Дэн Абнетт - Ересь Хоруса: Омнибус. Том I

• Название: Ересь Хоруса: Омнибус. Том I
• Автор: Дэн Абнетт
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Эпическая фантастика
• Год: 2016

Это легендарная эпоха. Галактика объята пламенем. Великий замысел Императора относительно человечества разрушен. Его любимый сын Хорус отвернулся от света отца и принял Хаос.

Его армии, могучие и грозные космические десантники, втянуты в жестокую гражданскую войну. Некогда эти совершенные воители сражались плечом к плечу как братья, защищая галактику и возвращая человечество к свету Императора. Теперь же они разделились.

Некоторые из них хранят верность Императору, другие же примкнули к Магистру Войны.

Среди них возвышаются командующие многотысячных Легионов — примархи. Величественные сверхчеловеческие существа, они — венец творения генетической науки Императора. Победа какой-либо из вступивших в битву друг с другом сторон не очевидна.

Планеты пылают. На Истваане-V Хорус нанес жестокий удар, и три лояльных Легиона оказались практически уничтожены. Началась война: противоборство, огонь которого охватит все человечество. На место чести и благородства пришли предательство и измена. В тенях крадутся убийцы. Собираются армии. Каждый должен выбрать одну из сторон или же умереть.

Хорус готовит свою армаду. Целью его гнева является сама Терра. Восседая на Золотом Троне, Император ожидает возвращения сбившегося с пути сына. Однако его подлинный враг — Хаос, изначальная сила, которая желает подчинить человечество своим непредсказуемым прихотям.

Жестокому смеху Темных Богов отзываются вопли невинных и мольбы праведных. Если Император потерпит неудачу, и война будет проиграна, всех ждет страдание и проклятие.

Эра знания и просвещения окончена. Наступила Эпоха Тьмы.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

И все они собрались ради одной цели — убить троих хэрсиров и калеку. Троих хэрсиров и калеку, защищенных единственным щитом, воткнутым в гальку. В этой промерзшей пустоте им уже некуда было бежать, а за спинами остался только неумолимо надвигающийся запоздавший психопатический шторм.

И все же они колебались. Они были напуганы. Их атакам не хватало решимости. Они рвались вперед, но в глазах плескался страх, а движения оружия выдавали их неуверенность. Каждая атака вынуждала аскоманнов отступать к ледяному зеркалу, где они уже не могли крепко держаться на ногах и сопротивляться натиску противников. Но после полудюжины атак Фит, Бром и Лерн уже повергли наземь десяток воинов, и снег под ними покраснел от крови.

А потом Фит увидел годи балтов, Хунура. Его драккар только что пришел, и хэрсиры на руках вынесли годи на берег. Этот высокий костлявый ублюдок стоял на их сцепленных руках и жезлом из медвежьей лопатки показывал наверх, где оставался вышнеземец. Желтый холодный свет солнца, пробившийся между сгущающимися тучами, сверкнул на его кольцах и серебряной гривне. Мантия из птичьих перьев раздувалась за спиной, словно ранний снеговой заряд.

Он кричал. Налетавший ветер разносил его ядовитые проклятия, призывающие духов воздуха, вигхтов Подвселенной и всех демонов Хель прийти и уничтожить Бедовую Звезду. У Фита стало покалывать кожу, но не из-за секущей ледяной крупы.

Прибытие годи и его крики подстегнули градчан. Они снова бросились вперед, и Фит понял, что эта атака будет самой тяжелой. При столкновении троим аскоманнам снова пришлось отступить на шаг назад. Сразу две секиры обрушились на щит Фита и свалили его. Третья секира расколола обод щита. Фит своей секирой разнес череп ближайшего градчанина, потом резко выдернул ее из падающего мертвого тела и размахнулся для следующего удара. Рукоять секиры сломала лицевую пластину шлема и глазницу очередного врага. Но теперь Фит уже не мог прикрывать Брома с фланга.

Бром обезумел от усталости и боли. Он колол и рубил секирой, но в его ударах не осталось ни силы, ни мастерства.

Фит услышал, как Лерн приказывает Брому сосредоточиться. Сам Лерн продолжал орудовать позаимствованным у вигхтов мечом. Он был достаточно опытен, чтобы в тесноте свалки пользоваться не лезвием, а концом клинка. Лерн держал его на уровне пояса, распарывая животы и ломая грудные клетки. Ему досталось отличное оружие с острым кончиком, оно с легкостью прокалывало кольчуги и доставало до тел врагов.

Но вскоре один из градчан прикрылся щитом, и меч Лерна прошел сквозь него почти на длину предплечья, однако застрял в крепкой древесине. Лерн попытался извлечь клинок, но владелец щита резко дернул на себя и вытащил Лерна из строя. Градчане мгновенно набросились со всех сторон и оборвали его нить: четыре из пяти вражеских клинков поочередно вонзились в его тело, свидетельствуя о том, что их хозяева усвоили урок владения мечом.

Лерн исчез под ногами, и атакующий вал прокатился над его трупом. Бром упал на колени. Он уже не сознавал, где находится. Фит сжал древко секиры обеими разбитыми в кровь руками.

Но атакующие остановились и разошлись, освободив проход, уступая путь годи балтов. Хэрсиры по-прежнему несли его на руках. Хунур указал медвежьей лопаткой на Фита, и тому на мгновение показалось, что на обледеневшей прибрежной гальке их осталось только двое.

Годи начал говорить. Он произносил волшебные слова, которые должны были унести Фита с берега. Воины вокруг него, как балты, так и градчане, закрывали руками глаза и уши. Хэрсиры, несущие годи, зарыдали, поскольку их руки были заняты и они не могли уберечься от заклинания.

Значения слов Фит не знал, да и не хотел знать. Он крепче ухватился за древко секиры и гадал, успеет ли добраться до годи и погрузить полукружье лезвия в его украшенное кольцами лицо, пока градчане или балты не собьют его с ног или магия не обратит его кости в талую воду.

— Достаточно.

Фит оглянулся через плечо. Это заговорил вышнеземец, сидевший у подножия мокрого потемневшего валуна, подогнув искалеченные ноги. Он смотрел прямо на Фита.

Фит видел, что его бьет дрожь. Тепло ускользало через рот облачками пара. Ледяная крупа сыпалась на них обоих, и в спутанных волосах вышнеземца уже образовались небольшие белые комочки.

— Что? — спросил Фит.

— Я услышал достаточно.

Фит вздохнул:

— Достаточно? В самом деле? И теперь, когда все это произошло, ты желаешь удара милосердия моей секиры? Ты не мог попросить об этом раньше, до того как…

— Нет, нет! — оборвал его вышнеземец.

Каждое слово давалось ему с трудом, и он не хотел говорить ничего, кроме того, что считал абсолютно необходимым.

— Я сказал, что услышал достаточно, — повторил он. — Я наслушался бредовых речей шамана. Теперь мой переводчик заполнен, чтобы построить работоспособную грамматическую базу.

Фит, ничего не понимая, покачал головой.

— Помоги мне подняться, — потребовал вышнеземец.

Фит помог ему слегка приподняться. Но малейшее движение вызывало на лице вышнеземца гримасу боли. Обломки костей задевали друг за друга. На его глазах выступили слезы и тотчас замерзли на нижних ресницах.

— Ладно, хватит, — сказал он.

Он поднял руку и подрегулировал небольшое устройство для перевода, вшитое в стеганый воротник. А потом заговорил. Из прибора в воротнике вырвался громкий и резкий голос. Фит от неожиданности вздрогнул. Голос произносил те же самые слова, которыми осыпал их годи.

Хунур спустился с рук хэрсиров и перестал кричать. Он уставился на Фита и вышнеземца, на подергивающемся лице проступило выражение ужаса. Градчане и балты нерешительно попятились.

— Что ты сказал? — спросил Фит после паузы, когда умолкли все, кроме завывающей бури.

— Я использовал против него его же слова, — ответил вышнеземец. — Я сказал, что, если они не отступят, я вызову демона из бури. Если уж они боятся меня, называя Бедовой Звездой, я могу ответить в соответствии с их представлениями.

Годи заорал на своих воинов, призывая их возобновить схватку, но никто не хотел двигаться с места. Годи стал терять самоуверенность. Он продолжал смотреть на Фита и вышнеземца все тем же испуганным взглядом, что и прежде. На лицах многих воинов тоже читалась растерянность.

И вдруг Фит заметил, что на него и вышнеземца уже больше никто не смотрит.

Все смотрели мимо них. Они уставились на ледяное поле, на замерзшее море и адский шторм, от которого потемнело все небо. Фит повернулся лицом к ветру и секущей ледяной крупе, взглянул на надвигающуюся бурю. Темные вихри метались и клубились, словно кровь в неспокойной воде. Снег и крупа налетали волнами. Осколки льда прозрачными лепестками срывались с поверхности льда и исчезали в темных вихрях. С краев туч срывались молнии, бьющие в замерзшее море зазубренными копьями.

В буре что-то появилось. Что-то двигалось впереди шторма сквозь ледяную пыль.

Человек. Это был огромный человек, тень на льду, которая неслась прямо на них по морю, обгоняя шторм.

Враждебная магия вышнеземца вызвала демона, чтобы уничтожить их всех.

Хунур завопил. Его хэрсиры на миг остолбенели, но звук его голоса привел их в чувство, и они поспешно зарядили луки. Фит бросился ничком на землю за миг до первого залпа стрел, выпущенного по демону. Люди стреляли вразнобой, посылая стрелы с железными наконечниками в воздух, как будто надеялись пришпилить шторм к небу.

Демон ответил ударом на удар. На острие шторма он выбежал из моря быстрыми огромными шагами. Фит слышал, как под его ногами хрустит и ломается лед. За его спиной ветер раздувал обтрепанную одежду и меховой плащ. Он ступил на берег, ощутил под ногами надежную опору, оттолкнулся и, раскинув руки, взмыл в воздух. Мощный толчок пронес его над Фитом и вышнеземцем, и хэрсир снова прижался к земле. В правой руке демона он успел увидеть огромную секиру. Воздух потемнел от черных стрел.

На миг демон завис в круговерти снега и льда, раскинув руки, словно крылья на фоне черного неба, и его одежда хлопала на ветру оборванными парусами. Толпа балтов и градчан в ужасе отпрянула назад, словно сгибающаяся под ветром пшеница.

А потом он обрушился на них. Люди разлетались в разные стороны. Поднятые в последний момент щиты раскалывались и падали. Клинки разбивались на части. Лопались луки, и ломались кости.

Демон взревел. Приземляясь, он растоптал двоих. Затем он принял боевую стойку. Развернувшись всем корпусом, он вложил в удар секиры всю мощь широченных плеч. Лезвие секиры разом рассекло трех человек. Кровь, почти черная в сумрачном свете, брызнула вверх и каплями стала падать на лед. Люди завопили. Кричали и балты, и градчане.

Демон двинулся в гущу врагов, сокрушая на своем пути дерево и кости. Казалось, он неуязвим для их оружия, будто выкован из железа. Мечи, отскакивая от него, ломались, а у секир раскалывались рукоятки. Две или три стрелы с черным оперением застряли в его теле, но он как будто не замечал их, не говоря уж о том, чтобы остановиться. Демон снова заревел. Это был звериный рык, низкий и раскатистый утробный рык леопарда. Он проникал до самых костей. Он перекрывал вой ветра, и лязг металла по льду, и голоса людей. Он проникал в тело, словно острый клинок. Фит ощущал его у себя внутри. Он заставлял сжиматься сердце, был холоднее льда и страшнее самого страха.