Дэн Абнетт - Ересь Хоруса: Омнибус. Том I

• Название: Ересь Хоруса: Омнибус. Том I
• Автор: Дэн Абнетт
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Эпическая фантастика
• Год: 2016

Это легендарная эпоха. Галактика объята пламенем. Великий замысел Императора относительно человечества разрушен. Его любимый сын Хорус отвернулся от света отца и принял Хаос.

Его армии, могучие и грозные космические десантники, втянуты в жестокую гражданскую войну. Некогда эти совершенные воители сражались плечом к плечу как братья, защищая галактику и возвращая человечество к свету Императора. Теперь же они разделились.

Некоторые из них хранят верность Императору, другие же примкнули к Магистру Войны.

Среди них возвышаются командующие многотысячных Легионов — примархи. Величественные сверхчеловеческие существа, они — венец творения генетической науки Императора. Победа какой-либо из вступивших в битву друг с другом сторон не очевидна.

Планеты пылают. На Истваане-V Хорус нанес жестокий удар, и три лояльных Легиона оказались практически уничтожены. Началась война: противоборство, огонь которого охватит все человечество. На место чести и благородства пришли предательство и измена. В тенях крадутся убийцы. Собираются армии. Каждый должен выбрать одну из сторон или же умереть.

Хорус готовит свою армаду. Целью его гнева является сама Терра. Восседая на Золотом Троне, Император ожидает возвращения сбившегося с пути сына. Однако его подлинный враг — Хаос, изначальная сила, которая желает подчинить человечество своим непредсказуемым прихотям.

Жестокому смеху Темных Богов отзываются вопли невинных и мольбы праведных. Если Император потерпит неудачу, и война будет проиграна, всех ждет страдание и проклятие.

Эра знания и просвещения окончена. Наступила Эпоха Тьмы.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

АРЗАШКУН[199]

— Твоя императрица под ударом, — с усмешкой заметил хормейстер.

— Мне это известно, — ответила Сарашина и передвинула на доске фигурку из коралла, добытого в океанском мире Лаэран. — Или ты думаешь, что я впервые играю в регицид?

Немо Зи-Менг улыбнулся и покачал головой.

— Нет, конечно, я так не думаю. Но я не хочу выигрывать, воспользовавшись твоей рассеянностью.

— А ты уверен, что выиграешь?

— Как обычно.

— Только не сегодня, — ответила Сарашина, когда Зи-Менг взял своим рыцарем кастеляна и сбросил его на ковер.

Доска и фигурки, подаренные самим Фениксийцем, были поистине великолепны. Каждая фигура проработана до мельчайших деталей, у каждой свой характер, что неудивительно для примарха, прославившегося своим стремлением к совершенству. Прикосновение к этим изысканным скульптурам было не менее приятным, чем сама игра.

— Я думаю, ты ошибаешься, — возразил Зи-Менг, как только Сарашина передвинула по доске своего дивинитарха.

— Подумай еще, — сказала Сарашина и облокотилась на груду роскошных подушек, во множестве разбросанных по полу в покоях хормейстера. — Ну, видишь?

Зи-Менг наклонился над доской и, оценив расстановку фигур на доске, рассмеялся.

— Невероятно! — воскликнул он и всплеснул изящными и сильными руками скульптора.

На среднем пальце левой руки блеснуло кольцо с резным ониксом. Его переплетенные линии могли означать неизвестные символы, но, скорее всего, просто были затейливым орнаментом. Зи-Менг говорил, что купил кольцо у человека, утверждавшего, будто он прибыл из Четвертого Доминиона, но Сарашина считала, что это всего лишь очередная безвредная похвальба хормейстера. Если бы у него сохранились глаза, он наверняка бы подмигивал, рассказывая эту историю. Но его миндалевидные глазницы были плотно зашиты, а знающие люди понимали, что хормейстер был ослеплен больше ста лет назад, когда подобная практика была нормой.

Хормейстер еще раз изучил фигуры на доске, словно не веря в свое поражение.

— Я поражен кинжалом убийцы, спрятанным в бархатном рукаве. А я планировал еще много ходов, надеясь одержать легкую победу.

— Хороший игрок в регицид предвидит пять ходов, — сказала Сарашина. — А великий игрок…

— …планирует всего один ход, но это ход наилучший, — закончил Зи-Менг, перебирая тонкими пальцами пряди побелевшей бороды. — Если ты собираешься цитировать Жиллимана, окажи любезность, дай мне сначала выиграть.

— Может быть, в следующий раз, — ответила Сарашина, заметив у двери слепого сервитора хормейстера.

Это существо в белом одеянии, лишенное собственных мыслей, в ее мозгу казалось призраком, расплывчатым светлым пятном. Часть мозга сервитора, отвечающая за мышление, была удалена, и остались лишь рудиментарные навыки.

— Ты знаешь, почему я настаиваю на игре в регицид? — спросил Зи-Менг.

— Чтобы блеснуть своим мастерством?

— Отчасти, — признал он. — Но не только ради этого. Регицид учит нас терпению и дисциплине при выборе варианта, когда импульсивное решение кажется весьма привлекательным.

— Бесконечное обучение, так?

— Обучение проходит легче, если субъект не догадывается о том, что его учат.

— Ты и меня учишь?

— Думаю, нас обоих, — сказал Зи-Менг.

Сервитор внес сосуд с травяным отваром, закрытый стальным колпаком, но до Сарашины все же донесся теплый сладковатый запах.

— А как насчет твоего пристрастия к сладкому?

— Признаю, это моя слабость, — ответил Зи-Менг.

Он жестом отпустил сервитора и наполнил теплой жидкостью две чашки. Сарашина приняла напиток и осторожно отпила, наслаждаясь насыщенной сладостью.

— Сладость дает мне утешение, — с улыбкой сказал Зи-Менг. — А в такие времена надо пользоваться любым утешением, какое можно найти. Ты согласна?

— Я думала, что для этого тебе достаточно зажечь кальян, — заметила Сарашина.

— Утешения можно достичь разными путями, — ответил Зи-Менг, расстегивая пояс и позволяя одеянию упасть на пол.

У него было сухощавое и жилистое тело, но Сарашина знала, что в этих хрупких на вид конечностях таится немалая сила. Каждый квадратный сантиметр его бледной, пергаментно-сухой кожи покрывали татуировки, нанесенные при помощи иглы, которую, согласно слухам, Зи-Менг вырвал из тела окаменевшего существа, обнаруженного в мериканской радиоактивной пустыне. На полотне его плоти было изображено великое множество оберегающих символов: соколиные головы, змеи, пожирающие свой хвост, астропатические кресты, глаза и горгоноподобные лики.

Тот факт, что под давлением Имперского Кредо подобные символы вышли из употребления, ничуть не беспокоил хормейстера, поскольку он был старейшим из живущих в Городе Зрения астропатов и лучше многих других знал, как уберечься от опасностей имматериума.

Он улегся рядом с Сарашиной и с невероятной нежностью провел пальцами по ее руке. Она улыбнулась и перевернулась лицом вниз, позволяя Зи-Менгу массировать спину и снимать напряжение очередного трудного дня, полного отчаянных посланий, направляемых из залов мысли к Проводнику и далее, к намеченному получателю. Зи-Менг научился искусству массажа по книге мудрого старца, обитавшего в горах задолго до восшествия Императора и постройки венчающего мир Дворца. От прикосновений хормейстера по старым костям Сарашины разлилось исцеляющее тепло.

— Я бы не возражала, если бы ты всю ночь этим занимался, — промурлыкала она.

— И я бы так и сделал, — ответил он. — Но это не для нас, моя дорогая.

— Жаль.

— Расскажи мне о сегодняшних посланиях, — попросил он.

— Зачем? Ты и так знаешь обо всем, что прошло через башню.

— Верно, но я хотел бы услышать, что ты об этом думаешь, — сказал он, разминая болезненный узел в нижней части ее спины.

— Мы получаем запросы от миров с требованием армейских флотилий для защиты от разного рода мятежников.

— Почему же не попросить подкрепление легионов?

— Мне кажется, люди боятся. Если на сторону изменника могли переметнуться четыре легиона, за ними могут последовать и другие.

— Интересно, — протянул хормейстер, в то время как его рука не переставала разминать напряженные мышцы у нее на плечах. — Продолжай. Расскажи мне о легионах. Какие новости поступили на Терру от наших величайших воинов?

— Только отрывочные известия, — призналась Сарашина. — Некоторые легионы ежедневно запрашивают приказы, другие находятся вне зоны нашей досягаемости, а остальные, похоже, предпочитают действовать автономно.

— Скажи, почему решение космодесантников действовать самостоятельно вызывает опасения? — спросил Зи-Менг.

— Зачем ты задаешь вопросы, ответы на которые тебе и так известны?

— Чтобы узнать, известны ли они тебе.

— Хорошо, я отвечу, поскольку ты возвращаешь меня к жизни, — сказала Сарашина. — Если такую мощь, какую представляют собой легионы, однажды выпустить из-под контроля, ее трудно будет снова подчинить Терре.

— Почему?

— Считать космодесантников просто генно-модифицированными убийцами — значит сильно их недооценивать. Ими командуют очень опытные и честолюбивые лидеры. Попробовав действовать по своему усмотрению, они вряд ли захотят снова подчиняться, независимо от того, кто этого потребует.

— Очень хорошо, — кивнул хормейстер.

— Но до этого не дойдет, — продолжала Сарашина. — Хорус Луперкаль будет разбит в системе Исстваан. Даже ему не удастся устоять против семи легионов.

— Надеюсь, ты права, Аник, — сказал Зи-Менг. — Семь легионов это невероятная мощь. Сколько потребуется времени, чтобы флотилия лорда Дорна достигла Исстваана-пять?

— Уже скоро, — ответила Сарашина.

Превратности путешествия в варпе не позволяли делать более точные прогнозы.

— Тебя что-то тревожит в предстоящей битве? Я не имею в виду обычное беспокойство.

— Примарх Восьмого легиона, — призналась Сарашина.

— От Астартес Гвардии Ворона я слышал, что он воссоединился со своими воинами.

— Верно, но лорд Дорн настаивал, чтобы приказы о формировании сводной флотилии на Исстваан направлялись не Конраду Кёрзу, а только ротам Повелителей Ночи, которые дислоцированы в Солнечной системе.

— И это вызвало тревогу во Дворце? — как бы про себя заметил Зи-Менг. — То, что примарх воссоединился со своим легионом?

— Не только это, — сказала Сарашина. — Никому не известно, где был Кёрз после приведения к Согласию мира Черо.

— Это известно лорду Дорну, хотя он в этом и не признается, — ответил Зи-Менг. — Он поручил мне отправить послания лордам Вулкану и Кораксу.

— Что это за послания?

— Я не знаю, — сказал Зи-Менг. — Они составлены неизвестным мне способом, что-то вроде боевого жаргона, известного только сыновьям Императора. Остается только надеяться, что оно попадет к ним вовремя. Но хватит говорить о том, чего мы не в состоянии изменить. Расскажи мне о Просперо. Как ты думаешь, почему уже несколько месяцев с ним нет связи?