Авторов Коллектив - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I (ЛП)

• Название: Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I (ЛП)
• Автор: авторов Коллектив
• Издательство: Кузница книг InterWorld'a
• Жанр: Боевая фантастика
• Год: 2016

Все началось примерно семнадцать тысяч лет назад, когда в мире появились Древние. Неведомые и могучие существа, решившие, что нашли неплохое местечко для жизни. Они повелевали пространством и, возможно, временем. Были способны творить жизнь и вообще больше всего напоминали богов. Освоившись на новом месте, они начали создавать разумных существ себе в помощники. Однако идиллия созидания была нарушена Силами Хаоса, пожелавшими уничтожить молодой мир. Голодный и алчный, Хаос ринулся в материальный мир, сметая все на своем пути. И когда казалось, что все потеряно, силы порядка все-таки вырвали победу из лап Хаоса, заперев его путь в этот мир. После этого разумным расам пришлось приспосабливаться к новым реалиям — Хаос, пускай и запертый, продолжал влиять, порабощать и изменять. Однако столетия сменяли друг друга, старые раны мало-помалу заживали, эльфы, гномы, люди и прочие творения Древних знакомились друг с другом и худо-бедно учились жить вместе. Это уже не были золотые века под защитой Древних. Войны сменяли одна другую, и кровь щедро лилась на землю, однако после кошмара Хаоса даже такое существование воспринималось, как благо.   Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorlda/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

Он поглядел на лежащую Ульрику, закутанную в толстое одеяло. Если это резкое похолодание не прекратится, ей может потребоваться ещё одно, или холод может свести на нет все труды Макса. Хотя, похоже, сейчас она спит здоровым сном поправляющегося после болезни человека. Кризис миновал, и делать тут ему, по большому счёту, нечего. Но Макс всё равно находился здесь, наблюдая за спящей и вознося благодарственные молитвы Шаллии за спасение её жизни. Даже если Ульрика никогда не будет принадлежать ему, Макса радовало, что она осталась в живых. Он подошёл, погладил её по голове, и на цыпочках вышел за дверь.

Макс был обессилен, словно не один день отшагал без еды, и он знал, что необходимо восстановить силы, как физические, так и магические. Он спустился по лестнице в таверну. Мужчины смотрели на него с большим уважением, удивлением и даже страхом. Каким — то образом разнеслась весть, что он спас Ульрику от чумы. Теперь не находилось желающих его рассердить. Помимо прочего, возможно, он сможет спасти и остальных, если их поразит болезнь.

Макс понимал, что в этой связи рано или поздно возникнут проблемы. Как бы ни хотелось, ему просто не хватит сил, чтобы спасти такое множество людей. Макс едва не погиб, спасая Ульрику, и испытывал сомнение, что во всём городе найдётся кто — нибудь, ради кого он снова захочет рисковать своей жизнью. Конечно, сейчас легко так рассуждать, находясь среди грубых мужчин с суровыми лицами, но что, если завтра к нему придёт какая — нибудь заплаканная мать и попросит спасти её дитя? Отвергнуть подобную просьбу будет гораздо труднее. Ладно, когда такое произойдёт, тогда он и будет беспокоиться. Нет смысла грузиться завтрашними проблемами.

Сделав официантке заказ на еду и чай, Макс затем вернулся в комнату. Ему не хотелось быть объектом пристальных взглядов посетителей общего зала, и вообще не хотелось пить вино. Он желал сохранить голову ясной, и ничем не повредить своим способностям. Макс недоумевал, куда подевался Феликс с истребителями. Вероятнее всего, выслеживают человека, который наслал прошлой ночью наёмных убийц. Макс задумался, может ли он чем — нибудь помочь. Что в настоящее время нежелательно. Каждую частичку силы необходимо расходовать экономно, пока он не придёт в норму. Но даже тогда вряд ли он сможет чем — либо помочь, если человек, как они полагают, является последователем культа. Такие люди обычно хорошо защищены от сканирующей магии. Для них это необходимость.

Макс задумался над тем, могут ли убийцы явиться по его с Ульрикой души, или их интересуют лишь Феликс и Готрек. Принимая во внимание мощь топора Истребителя, можно было понять мотив разобраться с ним, но какой смысл заниматься кем — то ещё? «Да стоит ли пытаться понять мотивы хаосопоклонников? — думал Макс. — Чрезмерные усилия в этом вопросе чреваты лишь мозгами набекрень». Насколько ему известно, прежде такое случалось. Те, кто пытался понять пути Хаоса, частенько покорялись ему. Как раз об этом его часто предупреждали.

Пока эти мысли будоражили его рассудок, Макс ощутил внезапное значительное изменение в ветрах магии. Оно было более очевидным, чем если бы выразилось в отдалённых ударах грома. Макс выглянул в окно и призвал своё магическое чутьё. И он снова отметил, что его подозрения верны. Мощные вихревые потоки начали образовывать над армией Хаоса солидное облако чёрной магии. Закручивались вниз огромные водовороты магической энергии, притягиваемой отовсюду. «Что происходит? — недоумевал Макс. — Уж точно ничего хорошего».

В дверь постучали. Макс осторожно сместился и проверил засов. Тот был на месте.

— Кто там? — спросил он.

— Вы господин Шрейбер? — в ровном голосе угадывался представитель властей.

Макс недоумевал: «Кто бы это мог быть? Какая — то западня?» Он воспользовался своей тщательно сберегаемой силой и применил сканирующее заклинание. В его мозгу проявился образ мужчины за дверью. То был высокий военный в плаще с крылатым львом Праага. Нашивки на рукавах показывали, что это пристав. Позади с ноги на ногу переминалась пара солдат. «Это посланники князя? — задумался Макс. — Весьма вероятно». Однако хаосопоклонникам не впервой прикидываться представителями власти. Макс не желал подвергать опасности Ульрику в её ослабленном состоянии.

— С какой целью интересуетесь?

— У меня повестка от князя.

А вот это хотя бы похоже на правду. Мужчина держал в руках свиток пергамента. «Тем не менее, какова цена пергамента?» — задал себе вопрос маг. Призвав ветры магии, он приготовил мощное ударное заклинание. Если эти люди наёмные убийцы, то они не застанут его врасплох.

Макс немного приоткрыл дверь. Никто не сунул туда нож. Пристав бросил на Макса недоуменный взгляд, словно поведение мага было несколько необычным. «Если мужчина тот, кем кажется, то подобная реакция очевидна», — предположил Макс.

— У меня здесь больной, который всё ещё может быть носителем чумы. Вам лучше передать мне послание и обождать внизу, — произнёс Макс.

Настал момент истины. Если эти люди наёмные убийцы, то самое время атаковать.

Макс заметил, что пристав побледнел и быстро просунул свиток в щель между дверью и косяком.

— Вы правы, господин, — сказал пристав.

Макс изучил свиток. Тот выглядел подлинным и имел печать с крылатым львом. Макс не ощутил в нём никакой магической энергии, поэтому мог утверждать, что имеет дело не с магической ловушкой. Следуя принципу, что лишняя безопасность не помешает, Макс проверил свиток магическими чувствами, но ничего не обнаружил. Пожав плечами, он закрыл дверь и сломал печать.

Маг быстро прочитал сообщение. Это была обычная просьба явиться во дворец. Сообщение было адресовано господину Максу Шрейберу из имперского Колледжа Магов. Похоже, что правящий дом Кислева желает прибегнуть к его услугам. «Вероятнее всего, на случай чумы они хотят иметь под рукой лишнего врачевателя», — цинично решил Макс.

Он бросил взгляд на Ульрику. Не хотелось оставлять её без охраны, но Прааг в осаде и на военном положении — отказ на требование правителя может быть расценен, как измена. Маг заново осмотрел послание. Там не было упомянуто время появления во дворце, а час был поздний. Глядя на спящую Ульрику, Макс быстро обдумал ситуацию и решил рискнуть неподчинением князю. Утром будет полно времени, чтобы отправиться на встречу с ним. Макс быстро набросал ответ и спустился вниз, чтобы передать его приставу.

Серый провидец Танкуоль оглядел старейшин клана Творцов. Теперь его распирало от самодовольства. С момента разгрома войск Ларка они смотрели на него с большим уважением, приправленным толикой страха. И это хорошо.

Этот зал заседаний был, некоторым образом, жалкой пародией на Зал Тринадцати в Скавенблайте. Старейшины заседали с большой ротонде, формой грубо напоминавшей подкову. Их было тринадцать, что неудивительно, потому как это одно из священных чисел в мировоззрении скавенов. Здесь находились представители каждой из гильдий клана, столь разношёрстная группа, что даже могучий интеллект Танкуоля пасовал перед попыткой понять иерархию их взаимоотношений. Он предположил что, как и в Скавенблайте, отражением статуса было место представителя на „подкове“: чем ближе к центру и дальше от концов, тем могущественнее скавен. Верховный погонщик клана восседал в центре, на оси симметрии. Серый провидец Танкуоль стоял перед ним в пространстве, окружаемом подковой, под прицелом тринадцати пар лихорадочно сверкающих глаз. Его лапы попирали руну клана Творцов, мозаикой выложенную на полу. Танкуоля не пугало его положение. Ни в малейшей степени. А незначительное напряжение мускусных желёз лишь показывает его волнение.

— Твой бывший приближённый пропал, серый провидец Танкуоль, — проскрипел верховный погонщик.

Танкуоль заметил записку, передаваемую по столу из лапы в лапу. Это был недобрый знак.

— Предатель Ларк снова ускользнул от клана Творцов, — с насмешкой произнёс Такуоль, чтобы лишь что — то ответить. — И почему меня это не удивляет?

— Мы надеялись, что ты воспользуешься своими силами, чтобы разыскать его. У клана Творцов имеются счёты к этому анормальному существу.

— Я сделал всё возможное, — прочирикал Танкуоль, — но, видимо, он покинул город.

— И что теперь делать, серый провидец?

Танкуоль наблюдал, как записка медленно передаётся с левого конца подковы к центру. «Что за информация в ней?» — гадал Танкуоль, продолжая при этом говорить.

— Возникли значительные возмущения в потоках магических энергий, — с видом мудреца сообщил Танкуоль.

То была правда. Последние несколько дней ветры магии усилились, как никогда ранее. Сканирование через такой магический шторм было равносильно попытке вглядываться в метель. В сложившихся обстоятельствах отследить Ларка не представлялось возможным.