чумной доктор знал — Каленберг прав. Оставшись со своим другом, он всего лишь увидит, как они оба напрасно умрут. Прагматизм заставил Грау очертя голову броситься прочь. За своей спиной он услышал, как загремела сталь: битва возобновилась.

Чумной доктор не оглядывался назад.

Каждый шаг приносил свежий всплеск жгучей боли, проносящейся через его тело. Он отбросил трость в сторону, обоими руками зажав рану на боку. Грау чувствовал, как кровь течёт сквозь пальцы, и изо всех сил пытался сжать рваные края раны. Если ему не окажут помощь, то, понимал Грау, ему не продержаться долго.

Впрочем, если чумной доктор думал, что у него есть хоть какое-то время, то он обманывался. Когда он хромал по грязной дорожке, тощий силуэт, завёрнутый в тряпьё, выбрался из стога сена, где скрывался. В лапах твари был меч, его край был иззубрен, словно лезвие пилы.

Грау отпрянул от крысолюда, ужас забился в его сердце. Существо подняло морду, его нос подёргивался, пока оно наслаждалось запахом его страха. Раздавшийся беспощадный смех сотряс сгорбленного паразита.

— Оставьте меня в покое! — взмолился Грау, когда крысолюд начал подкрадываться к нему. — Я вам ничего не сделал!

Монстр остановился, и его тело вновь сотряслось от смеха. Ужас Грау увеличился, когда тварь заговорила с ним на ломаном рейкшпиле.

— Враччишка, — крысолюд обвиняющее ткнул коготь в человека. — Нет-нет забывать запах-вонь! Убивать-умерщвлять одного врач-мясо! Сейчас-теперь убить-кромсать двух врач-мясо!

— Почему! — не сдавался Грау. — Зачем меня убивать? Я не сделал вам ничего дурного!

Склонив голову набок, крысолюд уставился на Грау своими глазами-бусинками.

— Слушать-слышать много-много! — существо сплюнуло. — Знает-узнает врач-тварь помогает-лечит людей-тварей! Остановить-остановить прелестную чуму!

Покрытые пушком губы приподнялись, обнажив острые клыки в зверином оскале.

— Врач-мясо нет-нет остановить-прекратить чуму!

Крысолюд отступил на несколько шагов, когда Грау начал хохотать. Его звериный мозг вряд ли бы оценил иронию проделанного Грау пути. Он должен был умереть из-за лжи, потому что, когда он сказал народу Аморбаха, что мог спасти их город, они оказались не единственными, кто поверил ему.

Крысолюд быстро оправился от смущения. Какой бы звук ни производил Грау, это не отменяло того факта, что он был один и ранен. То была ситуация, которая разожгла бы свирепость в любом убийце.

Это было незадолго до того, как чумной доктор стал всего лишь грудой окровавленного тряпья, валявшейся в грязи. Горожане обвинили в убийстве Грау и Каленберга зигмарита, вспомнив антагонизм миссионера к чумному доктору. По наущению Больцмана и Фехнера толпа схватила священника и сожгла его на костре.

Никто в Аморбахе даже не помыслил, что чумной доктор пал жертвой иного врага.

Ни один из них не поверил бы, что Грау и Каленберг пали под мечами скавенов.

Вопрос веры

Не переведено.

Последний человек

Не переведено.

Джош Рейнольдс Король-Вурдалак

Покоритель червей

Трупоед издал пронзительный воющий вопль, появившись из пористой вулканической породы горы. Растопырив грязные когти и раззявив слюнявые челюсти, он помчался вниз к незваным гостям, а за ним последовала вопящая, рычащая волна его сородичей с пятнистой плотью. Более сотни пожирателей плоти, словно накипь из раковых внутренностей Треснувшего пика, с кожей, туго натянутой на голодных животах и кривых костях, неслись вниз, их вопли росли в нестройной какофонии, возносясь к насмешливо глядевшей с небес серебряной луне.

Вораг из Хаима, Кровавозубый, тимайал из Стригоса и принц Моркейна, ждал их, раскинув свои длинные мускулистые руки, его глаза сверкали, словно пара адских фонарей. Грубый белый мех встопорщился на его обнажённых руках, а мускулистый торс защищала изощрённо украшенная рёбристая кираса, столь же жестоко выглядевшая, как и её владелец. Поножи схожей гротескной конструкции защищали его ноги, и сплетённый из срезанных скальпов и освежёванной кожи килт перехватывал в поясе. Он не был вооружён, ибо ему не требовалось иного оружия, кроме собственных силы и скорости. Ворагу Кровавозубому не требовалось оружие — он сам был оружием, куда более смертоносным и жестоким, чем любой меч, копьё или топор. Его лицо скривилось, приняв звериное обличье в лунном свете, и, запрокинув голову с гривой белых волос, Вораг издал громоподобный рёв. Затем, пока эхо его вызова всё ещё разносилось в горах, отражаясь от скалистых выступов, Кровавозубый прыгнул, дабы дать трупоедам удовлетворение.

Вораг ворвался в первую кучку скабрезных каннибалов, широким взмахом когтей проделав в их рядах кровавую брешь. Он врезался в них, попирая ногами мертвецов, отбирая жизнь вторым ударом у тех, кому повезло выжить после первого. Кровь покрыла его от кончиков пальцев до шеи, пока он прорезал себе путь сквозь врагов. Он неистовствовал среди них, его неживая плоть поглощала их тщетные удары с чудовищной упругостью. Трупоеды умирали пятёрками, десятками, смыкаясь вокруг него лишь за тем, чтобы спустя мгновение быть разбросанными, выпотрошенными или раздавленными.